Чтение онлайн

«А может, и не они?» – засомневалась Валерия, и в глубине чёрной дыры бессовестно шевельнулась надежда. Вмиг представилась картинка: актовый зал переполнен шумными студентами, сцена освещена софитами, Он, весь в белом, заканчивает песню и называет имя… Валерия. Ощущение счастья захлестнуло столь стремительно, словно это уже произошло в реальности, и Лера зло себя одёрнула. Чем больше сейчас размечтается, тем больнее будет потом.

– На сегодня всё, до встречи в следующую среду. Все помнят, что нужно уже быть в костюмах? – раскатился по залу удивительно молодой для шестидесяти лет голос Вельман.

Разрозненные «да», «помним» и «так точно» отзвучали, и двадцать пять энтузиастов вытекли за двери. Корпус уже был частично погружён в полумрак, на этаже царила тишина. Времени было к девяти, и все пары, факультативы и собрания закончились. Лера бросила взгляд на мягкий снегопад за окном, подсвеченный престарелым фонарём, и оглянулась на Елисея. Тот что-то сосредоточенно созерцал в телефоне, как всегда, скорбно сведя брови. Чуть поодаль с независимым видом ждали Вика и Танька, явно игнорируя друг друга. Что-то дёрнуло Леру не торопиться и присмотреть за ними, поэтому она тоже сосредоточенно уставилась в экран телефона, будто читает важное сообщение.

– Елисей, ты решил остаться здесь до утра? – первой не выдержала Вика минут через пять, когда почти все энтузиасты разошлись.

– Нет, я уже иду, – недовольно отозвался тот. – Доброй ночи, девочки.

– То есть, ты оставишь хрупких девушек наедине с тёмной и снежной ночью? А если на нас кто-то нападёт? – игриво возмутилась Танька. – Мы без тебя боимся идти.

– Ну, раз так, то я, конечно, готов победить всех маньяков района. У меня есть страшное оружие, – он с ухмылкой кивнул на гитару в чехле и спрятал телефон. На миг обернулся. – Пока, Лера.

– Пока, – как можно непринуждённее отозвалась та, и мужчина её мечты ушёл в сопровождении двух красавиц.

Чуть помедлив, Валерия двинулась следом с неясным желанием присмотреть, чем эти трое будут заниматься. В конце концов, нужно же понять, кто из них… Ту единственную он наверняка на прощание поцелует.

На улице девушку встретила удивительно предновогодняя погода. Было тепло, безветренно, и медленно кружили в воздухе пухлые хлопья снега. После нескольких дней бесснежного мороза это было похоже на сказку, но Валерии совсем не хотелось радоваться. Три её цели маячили впереди, под фонарём, и Лера заторопилась за ними, чтобы не потерять из виду. Вика жила ближе всех к корпусу, практически в соседнем доме, но до подъезда Елисей её провожать не стал, попрощался у арки.

– Тут тебе уже все маньяки знакомы, так что до завтра.

– До завтра, – в голосе Виктории явно смешались кокетство и разочарование.

Татьяна заметно приосанилась. Теперь Елисей принадлежал ей одной. Она смело взяла его за руку, а он не стал сопротивляться. Лера держалась чуть на расстоянии, чтобы не быть замеченной, а потому не слышала, о чём говорили эти двое, но почти после каждой его фразы Вика заливисто смеялась. И этот смех Валерия уже остро ненавидела.

Так они прошли пару кварталов, Лера дважды чуть не потеряла парочку из виду, переходя улицу, но гитарный гриф за плечом Елисея оба раза помог выделить его из потока прохожих. Наконец они свернули к дому Тани. Елисей довёл её до подъезда, а Лера затаилась в арке всего в нескольких шагах.

– Спасибо, настоящий рыцарь, – промурлыкала Татьяна. – Может, зайдёшь погреться?

– Тогда я перестану быть рыцарем, – усмехнулся Елисей. – Может, в следующий раз.

– Ну, как пожелаешь, – уже знакомая смесь кокетства и разочарования.

Лера уже хотела выдохнуть с облегчением, но в этот момент Таня приподнялась на цыпочки и коснулась губами его губ. Елисей сопротивляться не стал, ответил нежно и долго, одной рукой прижав девушку к себе. У Валерии возникло ощущение, что в неё въехал самосвал. Досматривать она не стала. На негнущихся ногах медленно пошла прочь, чувствуя, как горячие слёзы мешаются на щеках с холодным снегом.

– Ну и где ты шлялась? – встретил Валерию голос отца, как только она открыла дверь в квартиру.

Она тихо чертыхнулась. Так надеялась, что родители уже легли.

– У нас была репетиция, – отозвалась, пряча заплаканные глаза.

– Репетиция у вас до девяти, а сейчас половина двенадцатого! – прозвенела сталью мать, появляясь на пороге кухни. – На телефон тебе что мешало ответить?

Лера чертыхнулась снова, осознав, что не раз ощущала в сумке вибрацию, но предполагала кого-то из приятелей и одногруппников, а их слышать не хотелось.

– Репетиция дольше была, а звонка я не услышала, – начала она оправдываться.

– Репетиция закончилась в восемь сорок пять, – жёстко перебил отец. – Я звонил Эмилии Викторовне. Где ты была, я тебя спрашиваю?

– Я гуляла. Там погода…

– С кем ты там гуляла?! – перехватила инициативу мать. – Хочешь сказать, просто шаталась одна по улицам? Небось опять с этой своей Линой! В следующий раз что, пьяная придёшь?

– Может, хватит меня контролировать?! – психанула Лера. – Мне уже двадцать! Захочу – приду пьяная, захочу – вообще не приду!

Она рывком содрала с ног полусапожки и вихрем пролетела в свою комнату, громко хлопнув дверью.

– Пока ты живёшь в нашем доме, ты будешь приходить трезвая и брать трубку, когда тебе звонит мать! – прорычал за дверью отец, и шаги обоих родителей удалились в спальню.

Валерия бросилась на кровать и зарылась лицом в подушку…

Двадцать седьмое декабря наступило внезапно. Две оставшиеся репетиции Лера отработала на автопилоте и только из нежелания настраивать против себя замдекана. Видеть Елисея и Татьяну было невыносимо. На людях они, впрочем, свои отношения никак не афишировали. Елисей общался с Таней настолько обыденно, что Лера иногда сомневалась, не был ли тот вечер просто дурным сном.

– Лерка! Вернись в семью! – Лина помахала рукой перед носом подруги.

До выступления оставалось ещё два часа, единственная на сегодня пара закончилась, и подруги вместе с Трикстером и Лёшей, другом и одногруппником девочек, сидели в столовой. Лёша, скромный ботаник, с самых вступительных экзаменов ходил за подругами хвостиком, став неизменным дополнением почти всех посиделок. На курсе над Лёшей посмеивались из-за робкого характера и отчаянной близорукости, но девочки обнаружили в нём начитанного собеседника и искромётного шутника. Лера была уверена, что парень влюблён в Лину, но тот ни разу в этом не признался, а сама Лина исключала такую вероятность, как неудобную для её внутренней гармонии.

– Да здесь я, – вздохнула Лера и удручённо посмотрела в салат.

– Я вижу. Ты бросай раскисать. Сегодня же праздник!

– Такой себе праздник, – поморщилась девушка. – Не хочу я слышать, как он будет Таньке в любви признаваться.

– Ну, так не оставайся до конца. У тебя же номер раньше закончится. Чего себе душу рвать?

– Вот да, – кивнул Трикстер. – Забей ты вообще на этого хлыща. Давай я тебя с нормальным парнем познакомлю. У нас басист знаешь, какой? И красавчик, и талантище, и зарабатывает неплохо. Одна беда – скромный, ну да это скорее плюс. Блядовать не будет.