Чтение онлайн

Один из персонажей «Бедных людей», непоследний по важности, в романе так и не появляется – точно так же, как это происходит в пьесе Булгакова, где он фигурирует как главный герой. Речь идет об Александре Сергеевиче Пушкине.

Возвращаясь в письмах к своей прежней жизни, Варенька вспоминает, как влюбилась в молодого учителя Покровского и в преддверии его дня рождения потратила все свои сбережения (надо сказать, весьма скромные), чтобы купить ему в подарок собрание сочинений Пушкина. Чуть позже, узнав, что Макар Девушкин питает некоторую страсть к сочинительству, она передает ему пушкинские «Повести Белкина». Прочитав повесть «Станционный смотритель», Девушкин пишет ей:

«Ведь вот скажу я вам, маточка, случается же так, что живешь, а не знаешь, что под боком там у тебя книжка есть, где вся-то жизнь твоя, как по пальцам, разложена. Да и что самому прежде невдогад было, так вот здесь, как начнешь читать в такой книжке, так сам все помаленьку и припомнишь, и разыщешь, и разгадаешь. И, наконец, вот отчего еще я полюбил вашу книжку: иное творение, какое там ни есть, читаешь-читаешь, иной раз хоть тресни – так хитро, что как будто бы его и не понимаешь. Я, например, – я туп, я от природы моей туп, так я не могу слишком важных сочинений читать; а это читаешь – словно сам написал, точно это, примерно говоря, мое собственное сердце, какое уж оно там ни есть, взял его, людям выворотил изнанкой, да и описал все подробно – вот как! Да и дело-то простое, бог мой; да чего! право, и я так же бы написал; отчего же бы и не написал?» – утверждает Девушкин.

И, наконец, в самом финале первого романа Достоевского (а чем заканчиваются «Бедные люди», я рассказывать не буду) речь снова заходит о книге Александра Сергеевича Пушкина «Повести покойного Ивана Петровича Белкина».

Сходный мотив находим мы и в биографии Фёдора Михайловича.

Одно из первых мест, куда отправился Достоевский, приехав в Петербург в 1837 году, был дом, в котором еще несколькими месяцами ранее жил Пушкин, погибший на дуэли в январе того же 37-го года в возрасте тридцати семи лет.

Достоевский в то время оплакивал смерть матери. Как признавался он много лет спустя, если бы у них не было семейного траура, он просил бы у отца разрешения носить траур по Пушкину.

Последнее, что вышло из-под пера Достоевского, последняя вещь в длинном ряду его писательских удач и неудач, имевшая необыкновенный успех, – это знаменитая Пушкинская речь, в которой он, в частности, сказал: «И никогда еще ни один русский писатель, ни прежде, ни после его, не соединялся так задушевно и родственно с народом своим, как Пушкин…»

Так чем же так примечателен Пушкин, почему он удостаивается такого внимания?

Прежде чем дать ответ на этот вопрос, хочу отметить еще несколько моментов в «Бедных людях» и рассказать о событиях, последовавших за выходом романа.

С первых шагов Достоевский пишет о вещах, о которых тяжело не только писать, но даже упоминать о них. Да что там упоминать – даже думать.

Например, о смерти детей.

Первый детский гроб появляется уже в дебютном романе «Бедные люди». В семье Горшковых, соседей Девушкина по квартире, умирает первенец, девятилетний мальчик. От чего – неизвестно, возможно, от скарлатины. Маленький гробик, «простенький, но довольно хорошенький». Шестилетняя сестра мальчика молча стоит, прислонившись к гробу, ее угощают конфетой, она берет, но не ест. Стоит «скучная, задумчивая».

«А не люблю я, маточка, Варенька, – пишет Девушкин, – когда ребенок задумывается; смотреть неприятно!»

Русский режиссер Лев Кулешов однажды провел эксперимент, ставший известным на весь мир. Хрестоматийный «эффект Кулешова» вошел в историю монтажа.

Режиссер снял четыре кадра, длившихся по несколько секунд: крупным планом лицо актера Ивана Мозжухина, смотрящего куда-то перед собой; тарелка супа, над которой вьется пар; ребенок, лежащий в гробу; девушка, томно смотрящая в камеру, полусидя на диване.

Монтируя кадры, Кулешов чередовал их таким образом, чтобы лицо актера появлялось после каждого из трех остальных кадров: тарелка супа – лицо Мозжухина, ребенок в гробу – лицо Мозжухина, девушка на диване – лицо Мозжухина.

В итоге выражение лица актера считывалось каждый раз по-разному: в первой паре кадров – как голодное, во второй – как безутешное, в третьей – как влюбленное. Хотя это был один и тот же крупный план лица. Эксперимент Кулешова показывает, что смысл, который мы придаем вещам, меняется в зависимости от того, что их окружает.

В этой связи вспоминается идея Моммзена, что бывают такие моменты, когда будущее отбрасывает тень на настоящее. Именно это мы и наблюдаем в случае с лицом Мозжухина: на него отбрасывает тень то, чему еще предстоит случиться (тень следующего кадра), и оно в некотором смысле несет на себе печать будущего.

Такое случалось и в жизни Достоевского: написанные им произведения отбрасывали тень на его судьбу.

То есть Достоевский, как и все мы, писал о том, что происходило с ним в прошлом; но случалось и так, что написанное им осуществлялось в будущем.

Сам еле сводя концы с концами, Девушкин не устает делать маленькие подарки бедной Вареньке – цветы в горшках, сладости; ради Вареньки он отказывается даже пить чай, иронизируя по этому поводу, хотя уже сильно задолжал, и, встречая на улице нищего, который просит Христа ради, вынужден молча проходить мимо. (В этой связи вспомнилось, как моя дочь, когда была маленькой, хотела, чтобы я подавал милостыню всем встречным нищим, а я этого не делал и чувствовал себя ужасно.)

Узнав, что и без того бедствующий Макар Девушкин дошел до полной нищеты, Варенька отдает ему те немногие деньги – какие-то жалкие гроши – которые у нее оставались. Эти два бедняка, ведущие убогую жизнь, напомнили мне один эпизод из мемуаров второй жены Достоевского Анны Григорьевны. Поселившись в Женеве в конце 1867 года, по вечерам, часов около семи, они с мужем выходили на прогулку и, чтобы Анна Григорьевна не уставала (она была беременна), часто останавливались перед ярко освещенными витринами роскошных магазинов: Фёдор Михайлович показывал жене драгоценности, которые подарил бы ей, если бы разбогател.

«Надо отдать справедливость: мой муж обладал художественным вкусом, и намечаемые им драгоценности были восхитительны», – пишет Анна Григорьевна.

Когда мы читаем в «Бедных людях» об умершем ребенке, уложенном в специально сделанный новый гроб, невольно приходит на память история первенца Достоевского, дочери Сони, родившейся в 1868 году и названной в честь главной героини «Преступления и наказания» Сони Мармеладовой, которая зарабатывала проституцией (смелый шаг со стороны четы Достоевских). Фёдор Михайлович писал тогда Майкову: