Чтение онлайн

Вампир вынул меч и, неслышно ступая, направился вперед.

Его спутники тихо двинулись за ним, молясь, чтобы лошади вели себя тихо и не споткнулись в кромешной тьме.

Тем временем тоннель расширялся. Потолок значительно поднялся. Затхлый запах подземелья усилился и превратился в сладкую липучую вонь.

Лошади забеспокоились.

Михась гладил их по гривам, тихо шепча, что они хорошие, смирные и умные лошадки. Что-то в его шепоте было еще про привольные зеленые луга и вкусный овес.

А костер, действительно, был. Он горел посреди залы, которую образовал расширившийся туннель.

И у костра сидела она.

Полисфена.

Полисфена была стара… Чахлые груди, похожие на кожаные мешочки, жалко свисали почти до пояса. Седые редкие космы падали на изможденное лицо. Сквозь дырявое рубище, бывшее некогда дорогим платьем, просвечивало давно не мытое тело.

Смрад стоял в пещере ужасный. Трупная сладковатая вонь. В полумраке угадывались полусгнившие трупы овец и коз.

Полисфена что-то помешивала в котелке. От похлебки тоже отвратно разило.

Алекс, крадучись, держа наготове меч, медленно двигался в тени, пытаясь все же найти тропку, которая позволила бы им проскочить мимо этого старого странного существа. Тошнота подступала к горлу. Он старался реже дышать.

Свернул за валун. Еще немного…

Но все испортила Люсьенка…

Она икнула, фыркнула на вонищу и, не очнувшись еще от амурного морока, выскочила из-за своего валуна с воплем:

— Да чего вы боитеся, мужики, это ж обычная старая бабка!!!

Алекс замер, сжимая меч.

Михась в ужасе уставился на зловонное кладбище домашнего скота.

Полисфена подняла голову. Прищурилась. Удивилась.

— Здоровьица вам желаю, бабушка! — радостно воскликнула неугомонная Люсьенка. — А чаво это вы тута сидите? Вас тоже эти срамотники-добрячки здеся заперли?

Полисфена встала. Выпрямилась. Сделала шаг к девушке.

— Люсьенка, мать твою!!! Не приближайся к ней!!! — крикнул упырь, выпрыгнув из своей тени.

Полисфера развернулась к нему. Улыбнулась.

— Ну и сколько еще вас в моей пещере? — произнесла она звучным молодым голосом. Еще молодым.

— Я еще! — сделал шаг вперед монах, крепко вцепившись в лошадиные поводья.

Полисфена мазнула по нему взглядом, хмыкнула. Потеряла интерес.

Направилась к Алексу.

— Эрул… — прошептала старуха, коснувшись груди вампира. — Ты помнишь меня?

— Не уверен, — ответил тот, стараясь не пятиться от нее.

— Ну… да… конечно. Столько лет прошло. Зимовка в замке Карон. Брюнетка в зеленом платье. Я еще пряжку потеряла, и мы искали. Помнишь? Голубятню помнишь? Я все платье измазала. На полу был помет.

— Полисфена?! — изумленно воскликнул эрул.

— Да-да!!! — обрадовалась старуха. — Я Полисфена!

Алекс молчал, в ужасе разглядывая старое жалкое существо, бывшее некогда любимой дочерью баронессы замка Карон.

— Что смотришь?! — усмехнулась старуха. — Изменилась я? Да… Сама знаю… изменилась. А ты — нет! Все цветешь, эрул.

— Го… господин… — подал голос Михась. — Вы ее знаете?

— Да… — ответил Алекс.

— А кто это?

— Это Полисфена. Брукса.

Повисла тишина… Слышно было, как мерно капает вода и пищат под потолком пещеры летучие мыши.

Первой подала голос бедовая Люсьенка.

— Как это — «брукса»?! — пролепетала девушка. — Бруксы же красивенные. Мне моя бабка сказывала, а бабка в брехне замечена не была, вся деревня ее уваживала!

Полисфена грустно усмехнулась.

— А что такое «брукса»? — залюбопытничал Михась, высунув голову из-за беспокойных лошадиных морд.

— Брукса — это женская разновидность вампиров, — ответил Алекс.

— Ох, мамоньки! — взвизгнула недоведьма. — Кругом одни упыри!!! Сожрут!! Сожрут, чует моя душа!!!

— Да тебя бы надо… — проворчала старая брукса, оглядывая сдобную Люсьенку.

— Что с тобой случилось, Полисфена? Почему ты здесь, а не в замке? Где твои сестры? — перебил всех эрул.

— Почему я здесь?.. — пробормотала брукса. — Да что вы стоите-то, присаживайтесь! Может, есть хотите? — встрепенулась старуха, кидаясь к своему горшку с варевом.

— Нет-нет! Мы завтракамши! — успел Алекс.

Все чинно сели на камни, покрытые влажными шкурами.

Полисфена длинной ложкой помешивала свою неароматичную похлебку.

Молчала.

Наконец вздохнула и начала:

— Было нас четыре сестры у баронессы замка Карон, что на Бруксовом Нагорье. Я младшая. Любила меня мама и сестры. Хорошо жили, дружно. На четыре сезонных бала вся округа у нас была. Заезжали и эрулы. Смех, танцы, игры разные… Поди-ка, эрул, твои спутники ничего не знают про брукс и эрулов?

— Почти ничего, — подтвердил Алекс.

— Тогда расскажу, — продолжала Полисфена, — бруксами рождаются лишь девочки. А мальчик если родится, так он обычный, даже клыков нет. Бруксы девочек оставляют себе, а мальчиков относят в селения к людям, люди их и растят спокойно. Живут бруксы все вместе в замках, большими женскими семьями.

Эрулы же живут одиночками и кучковаться не любят. Слово "эрул" сейчас у людей значит "князь", но в древности так звали лишь высших вампиров, которые собственно и были князьями и владыками этих мест. На чем же я остановилась-то… А, вспомнила. Про брукс говорила. Захаживают к бруксам и мужчины-вампиры и людские мужики. А потом мы рожаем детей.

Захаживали и ко мне… Но рожала я лишь мальчиков, и их мама и сестры относили к людям.

Сначала я даже радовалась этому. Как же! Балы, гости, кавалеры…

Но прошло много лет, и я не родила ни одной девочки.

Как я завидовала сестрам! Какие красивые нарядные дочки у них были!

А у меня — ничего. Пустая колыбель…

Бросила я мамин замок и поехала в город. В Бетевит. В бордель. Пошла по рукам. Но и тогда я рожала лишь мальчиков.

С кем я только не спала…

Вернулась в замок.

И убила с горя новорожденную дочку у моей сестры. Задушила подушкой…

Изгнали меня родные…

Что делать? Как быть?

Поселилась я в этой пещере и стала воровать деток женского пола у добрячков, что жили рядом на болоте.