Чтение онлайн

— Пожалуйста… — от ужаса не могу больше произнести ни слова.

— Вообще, — шершавая ладонь неожиданно отпускает волосы и скользит по мокрой от слез щеке, — Жалко отдавать тебя на зону. Я могу помочь, — пальцы сжимают подбородок, и меня крупно передёргивает, — Не дёргайся, — большой палец обрисовывает рот и с силой вдавливаемся между губ.

Я ощущаю на языке горечь смолы, смешанной с соленым привкусом грязной кожи. Рвотный рефлекс срабатывает позывами моментально.

— Ты не вздумай, мать твою, — отскакивает в сторону, а я реально жалею, что тошнота прошла. И у меня не получается вызвать его брезгливость. Мразь! Долбаная мразь!

— Какие у меня варианты? — вытираю губы тельной стороной ладони и истерично усмехаюсь, — Спать с тобой и меня никто не обвинит в убийстве? Так ты сначала докажи, следователь, — я падаю на нижние глубины страха, когда мозг проясняется и перестаёт ощущаться боль.

— Не сомневайся! — подлетает ко мне и прихватывает за шею, заставляя посмотреть в залитые яростью глаза, — Будешь ползать в моих ногах.

— Да я лучше сдохну, — шиплю ему в ответ. Получаю хлесткий удар в скулу и слетаю на пол. Знает, куда бить, сволоч. Несколько секунд в голове стоит звон, я пользуюсь падением, как передышкой и возможностью подумать. Я ведь могу написать отказ от наследства в пользу любого человека. Зачем такие сложности? Зачем пытаться меня посадить? Просто за сговорчивость? Мысли начинают спотыкаться о шум. Два мужских голоса. Ещё двое? Закричать? А если только хуже? Я открываю глаза в тот момент, когда в кабинет врывается Ярослав.

Он секундой оценивает обстановку, я вижу это по его дёрнувшемуся кадыку и участившемуся дыханию.

— Вышел, капитан! — разрежает громом тишину кабинета. Его приказ нельзя проигнорировать. Кажется, вышел бы даже генерал, а Носов замер и жмётся. Он боится? — Нахрен я сказал!!! — звереет Ярослав, повышает децибелы голоса, и следователь вытекает по стенке за дверь.

— Встань, Вася… — теперь приказ мне, но я просто не могу этого сделать. Ложусь ноющей щекой на стул и прикрываю глаза.

Ярослав оказывается рядом, дёргает меня вверх, как пушинку, подхватывает и сажает попой на стол.

— Что он сделал? — руки ощупывают меня на предмет травм. Дотрагиваются до лица, и я вздрагиваю от боли.

Ярослав

Боль в плече привычна. Перманентна и надоедлива, как жужжание комара. Она — живое напоминание того, что каждый день мы делаем выбор. Правильный или нет становится понятно позже, но ответственности это не снимает. Позади три месяца больнички и пол года реабилитации. Сейчас я уже свободно сплю на боку, выдерживаю спарринг, плаваю, таскаю железо. Вот только полноценный сон не вернулся. Я по-прежнему не умею отключаться, все время нахожусь в полуяви, готовый в любой момент выдернуть из-под подушки ствол. Брат настойчиво советует заменить металл на выносливую девку, но я не привык засыпать в одной постели с тем, кому не доверяю. Даже если до этого ее рот высосал мой член до капли. Этого добра мне не жалко, как и баланса на карточке.

Секретарша, эффектно наклонившись над столом, ставит передо мной третью за утро чашку эспрессо. Не реагирую. Если будет и дальше выставляться — уволю, хоть и обещал всем сотрудникам, когда занял пост генерального директора, что рабочие места сохранятся. О том, чтобы оставить предыдущего директора на предприятии не могло быть и речи. За пять лет управления успел насобирать себе откатов в пять раз больше, чем официальная зарплата. А когда понял, что задница подгорает, слил коммерческую инфу Елецкому. Бездоказательный факт. И только поэтому бывший работник до сих пор не выехал на «лесную экскурсию». От отчётов отвлекает резкое хлопание двери в приемной.

— Где твоя секретарша? — дверь кабинета открывает Михаил и пересекает его размашистым шагом. Замечает Нику рядом со мной и брезгливо хмурится, — Выйди, — кивает ей. С раздражением провожает взглядом и шлепает мне на стол пухлый конверт.

— Договорился? Переговорщик херов? — по скулам ходят желваки, — Ну! Любуйся!

Открываю конверт, достаю бумаги и пробегаю глазами первый абзац. Останавливаюсь. Делаю глоток кофе и перечитываю ещё раз. Интересно, однако…

— Это завещание Королева? Откуда оно у тебя?

— Оттуда, блять! — брат взрывается, — Курьер из рая принёс! Практически в прямом смысле, — хватает мою чашку и допивает одним глотком, — Ну и гадость, — морщится, — Застрелили нашего Королева сегодня ночью возле дома. И мы с тобой — не самые последние подозреваемые.

— Дела… — пролистываю страницы, не понимая, в чем причина бесива, — Кто наследник? Жена?

— Неет, — едко цедит Михаил, — Архипова Василиса Олеговна. Девка эта, что вчера с нами за столом сидела.

Да ну нахрен! Давление бьет в голову. Я почти убедил себя, что погорячился. Как же так, девочка? Маленькая шустрая сука! Пальцы стискивают край стола.

— Подробности? — мне нужно несколько секунд, чтобы привычно выключить эмоции и оставить холодный разум. Три, две, одна… Выдыхаю… — Кто исполнитель? Кто прикрывает?

— А вот тут — лажа полная. Все, кто знал близко Владимира, говорят, что Василису эту он берег и в дела кроме клуба не посвящал. Не готовил он из неё наследницу, — разводит руками.

Берег значит… Только от одной мысли, что Василиса действительно не выглядела рядом с ним испуганной или обреченной, меня лихорадит. Значит, все добровольно? Пропускаю по позвоночнику холодную дрожь, представляя ее нежное молодое тело под мужиком шестидесяти лет. От осознания того, что Королева больше нет, испытываю странное животное удовлетворение.

— Он просто подставил ее, — пожимает плечами Михаил, — По какой-то причине подстраховался от прямой наследницы, но умирать не собирался. Я больше чем уверен, что сегодня мы бы подписали договор. А теперь — гонка на выбывание, — он усмехается, — Жалко ее. Кто первый доберётся, тот и порешает. Нужно, Ярый, чтобы первыми были мы. Пока о завещании знаем ты, я и вдова Королева. Но это вопрос суток.

— Где она? — выдыхаю сквозь зубы.

— Парни пасут ее от института. Минут десять назад отзванивались, сказали, что такси к шестому отделу вызвала.

— Это плохо, Миха, — я не могу сдержать страх за нее. Плохо это. Что буду делать? Любоваться? Ай! — Ее ж и там могут пресануть.

— Что решать будем? — брат смотрит на меня с подозрением, — Парни упакуют девочку, как от следака выйдет. Надо с ним побазарить, кстати. Кто-то из бойцов шепнул, что Носов — редкой продажности псина.

— Я сам, — говорю жестко. Миша поднимается во весь рост.

— Объяснись, — едва сдерживаясь и с нажимом.

— Не дам я ее, — сморю брату в глаза и сдаю себя. По его охреневшим глазам понимаю, что сдаю, — Эта Василиса — сестра одного из моих парней. Тех.

— Почему теперь мне хочется ее грохнуть ещё сильнее? — вкрадчиво и едко. Ты прав, брат. И да, наши желания охренеть как совпадают! — Почему вчера не сказал?

— Поехали прокатимся, — встаю из кресла, — Отправь Гошу с парнями дорогу до дома проверить. Не надо ему ее видеть.

— Нет, Ярый! — он догоняет меня в дверях и хватает за больное плечо. Логично, да..

— Больше некуда, — стряхиваю его и выхожу к лифтам.

Не сговариваясь, рассаживаемся с Михой по разным машинам. Ещё две отправляем домой. Безопасность не помешает. При самых хреновых раскладах мы — следующие в очереди на вечный покой. Но не за этим я развязался с одним адом, чтобы как крысу задавили в другом. Главное — понять чей расклад.