Чтение онлайн

— А-а-а! — И я с радостным визгом кинулась ему на шею! Прыгнула, повисла на пошатнувшемся мужчине, обнимая за шею и самозабвенно дрыгая ногами. — Спасибо тебе, ёжичек мой желейный! Мармеладка сиреневая, ты настоящий друг! Я тебя обожаю! Спасибо, спасибо, спасибо!!!

— Соня, ты с ума сошла? — рефлекторно приобняв, испуганно простонал он.

— Не дождешься.

Отпустив ошарашенного каха, я опрометью метнулась в ванную. Мыться, одеваться и завтракать! Срочно! Есть хочу жутко. А еще надо расспросить насчет браслета. И крыльев. И Роя насчет экипажа яхты, и…

Идеи бурлили, вера в лучшее воспряла духом и в отместку за вчерашнее только что из ушей паром не шла, отплясывая канкан на поверженном в прах разочаровании. Если во Вселенной есть место благородству и верности идеалам, все наладится!

Ударными темпами приведя себя в порядок и облачившись в лазоревую тунику и кремовые шелковые брючки, я распахнула дверь в комнату. А там… Улянь с самым сосредоточенным видом подозрительно обнюхивал мою подушку! Длиннющим носом, напоминающим, то ли хобот, то ли морду муравьеда.

— Желейка, — удивленно пискнула — ты чего?

Он резко выпрямился и повернулся ко мне, забавно дернув своим носохоботом. Вкупе с фигурой и крыльями орлана, это… это… Я сползла по стенке от хохота.

— Прдуо! — невнятно начал было ках, но тут же опомнился и, тряхнув головой, снова стал похожим на себя.

— Проверяю, не пропитано ли постельное белье наркотиком. Не доверяю я твоему Рою, а ты себя ведешь более чем странно.

— Не бери в голову, — всё еще хихикая, отозвалась и протянула руку.

Ках подошел, дернул, помогая встать и я, всхлипывая от смеха, потопала к двери.

— На будущее, — обернулась через плечо. — У меня часто по утрам бывает хорошее настроение. Не пугайся каждый раз. Но мне понравилось, как ты подушку нюхал! Если, вдруг, впаду в уныние, возьми этот образ на заметку. Я завтракать. Ты со мной?

Он несколько секунд удивленно смотрел на меня. После кивнул и, подойдя к столу, отключил бук.

— Пошли, сумасшедшая, — улыбаясь, взял за руку. — Одной тебе тут ходить небезопасно.

— Скажешь тоже, — хмыкнула, скрывая за небрежностью царапнувшую сердце тоску и тут же улыбнулась. Нет уж, пока есть шанс, надо верить в лучшее. А тоска… если надежды не оправдаются, для неё еще будет время.

Кстати, яхта, доставшаяся нам по случаю, оказалась поистине великолепной. Перламутр, эмаль и серебро на всевозможных поверхностях причудливо и неожиданно органично сочетались с объемными картинами, которые представляли собой пол и потолки.

Например, свернув к столовой, мы с кахом оказались в коридоре, пол которого представлял очень натуралистично изображенные облака всех оттенков розового и золотого, а над головой царил океан. Мы шли, и казалось, где-то над нами в сине-зеленой толще бьют хвостами киты. Нет, конечно, никто ничем не бил, но ощущение создавалось именно такое.

Вот сразу видно, что яхту Рой не у кого-нибудь отжал, а у принца! Да и…

Когда Улянь открыл передо мной двери пищеблока, который тут очень напоминал зал дорогого ресторана, я остолбенела от удивления. Уютный зал, выдержанный в голубых, кремовых и кофейных оттенках мог бы поразить сам по себе, настолько изысканно и красиво тут было, но…

— Светлого тебе неба, огонек, — проговорил Рой, приветливо улыбаясь обалдевшей мне. — Как спалось? Надеюсь, этот… — косой взгляд в сторону каха и явное усилие сдержать язвительный комментарий, но все же почти вежливое: — твой спутник не позволил себе лишнего?

Бывший жених в узких черных брюках и бирюзовой тунике, оттеняющей цвет крыльев, выглядел сногсшибательно. По меркам большинства гуманоидных рас этот высокий синеглазый орлан — само воплощение мужественности и силы, не говоря уже о моей собственной точке зрения, которая в данном случае мало отличалась от всеобщей. Разве что я еще и влюбиться в Роя умудрилась по самые уши.

И тем не менее, во все глаза смотрела вовсе не на орлана, а на столик из темного пластика, имитирующего древесину. Впрочем, не удивлюсь, если за ради наследника и живое дерево убили. На нежно-голубой скатерти с традиционным орланским орнаментом наличествовал завтрак. Судя по некоторым нарушениям правил сервировки, накрывал стол сам Рой, но даже не это вводило в ступор. Допустим, сок, фрукты и мороженное можно было банально вытащить из стазисного шкафа, но…

— Твой любимый мусс из белой себы, — подтвердил мои подозрения орлан, указывая на розетку, в которой воздушной горкой лоснился источающий дивный аромат мусс.

Блин! Его нельзя приготовить в синтезаке или заморозить заранее купленный в каком-нибудь ресторане, да и в стазисе сохранить почти невозможно. Себа хранится только в шкурке, а, стоит ту соскрести, почти мгновенно желтеет. То есть сначала нужно приготовить соус, залить его в миксер, а уж потом чистить и сразу забрасывать в него свежеочищенные кусочки. Причем быстро! Выходит…

— Ты сам готовил? — с благоговением выдохнула, почти непроизвольно делая шаг к столику, и втянула носом божественный аромат.

Ках шагнул вперед и, прежде чем Рой успел воспротивиться, дернул его за руку.

— Сам, — кивнул Улянь, совершенно спокойно отступая обратно ко мне, и пояснил: — От неё ногти зеленеют. Надо в перчатках чистить.

— А ты откуда знаешь? — в который раз подряд изумилась я.

— Мирта рассказывала, — пожал он плечами. — Плюс у василисков на себу сильнейшая аллергия, вызывающая изменение структуры и цветовой гаммы чешуи, спазматический кашель и сильнейший насморк.

— Что, правда?

— Истинная. Мы в позапрошлом месяце на Сетхе проверяли, когда он Мирту похитил и пытался накачать подавляющими волю психотропами.

— И?

Я смотрела на каха со смесью ужаса и жгучего интереса.

— Оранжевый василиск с чешуей, стоящей дыбом — это, я тебе скажу, уникальное зрелище. А уж кашляющий и сопливый… В общем, он почти на неделю выбыл из игры.

— И почему меня там не было!

— Соня, — ласковым голосом, в котором проскальзывали стальные нотки гнева, окликнул Рой. — Ты ничего не забыла? Мусс желательно есть свежим.

— Ох, прости!

Я торопливо подбежала к столику и села на предупредительно отодвинутый стул. Не могла же я допустить, чтобы стараниями Роя приготовленная вкуснятинка пропала? Это было бы несправедливо. Причем в первую очередь по отношению к моему желудку и чувству прекрасного.

— Не знала, кстати, что ты умеешь готовить, — пробормотала.

Орлан налил в бокал золотисто-розовый сок из запотевшего графина.

— Я тоже, — занимая место напротив меня, отозвался он. — Но желание сделать приятное любимой девушке и доступ к сети способны на многое.