Чтение онлайн

— Доброе утро.

Мне показалось, или в его голосе мешался смех и уважение? Это было столь неожиданным, что я даже оглянулась, проверяя, одна ли стою в коридоре.

— Доброе… Я могу зайти? — с улыбкой спросила я.

Норил кивнул и не слишком аккуратно сгреб ворох бумаг, лежащих вокруг него. Эту гору чужих рукописных трудов, положенных на низкий столик, украсило несколько артефактов, хранящих воспоминания и слова использующих их.

— Мне кажется, я не вовремя, — осторожно заметила я, на мгновение забывая, что мой муж является его начальником.

— Все хорошо, — он радушно улыбнулся. — В Зейране неспокойно, и здесь, — юноша обвел руками бумаги, — все, что известно на сегодняшний день, и, прямо скажем, не густо.

Я нахмурилась — нам всем с детства внушали, что власть незыблема, а сейчас я слышу о проблемах в одной из двенадцати провинций Ширасарна.

— Ничего страшного, но восстания необходимо подавлять на корню, — рассуждал юноша, стараясь сложить бумаги аккуратнее.

— А ничего, что Вы это говорите мне? — поинтересовалась я с улыбкой.

— Нет, Вы же жена его светлости, — по лицу Норила пробежала судорога едва сдерживаемого смеха, и он вздохнул, пытаясь взять себя в руки.

— А где, собственно говоря, его светлость? — спросила я, размышляя, что мужчины порой бывают сплетниками хуже женщин.

— Утром он сообщил мне о необходимости сходить к лекарю, а после у него дела в Капитолии, где он будет к обеду.

— К лекарю? — я удивленно подняла брови, глядя на Норила и вспоминая его светлость.

Дракон выглядел ночью абсолютно здоровым и довольным жизнью, хотя, возможно, он получил травму на тренировке? Меня смущало лишь одно — едва заметное дрожание юноши и то, как он краснеет, кусая губы — очевидно, сдерживать смех ему становилось сложнее с каждой минутой.

— Норил, что-то не так? — осторожно поинтересовалась я.

Кажется, этот вопрос стал для юноши последней каплей, и он громко засмеялся, не в силах больше сдерживаться. Он кусал губы, пыжился, но остановить смех не мог. Сейчас я вновь почувствовала себя учительницей, которая терпеливо ждет, когда подопечным надоест глупо смеяться и шкодить, и когда они будут готовы вернуться к обсуждению насущных вопросов.

— И не стыдно Вам так смеяться над здоровьем начальника? — спросила я строго, стоило ему замолчать.

— Мне? Стыдно? — в его глазах отразилась неподдельная обида, а после он хмыкнул. — Мне… Мне необходимо идти, — пробормотал юноша, краснея до ушей. — Меня тоже ждут в Капитолии, да и дел накопилось.

Я чувствовала, что он скрывает что-то интересное. Осторожное предположение проскользнуло у меня в голове, и тут же я отринула его. Нет, конечно, слова, сказанные с испугом и гневом могли воплотиться в жизнь, но мне явно не хватит сил, чтобы проклясть дракона, тем более силой одного своего слова.

— Капитолий… Это же там, где собирается совет? — спросила я осторожно, размышляя, что так просто он от меня теперь не отвертится.

Интересно, его светлость дал конкретные указания по моему поводу или опустил это как нечто не важное?

— Да, зал совета там тоже есть, — все еще икая от подступающего смеха, согласился юноша.

Вроде бы все сходилось идеально — я могу столкнуться будто бы случайно с супругом, и, возможно, он даже соблаговолит ответить на несколько моих вопросов. Я внимательно смотрела на Норила, он же, в свою очередь, быстро собирал бумаги, бормоча что-то про срочность и необходимость поскорее приступить к делам.

— Ох, мечта… — протянула я, привлекая к себе внимание. Юноша замер и вопросительно поглядел на меня. — Увидеть Капитолий, зал совета… Мне это не светит, ведь Расар, — я едва поморщилась, впервые назвав своего суженного по имени, — ни в какую не хочет представлять меня совету.

— Это традиция, и я, честно говоря, тоже не понимаю, почему он нарушает ее, — Норил пожал плечами. — Но, уверен, у него есть свои мотивы поступать именно так.

Я хмыкнула. Да уж, ничего не скажешь, удружил.

— Мотивы? — переспросила я, надеясь узнать еще хоть что-то.

— Ну да, глупо скрывать свою жену от других лордов-протекторов. Мотивов не знаю, могу лишь догадываться, что это каким-то образом связано с пророчеством.

Я нахмурилась, Норил же замолчал, заметив мое недоумение и понимая, что сболтнул лишнего.

— Пророчеством?

— Это личное… — пробормотал он.

— Тем более. Вы же не хотите, чтобы я задала этот вопрос его светлости в лоб сегодня же вечером, когда он вернется домой? — спросила я строго.

— Я не знаю текста пророчества, знаю лишь, что оно в какой-то мере тяготит Расара, — он говорил, а я понимала все меньше и меньше из сказанного им. — Это тоже своего рода традиция. Наследник великого дома… — он вопросительно посмотрел на меня, и я кивнула — это определение было мне знакомо. Так порой называли семьи, удерживающие власть в Ширасарне. Семьи лордов-протекторов. — Вот при рождении, если быть точнее, в седьмой день после рождения ребенка, его относят в храм к Жрецу, и он дает предсказание, которое будет вести дитя к его предназначению, и все в таком духе. Текст пророчества знает его светлость и его родители. И все.

Он поднял руки, как будто говоря, что больше сказать ничего не может. Я же хмыкнула — о подобной традиции я слышала впервые, но допускала, что короткий рассказ Норила является абсолютной правдой. Все же люди мало знали о драконах, тем более о правящих.

— И Вы точно не знаете, почему он не хочет меня представлять совету? — спросила я щурясь, уверенная, что юноша мне не солжет.

— Я правда не знаю, — протянул Норил, растягивая гласные на столичный манер. — Он точно Вас не скрывает. Шипс — главная сплетница Шарха, так что я уверен, уже сегодня к вечеру все будут знать о появлении ее светлости арн Зейран.

Он снова подавился смешком, но на этот раз почти незаметно. Интересно, что мой супруг успел обсудить со своим помощником, что бедняга едва может сдержать смех?

Норил встал и даже успел поклониться, прежде чем я кашлянула, привлекая к себе внимание:

— У Вас столько работы… — начала я издалека и увидев страдание, отразившееся на его лице, поняла — тактика абсолютно верная. — Я могла бы Вам помочь, ведь мой муж ничего не говорил о том, что он не хочет, чтобы я шла в Капитолий, он лишь сказал, что не хочет представлять меня совету.