Чтение онлайн

– О! Соэлла Сюзанна!

Бертина изогнула недовольно рот; от ее внимания не ускользнуло, что ее сейчас демонстративно проигнорировали.

– Я пришла к вам, как к подруге, поговорить по душам. Вы ведь, помнится, обмолвились, что считаете меня подругой.

Я скептически выгнула бровь, мол, что за ересь вы несете, милочка?

– На первом ужине его светлости, помните? – как ни в чем не бывало продолжала улыбаться рыженькая. – Тогда, помнится, поблизости был Марай, он должен помнить, говорят, у демонов хорошая память. В отличие от людей. Может, стоит его позвать?

Я скривилась и выдохнула.

– Ах, да-да, припоминаю, как-то нарекла вас своей закадычной подружкой. Не надо никого звать.

– Ой, ваша правда! – согласилась Альвина. – Не будем никого звать. Тем более, я хотела поговорить с вами наедине.

Она положила руку на грудь и сказала проникновенно:

– Хочу раскрыть вам, что у меня на сердце. Вы ведь уделите мне время?

Возле двери громко втянула ноздрями воздух Бертина.

– Боюсь, я не могу оставить молодую госпожу без присмотра, соэлла Мизан, - твердо заявила Бертина. – Она порой крайне невнимательна. Съест, бывало, что-нибудь случайно, а потом ни в одно платье влезть не может. Как ее компаньонка, я должна за ней присматривать и не оставлять ее одну надолго.

Если тонкий намек Бертины на толстые обстоятельства и дошел до Альвины – а он наверняка дошел, - то вида она не показала. Не удостоив мою дуэнью даже взглядом, продолжала смотреть на меня.

– Что вы скажете, соэлла Сюзанна? Насчет разговора по душам. Я тут планировала идти к новому распорядителю, чтобы замолвить словечко в свою защиту, объяснить, что меня зазря обвинили, и заодно рассказать, кто на самом деле та невеста, которую вчера вечером хотел вывести на чистую воду его сиятельство. Ну, вы помните: невеста, соблазненная Мараем. Но сначала я решила поделиться с вами.

Она невинно похлопала глазами.

– Или, думаете, мне стоит сразу идти с этим к распорядителю Тильману?

Я цыкнула от досады, а Бертина посмотрела на меня большими глазами, в которых стоял вопрос: «Невеста, соблазненная демоном? Только не говорите мне...»

Черт бы побрал этого коротышку. Его хомячество только запутал все. Но не объяснишь же, что на самом деле меня никто не соблазнял, да и искал Гранвиль вовсе не соблазненную невесту, а ту, которая сняла с демона печать? Придется без объяснений. Потому что от рыженькой я, похоже, просто так не отделаюсь.

– Прошу простить, соэнья, не могли бы вы оставить нас с соэллой Альвиной наедине.

Я старательно изобразила милую улыбку.

– Для разговора «между нами девочками».

Бертина смотрела на меня неодобрительно, всем своим видом как бы говоря: «Боюсь спросить, во что вы вляпались, соэлла, только не вляпайтесь еще сильнее, сделайте одолжение».

Но вслух, тяжело вздохнув, она сказала другое:

– Что ж, как женщина, я понимаю ценность женской дружбы. Поговорите, конечно.

Перед тем, как выйти, она остановила тяжелый взгляд на Альвине:

– Только печеньем не увлекайтесь, соэллы. Оно портит талию.

Когда дверь моей комнаты закрылась, и мы остались наедине, дружелюбная улыбка сошла с лица Альвины Мизан. Посмотрев на меня требовательным взглядом, она спросила:

– Кто такая Дайнари?

* * *

– Кто такая Дайнари? – спросила Альвина Мизан, как только дверь за Бертиной закрылась.

«Хороший вопрос, - подумала я. – Прям с порога быка за рога берет. Да-да, я помню, что рыженькая бывает решительной».

– Дайнари? – изобразила непонимание я. – А кто это?

Альвина нахмурилась от раздражения.

– Это я у вас спрашиваю! Бросьте притворяться, я слышала, как вы произнесли это имя в разговоре с Мараем.

Знаю, что слышала, подумала я, но подразнить рыженькую так и подмывало. Она ведь наверняка думает, что, раз подслушала разговор между мною и демоном и кое-что теперь обо мне знает, то я у нее на крючке. Пусть думает.

– Видимо, зря я к вам пришла, соэлла Сюзанна, - состроила обиженное личико Альвина. – Пойду лучше поговорю с новым распорядителем...

Повернувшись ко мне спиной, она шагнула к двери, но я ее остановила:

– Ну, ладно-ладно. – Изобразив глубокое чувство вины, я сказала таинственно: - Это не моя тайна, соэлла Альвина, но принимая во внимание нашу крепкую дружбу, я так уж и быть, все вам расскажу.

Рыженькая глубоко вдохнула и, проявляя нетерпение, подошла ближе.

– Дайнари, - начала я словно нехотя, - это давно потерянная возлюбленная Марая.

Глаза рыженькой загорелись. Что, демон до сих пор у нее из головы не выветрился? Все еще не забыла о нем думать? Грех этим не воспользоваться.

– Я случайно об этом узнала, - продолжала я. – И так уж вышло, что Марай принял меня за нее. А точнее – решил, что я ее перерождение. А так как он ее очень любил, то теперь ему кажется, что я его воскресшая любовь.

«Боги, что за ересь я несу? – ужасалась я мысленно. – Надеюсь, Марай меня сейчас не слышит».

Осторожно покосившись на Альвину, я мысленно себя поздравила. Рыженькая смотрела на меня большими глазами и ловила каждое слово. Золотое правило: чем бредовее бред, тем охотнее в него верят. В случае с Альвиной это правило отлично работало.

– Постойте, соэлла Сюзанна, - нахмурилась рыженькая, - но почему Марай решил, что вы – его бывшая возлюбленная Дайнари?

– Видите ли, соэлла Альвина, - продолжала делиться я с самым секретным видом, - я повела себя в точности, как когда-то Дайнари. Помните, я как-то сказала вам, что в качестве любовника демон не годится? – Рыженькая с готовностью покивала. – А потом еще спросила у вас, как вы думаете, не будут ли его клыки мешать целоваться?

Альвина слегка зарделась и опять кивнула.

Вы только посмотрите на нее: она там при слове «целоваться» сразу себе что-то нафантазировала? Воображение разыгралось?

– Ну вот, - продолжала я, - в свое время Дайнари говорила в точности то же самое. Слово в слово. И поэтому Марай – видимо, от большой тоски по любимой, - решил, что я ее перерождение.

– Хм, - с легким недовольством проворчала Альвина, - так вот почему Марай вечно от вас глаз не отводит – ищет в вашем лице черты своей давней возлюбленной, видимо.

– Видимо-видимо, - охотно покивала я.