Чтение онлайн

Натаниэль глубоко вдохнул и встретился взглядом с Этериджем. Его беспокоило то, что он раскроется перед человеком, который не был склонен симпатизировать ему. Но в выражении лица Этериджа не было ничего, кроме понимания.

Тем не менее, Натаниэль собрался и натянуто поднялся на ноги.

— Мне нужно идти. У меня встреча с епископом. Благодарю тебя за то, что ты достанешь приглашение, — он резко кивнул. — Передай мои наилучшие пожелания своей жене. Доброго дня, Этеридж.

В Рирдон-Хаусе Миртл пошла как обычно вздремнуть, а Натаниэль все еще отсутствовал. Обед не ожидался еще в течение многих часов.

От нечего делать Вилла решила пойти в свою комнату и заняться распаковкой своих книг и свадебных подарков. Домашние хлопоты успокаивали, хотя некоторые вещи из Дерритона заставили ее улыбнуться сквозь слезы.

Хотя казалось, что ее вещей просто несметное количество, они просто растворились в этой огромной, прекрасной комнате. Чтобы хоть немного почувствовать себя дома, Вилла поставила вырезанную Диком красную белку — Sciurus vulgaris — на свой ночной столик, и использовала одно из вышитых чайных полотенец Мойры как покрывало для умывальника.

Книги ее родителей, вполне почтенная библиотека в Дерритоне, здесь едва заполнили две полки. Вилла сказала себе, что это просто означает, что ей предстоит удовольствие самой найти другие книги, чтобы добавить к уже имеющимся.

Наконец она осознала, чего ей не хватает в этой комнате. Натаниэля.

— Конечно, ты же не можешь делить с ним комнату, — упрекнула она себя. — Ты еще не замужем за ним!

Проблема была в том, что если верить всему тому, что она знала, то она была замужем. Она была замужней женщиной, женой, и она хотела делить комнату со своим мужем.

— Ну, ты просто можешь подождать, — твердо сказала она себе.

Так как новая одежда, которую она и Натаниэль купили сегодня, не будет доставлена до тех пор, пока ее не переделают и не закончат, Вилла оделась в голубое с кремовой отделкой платье для ужина с сэром Дэнвиллом. Но как только платье оказалось на ней, она почувствовала себя неуютно. Кружевные рукава стягивали руки, а из-за кремовой отделки сеточкой, которая крест-накрест пересекала лиф платья, ее грудь была похожа на грудь белой курицы.

Она разгладила голубой атлас вдоль своего тела и попыталась объективно взглянуть на платье. Ткань была в самом деле прекрасная, и цвет смотрелся на ней хорошо. И платье подходило по размеру, все благодаря умению Лили обращаться с иголкой. Возможно, она видела в платье недостатки из-за своего собственного недостатка вкуса, а не из-за того, что в нем было что-то не так.

В комнату шумно влетела Лили. Когда она увидела, что Вилла уже одета, она встала позади и глубокомысленно постучала пальцем по нижней губе.

— Я могу видеть, что вы недовольны, миледи. Я думаю, что это платье было сделано для того, у кого не было вашей фигуры. Эта сеточка здесь, она пришита, чтобы казалось, что у леди более пышная грудь.

— Ох, ужасно. У меня достаточно пышная грудь, спасибо.

— А эти рукава… Думаю, кто-то хотел скрыть костлявые руки.

— На моих руках не видно костей, — Вилла вздохнула, чувствуя себя слишком разочарованной. Она так хотела произвести впечатление на Натаниэля сегодня вечером. — Я выгляжу глупо?

— Нет, конечно же, нет! Вы так думаете, просто потому, что несколько деталей вам не идут? Миледи, когда вы будете выезжать в свет, вы увидите некоторые туалеты, которые выглядят так, как будто они приехали в город вместе с цирком шапито!

Лили обошла Виллу кругом.

— Теперь, вот это отлично подойдет для небольшого ужина в семейном кругу — давайте опустим декольте вниз… — она потянула лиф вниз, заставив груди Виллы вздыматься над рюшем. — Вот, так-то лучше. Давайте сделаем такую прическу, чтобы ваши волосы свободно падали на спину и отвлекали внимание от рукавов — не беспокойтесь, к следующему разу я их переделаю.

Вилла повернулась к зеркалу и изумилась.

— Ох, так гораздо лучше, — несколькими быстрыми движениями и двумя-тремя булавками, Лили превратила этот наряд из платья какой-то другой женщины в платье Виллы, демонстрирующее ее грудь и шею. — Ты отлично справилась!

Лили улыбнулась.

— Я рада, что вы так думаете, миледи. Я пыталась прислуживать мисс Дафне когда-то, но она сказала, что я слишком сильно тяну ее за волосы.

— Отлично, это ее потеря и мое приобретение, — бодро ответила Вилла. Теперь она с нетерпением ждала обеда. Она не могла дождаться, когда Натаниэль увидит ее в голубом.

Натаниэль был не из тех, кто унижается, даже перед церковным епископом, но в этом случае он готов был сделать исключение. Лучший способ сохранить то, что осталось от репутации Виллы — это провести быструю, тихую, законную церемонию.

К несчастью — а Натаниэль уже чертовски устал от «несчастий» — епископ, с которым он имел дело, не имел об этом ни малейшего понятия, несмотря на самые лучшие — для новичка — попытки Натаниэля выглядеть покорным.

— Почему я должен удовлетворить ваше ходатайство? — холодно поинтересовался епископ. Он откинулся назад в своем кресле, переплел пальцы на животе и неодобрительно разглядывал Натаниэля. — Почему я должен содействовать любому плану, который вы там состряпали, зная, что он наверняка может привести к чему-нибудь бесчестному?

Очевидно, этот человек был знаком с историей лорда Предателя.

— Это не план, — ответил Натаниэль. — Это вступление в брак.

— Почему? — нахмурился епископ. — Что вы передадите кому-либо, кроме позора и бесчестья? Даже если она может быть опозорена этой незаконной деревенской свадьбой, эта молодая женщина может найти себе партию получше, чем если она выйдет за вас.

Натаниэль решил не вступать в спор. Кобра мог заставить человека при необходимости, используя свои каналы.

— Я могу законно жениться, если захочу. Несмотря на общественное осуждение, меня никогда формально ни в чем не обвиняли.

— В самом деле, вы можете жениться — используя обычный способ. Скажите мне, почему вы желаете обойти оглашение имен? Вы беспокоитесь, что эта женщина узнает о том, как вы порочно предали свою страну?

Епископ был прямолинейной и высокоморальной личностью. Огромная сумма пожертвования, которую предложил Натаниэль, чтобы «подмазать» рассмотрение дела, не произвела на этого человека никакого эффекта. Если бы Натаниэль не был совершенно измучен, пытаясь добиться положительного ответа на свою просьбу, то епископ мог бы по-настоящему ему понравиться.