Невинная для бабника
Шрифт:
Мужчина оказался совсем не таким, каким я себе его представлял. Где чёрная рубашка и белый воротничок? Или как в конфессиях позднего протестантизма – классический европейский костюм? Ничего подобного. Тревор Вильсон был одет в обычную белую рубашку и простого покроя льняные коричневые брюки. Да и внешне он не вызывал никаких поводов для тревоги. Слегка рыжеватые волосы аккуратно причёсаны, чистые и не зализанные от переизбытка клейкого геля для волос, как у этого слизняка Рона. Глаза голубые, но не такие яркие, как у Мэдисон. И, следует отметить, что совершенно лишены фанатичного блеска. Не особо высокий, скорее, ближе к среднему росту. Пастор был ниже меня на целых полторы головы.
– Нет, сэр, – осторожно ответил я мужчине, подцепив аккуратно зубчиком вилки зелёную сочную горошину с тарелки. – Я учусь в другом городе.
Мужчина метнул удивленный взгляд на Мэдисон, но, словно спохватившись, снова посмотрел на меня.
Чувствуя, что ступаю по тонкому льду, решил все же объясниться перед отцом Мэдисон.
– Я живу в Уотертауне, сэр, учусь в Общественном колледже Джефферсон, бизнес и коммерция.
Пастор промокнул губы светло-голубой салфеткой и, прочистив горло, произнёс:
– Звучит не плохо, Дэйм, но у меня возник вопрос…
За столом воцарилась полная тишина. Я успел заметить, как щеки Мэдисон покрылись густым румянцем, девушка опустила взгляд в тарелку. Хотелось успокоить ее, сказать, что все хорошо. Ну, не зверь же, в конце концов, ее отец! Да и я вроде не так уж и плох. Нет у ее родителей причины отрицательно относиться ко мне.
– Какой же, сэр? – не выдержав затянувшейся паузы, нарушил тишину, ожидая, что прямо сейчас начнётся землетрясение.
Черт! Все выглядит так же погано, как в какой-нибудь низкобюджетной чёрной комедии по телевизору.
– Где вы могли познакомиться? – в голосе Тревиса слышались нотки подозрения. Мужчина потянулся за стаканом апельсинового сока и, сузив глаза, сделал маленький глоток, не отрывая взгляда от моих глаз.
Твою же… Ощущение, что под прицелом автомата!
– Пап! – голос Мэдисон вырвал меня из ступора. Она словно ангел, что прикрыл своими крыльями раненого солдата от прицела опытного снайпера. – Дэйм родной брат моей подруги Эйми, – голос Мэди прозвучал спокойно.
Если бы не трепет ее длинных ресниц и яркий лихорадочный румянец, можно было бы подумать, что мы ведём обычный светский разговор за семейным ужином.
Миссис Вильсон переглянулась с пастором и, поджав губы, спросила:
– Эйми Престон? Та подруга, у которой ты гостила несколько дней?
Мэди нервно сжала салфетку, даже костяшки ее изящных пальчиков побелели от напряжения.
«Пахнет каким-то деспотизмом!» – начиная раздражаться, подумал я.
Видя, как у Мэдисон стала тяжело подниматься и опускаться грудь, я понял, что должен взять этот удар на себя.
– Да, вы правы! Эйми моя сестра.
Пастор на мгновение прикрыл глаза. Затем, отложив столовые приборы в сторону, пронзительно посмотрел на меня.
– Я надеюсь, родители не были против, что Мэдисон гостила у вас?
Должно быть, я не настолько все продумал, как полагал раньше, раз допустил такую глупую оплошность. Расплывшись в улыбке, я выпалил то, после чего понял, что одним мгновением сдал все свои позиции и обнажил свою шею для гильотины.
– Родители были в другом городе, праздновали годовщину, но я уверен, они бы были в восторге от Мэдисон, – сказав это, я замер.
У матери Мэдисон вырвался лёгкий вскрик, а пастор нахмурил брови, сжав в пальцах вилку.
– Так, значит, в доме вы были без… родителей?
Какого черта?! Шах и мат, Дэйм! Кажется, пастор обвёл меня вокруг пальца…
Глава 7
Мэдисон
Боже, когда этот ужин закончится?! Я готова была просто молиться всем святым! Каждый вопрос, даже самый невинный на первый взгляд, был задан моими родителями неспроста. Я чувствовала то, как они прощупывают границы дозволенного между мной и Дэймом. После вопроса отца про то, что думает Дэйм о католической вере, я совсем пала духом. Но, к моему удивлению, Дэймон ответил совсем неплохо на поставленный вопрос, не задумываясь ни на минуту.
– Для меня Бог, мистер Тревор, что-то типа навигатора.
Отец непонимающе усмехнулся.
– Бог-навигатор? Поясните свои слова, молодой человек, – снисходительно обратился отец к Дэйму.
Дэйм, отпив кофе из маленькой фарфоровой чашечки, что так нелепо и даже смешно смотрелась в широкой ладони, ответил на заданный вопрос:
– Ну, если человек сбился с пути… В общем, Бог – как навигатор – укажет путь, с которого он сбился. Ведь так это действует, сэр?
Отец на секунду замер, словно обдумывая слова Дэйма и к моему удивлению неожиданно усмехнувшись, произнёс:
– Никогда не слышал такой интерпретации, но что-то в этом есть, Дэймон.
Чувствуя как с души упал камень, я вздохнула с облегчением. Дальше вечер прошёл не так уж и плохо, не считая заминки, которая произошла, когда Дэйм смущённо объяснил, что не успел на автовокзал и был бы благодарен за предоставленный ночлег.
Родители спокойно отнеслись к его просьбе, но меня это почему-то не успокоило. Я ждала подвоха каждую секунду. Ведь я знаю их все свои восемнадцать лет. Мама устроила Дэйма в гостевой комнате, пожелав ему спокойной ночи, она прикрыла дверь и повернулась ко мне.
– Иди, Мэдисон в свою комнату. Я зайду к тебе чуть позже.
– Хорошо, мамочка! – я подошла ближе и поцеловала прохладную гладкую кожу щеки. – Спасибо, что отнеслась к Дэйму с пониманием, – выпалив эти слова, я бросилась вверх по лестнице в свою комнату.
На верху, прикрыв за собой дверь, почувствовала себя спокойнее. Все внутри дрожало, как от усталости. Такое напряжение в течение всего вечера! Тряхнув тяжелой копной ярко-рыжих волос, я отправилась под душ в надежде, что все переживания смоются водой. В конце концов, все не так уж и плохо прошло! Учитывая то, какие мои родители, их взгляды на жизнь и отношения в целом между людьми…
Приняв душ и надев просторную сорочку, заплела тугую косу. И лишь только в мягкой кровати я глубоко вздохнула, думая о том, что все это похоже на странный сон. Ведь на первом этаже в гостевой комнате спит Дэйм.
«Мой Дэйм…» – с каким-то придыханием подумала я.
Глупо улыбнувшись, я прикусила ноготь на большом пальце. Глаза сами собой мечтательно прикрылись, а пальцы, развязав шнурки, соединяющие полы сорочки, заскользили ниже, минув выпирающие острые ключицы… Негромкий стук в дверь, заставил испуганно отдернуть руку.