Чтение онлайн

— Ты понимаешь, что теперь принадлежишь мне? — спросил он тихо.

Я кивнула.

— Тогда докажи это, — мужчина убрал мне волосы с лица и намотал их на кулак, чтобы не мешались.

Потом он положил руку на грудь и с силой сжал сосок. Я вскрикнула — и мне тут же захотелось больше.

— Ты такая чувствительная, — прошептал Роман с довольной ухмылкой.

Он расстегнул ширинку и достал член — тяжёлый, твёрдый, полный желания. Я вдохнула его запах, смешанный с чем-то мужским, терпким… и потеряла последнюю способность думать.

Потянулась губами — сначала осторожно, сдержанно, пробуя, прикасаясь, дразня. Его пальцы в моих волосах сжались. Я поняла — он не отпустит. Он не даст мне отстраниться, даже чтобы перевести дух.

Я опустила голову и погрузила его член себе в рот полностью. Чувствуя, как головка касается моего горла, я заерзала. Не ожидала, что это будет настолько меня заводить. Я застонала, изнывая от желания. Как будто это он меня ласкал, а не я его.

— Смотри на меня, — напомнил Роман. Его рука легла мне на затылок, контролируя, направляя, подчёркивая, кому я теперь принадлежу.

Он заставил меня остановиться и начал двигаться сам — сначала медленно, потом увереннее. Я вбирала его в себя, стараясь быть мягкой, послушной, такой, какой он хотел меня видеть. Мои стоны становились все более громкими, хоть и приглушенными из-за члена, двигающегося в моем рту. Мужчина держал мою голову крепко, будто боялся, что я исчезну, убегу, исчезну из-под его власти.

Но я не собиралась никуда уходить.

Взяв до горла, я выпустила его член изо рта, напоследок облизав головку, словно это был самый сладкий в мире чупа-чупс. И в этот момент вспышка осветила все вокруг. Он снимает.

Я попыталась отстраниться — начинать карьеру порнозвезды не входило в мои планы, но у меня не получилось даже пошевелиться. Роман крепко держал меня за шею. Его пальцы сжались. Если он будет продолжать в том же духе, останутся синяки.

Я истекала водопадом.

Он заставил меня снова открыть рот, чтобы впустить головку его члена в себя. Кажется, я на секундочку забыла, что, когда ты переступаешь порог его студии, ты подписываешь договор на безоговорочное подчинение.

Зато его член сделает меня звездой.

Я знала, что он чувствует бешеный пульс, который бьется на моей шее. Прекрасно понимает, насколько сильно меня возбуждает происходящее. Я начала сосать. Опыта у меня было немного, вернее, его не было вообще, но я надеялась, что этот недостаток с лихвой окупает мой энтузиазм.

Роман немного оттянул меня за волосы, поскольку я приступила к делу чересчур активно. Надо было притормозить, чтобы уберечь член от моих неловких движений и зубок. Мне хотелось, чтобы он схватил меня за волосы и долбил в горло, но Роман не планировал сейчас кончать. Некоторое время он просто водил членом по моим губам, с удовольствием отмечая то, какими они стали яркими из-за пролившейся к ним крови, пухлыми и блестящими.

— Встань, — потребовал он негромко. Я не посмела ослушаться.

Встала, и полупрозрачная ткань, кое-как прикрывающая мои прелести, соскользнула на пол. Теперь я стояла перед ним полностью обнаженная. Полностью открытая, уязвимая.

Кажется, ему нравилось то, что он видел — мурашки на коже, призывно торчащие соски. Он перевел взгляд на стул, с которого я встала, и усмехнулся. Я обернулась и увидела на нем большое мокрое пятно. Пока я делала ему минет, я действительно истекала соками, и это было явное тому подтверждение.

Его взгляд скользил по моему телу, потом снова встретился с моим — хищный, уверенный.

— Тебе так понравилась сосать, детка?

Я опустила глаза. Неужели ему нужно, чтобы я в этом призналась? Мои щеки итак горят от стыда за все, что тут происходит.

Он сделал шаг вперёд и притянул меня за талию. Я врезалась в его грудь, а его твердый член уперся мне в живот. Только сейчас я ощутила, что он возбуждён не меньше моего. Его дыхание стало тяжелее, но руки оставались точными, без суеты — он полностью владел собой. И мной.

— Ты знала, чем всё закончится, когда пришла сюда, — прошептал он, наклонившись к моему уху.

Я не ответила. Не могла. Губы пересохли, язык прилип к нёбу.

Неужели он захочет большего? Но я... Я не могла... Что, если он будет настаивать?

— Встань раком, — негромко приказал он. — Обопрись на стул руками. И прогни спину...

Я не могла пошевелиться, дрожащая, испуганная новым требованием, и тогда он сам развернул меня спиной к себе и надавил.

Я почувствовала, как его горячая ладонь уверенно надавила мне на поясницу. Спина прогнулась, и я обхватила пальцами край стула, как он велел. Колени подгибались, кожа горела, сердце билось где-то в горле.

— Так… Хорошая девочка, — прошептал он и вдруг с размаху ударил меня по ягодице.

Кожу словно обожгло, я вздрогнула и... Все внутри меня содрогнулось. Еще немного и моя смазка потечет по бедру.

— Еще… — еле слышно прошептала я.

— Что? Не слышу? — он усмехнулся и ударил еще раз. Громкий шлепок в тишине студии казался оглушающим.

— Еще! Пожалуйста! — простонала я. Ноги подкашивались. Хотелось опуститься на колени, но я знала, что он не разрешит.

Мужчина рассматривал меня, внимательно изучал. На меня падал яркий свет софитов, который нагревал мою и без того разгоряченную кожу. Я все была на виду — не спрятаться, не скрыться от его пытливого взгляда.

Я чувствовала на себе его взгляд — медленный, изучающий, как у скульптора, который ищет самую совершенную линию. Но это не было искусство. Это было желание. Чистое. Жесткое. Настоящее. Похотливое желание.

— Ты можешь кричать, — разрешил мой мучитель. — У меня здесь хорошая шумоизоляция.

И едва я подумала о том, скольких моделей он тут трахал до меня, может быть, прямо на этом стуле, как раздался новый шлепок. Моя нежная кожа покраснела. Возбуждение становилось невыносимым.

Но Роман не торопился. Его пальцы сначала коснулись моей поясницы — будто предупреждая. Потом прошлись ниже. По ягодицам. По бёдрам. Я вся напряглась от ожидания — и от страха, и от предвкушения.

— Ты дрожишь, — сказал он спокойно, почти мягко. — Боишься?