Невинная соучастница
Шрифт:
С парочкой школьных подруг она все же поделилась новостью о Мейтоне и рассказала про первое свидание и намерения общаться дальше. Толи от зависти, толи от желания дать добрый совет, но девочки Глорию не поддержали. Напротив, проявили беспокойство. Обе ее бывшие одноклассницы оказались настроены одинаково – нельзя доверять властному и, по всей видимости, богатому парню настолько активное участие в формировании собственной жизни. К тому же он не парень, а тридцатилетний мужчина! Он старше ее, хитрее, опытнее! Мисс Сандер отнеслась к предостережениям без обиды – ей было приятно, что подруги беспокоятся о ней. Но все же приписала такое мнение ревности. Ведь обе подруги уже вышли замуж, и нельзя сказать, чтобы очень уж удачно. Еще звонила Иви, та самая однокурсница, которая порекомендовала Тиндер. Она тоже придет завтра на вручение диплома, и ей очень любопытно поглазеть на Мейтона и на то, как он ведет себя с Глорией. Этот момент уже заставлял Глорию немного нервничать – Иви очень красивая, высокая, эффектная, и никогда не робела при виде парней. Хоть бы не пришлось знакомить ее с Мейтоном…
В подобных размышлениях, а еще приготовлениях к завтрашнему празднику и субботнему переезду, прошел четверг Глории. Самый лучший четверг ее жизни.
***
– Ты плохо выглядишь, тебе пора отдохнуть. Я зря позволил тебе заниматься Фэксфиллом самому. Он – слишком мелкая рыбешка, чтобы мой сын хоть сколько-нибудь из-за него шевелился.
– Все в порядке, я ничуть не вымотан. К тому же все закончится уже через неделю.
– Диего отчитывался передо мной сегодня, у вас все идет по графику. Завтра вечером он сможет обойтись без тебя. Сходи куда-нибудь, где ты обычно бываешь, развейся.
– Все нормально, отец, я не люблю перетруждаться слишком сильно, ты же знаешь.
– Да, этого ты и впрямь не любишь. И это похвально, – седой мужчина сел в свое кожаное кресло, – на чьи сообщения ты отвечаешь целый вечер?
– Той скрипачки.
– Ааа… И как она? Все получается?
– Ее несложно предугадывать и направлять. Я сделал правильный выбор, – ответил ему Мейтон, отсылая Глории сообщение, в котором он выражал свой интерес к ее завтрашнему наряду на вручении диплома, – единственный недостаток в том, что она требует слишком много внимания. Но я был готов и этот контроль меня не особо напрягает.
Мейтон убрал телефон в карман и сел напротив отца, тот смотрел на сына в упор и рассуждал:
– Все женщины считают себя особенными и ждут, когда мы лишимся из-за них всего. Они скажут тебе что угодно, и продадут свои тела, только чтобы вытрясти из тебя все до последнего цента. Но я не зря тебя учил, ты знаешь, когда остановиться и никогда не потеряешь голову из-за одной из этих сук. Помни, место женщины – перед тобой на коленях. Заплати ей столько, сколько она услужила, и избавься от нее, пока не начала пить твою кровь, – он указал рукой на фотографию в рамке на столе, – единственные женщины, достойные твоего уважения – это женщины из нашей семьи, связанные с тобой кровными узами.
– Да, я знаю.
– Знаешь… Знаешь. Да. И об этом я тоже хотел с тобой поговорить.
– О женщинах?
– О семье. Тебе тридцать, ты всему обучен. Дочери Артура скоро восемнадцать, у нее правильно воспитано отношение к семье и браку. Я еще не говорил с ним об этом, потому что не бросаю слов на ветер.
– Ты говоришь о Мелиссе Льюис? У Артура Льюиса две дочери, я не помню которая из них старше.
– Да, ты назвал правильное имя. Мелисса старше своей сестры на год. Ты помнишь ее?
– Помню. Самая настоящая хищница. И не скажешь, что ей всего семнадцать. Но не слишком ли она молода для меня?
– Идеальная разница в возрасте. Я не раз говорил Артуру поменьше баловать ее. Но эта девушка из наших кругов, а в силу ее незрелых лет у тебя будет шанс перевоспитать ее под себя. Что ты думаешь о таком браке? Мы не нуждаемся в нем финансово, но все же преимущества и выгоды найдутся. А для семьи Льюиса брак моего сына с их дочерью – большее, о чем они могут желать.
– Этот брак достаточно выгоден. Я считаю Мелиссу дурой, но ты прав, ею еще не поздно заняться и в скором будущем поставить на место. А своей внешностью она вполне устраивает меня. Я бы не хотел плодить уродливых наследников.
– Ха! Мой сын, мои слова! Тогда я приглашу к себе Артура в конце следующей недели. Ты как раз освободишься от этой мороки с Фэксфиллом.
Мейтон не возражал. Он уже не был уверен, что легко смахнет с себя Глорию и забудет о ней, когда дело будет закончено. Но выгодный брак сейчас был его душе и уму понятен, разумен, и ничего против связи с вульгарной не по возрасту Мелиссой Льюис он не имел. Разве что думал оставить Глорию возле себя для редких встреч – ее девственность не давала ему покоя. И когда он узнает, правда ли это и, если Глория устроит его как любовница – какой смысл отказываться от нее? К тому же, с этой девчонкой ему было забавно и нетипично. Она создавала ему особое настроение, которым Мейтон не собирался обделять себя в будущем. Он оставит ее под своим контролем и будет следить за тем, чтобы Глория больше ни с кем не заводила отношений. Он будет для нее единственным (пока она ему не надоест), иначе сопернику не жить, да и самой Глории придется несладко. Что до верности жене – этого вопроса в их с отцом религии никогда не обсуждалось, потому как правильный ответ и без того считался очевидным.
***
28 июня, пятница
Еще неделю назад Глория Сандер и не думала ломать голову о своем наряде для сегодняшнего вручения диплома. Она собиралась прийти туда в своем обычном костюме для экзаменов, а потом как можно скорее переодеться для поездки за город с родителями. А теперь все изменилось – вчера она выделила почти два часа на прогулку по магазинам, чтобы сегодня предстать перед Мейтоном в новой юбке и блузке. Глория ждала его прихода с минуты на минуту, от нетерпения взялась за скрипку. Наконец-то звонок в дверь! Вовремя, как и обещал! Она уже успела соскучиться… Пройдя внутрь, Мейтон поцеловал Глории руку:
– Ты уверена, что нам нужно тратить время на это формальное и ничего не значащее собрание?
– Мейтон! Я слишком долго трудилась ради этого диплома, чтобы пропустить торжественное вручение!
– Но ты так шикарно выглядишь, что мне не хочется показывать тебя стольким людям.
– Ты хочешь оставить все себе?
– Ты крайне проницательна, Глория, – Мейтон заглянул ей за плечо в комнату, – я думал, что застану тебя не одну.
– А с кем же ты ожидал застать меня? – удивленно ответила Глория, тоже обернувшись себе за спину.
– Разве твои родители не должны приехать на столь значимое событие?
– Ах, это… Да, но мы встретимся уже в зале. Папе пришлось задержаться утром, поэтому они не успевают приехать заранее, – пояснила Глория и спросила, – а как ты узнал, что я их жду? Я ничего об этом не говорила!
– Будь я на их месте, то обязательно бы приехал, – ответил Мейтон, рассматривая лицо Глории и подходя к ней поближе, постепенно тесня ее спиной к стене.
Глория зарделась румянцем и проскользнула под рукой Мейтона – ему досталось только провести пальцами по ее волосам, не больше.
– Так значит ты морально готовился к знакомству с моими родителями? – спросила она, направляясь к своей скрипке.
– Да, – коротко ответил Мейтон и пошел следом за ней, – ты играла перед тем, как я пришел?
– Да, немного.
– Какая увлеченность. Не любишь терять время попусту? – спросил Мейтон, стоя позади Глории и водя пальцем по ее спине.
– Ты прав, этого я не люблю, – ответила девушка, стараясь сохранять осанку.
– Я тоже.
Он убрал волосы Глории в сторону и расстегнул пуговку на ее блузке.