Чтение онлайн

— Было такое, — киваю сдержанно, — но это дела давно минувших дел, и те разборки в прошлом давно, как и сам Аид с его империей. Меня другое интересует, ты сказал, что Аврора — твоя дочь.

— Так и есть, — соглашается вояка, — и я пришёл, чтобы забрать её и прикончить, как и всех детей, которые родились втайне от меня.

Слышу, как крошка Аврора вскрикивает за моей спиной.

— Девочка под моей защитой, — говорю спокойно, прикрывая её своим телом могучим, — никто её не тронет. Это моё первое и последнее слово, вояка, так что лучше убирайся, если жить хочешь.

Бешеный скалится, вижу, как глаза его наливаются кровью.

— Похоже, мы в тупик зашли, Цербер, — отвечает он, продолжая прожигать взглядом девочку, — но и я не уступлю девку. Я всех своих незаконных детей нашёл и прикончил, чтобы свет белый не поганили, чтобы не шастали среди честных людей и не порочили имя моё одним своим видом, чтобы никто не знал, что от случайной шлюхи у меня могло родиться вот такое уродство…

— Моя мать не шлюха! — кричит из угла Аврора, заливаясь слезами. — И никогда ей не была! Ты сам её похитил, надругался, а потом выкинул на улицу и даже имени её не спросил! Она выносила меня, родила, а после родов умерла! Но она не избавилась от меня, как от ненужного балласта, она подарила мне жизнь ценой своей! А ты… лишь чудовище! За все эти годы даже ни разу мной не интересовался, а сейчас пришёл и говоришь, что я порочу тебя… ты сам ходячий порок!

— Сука, — шипит Бешеный, достаёт нож, бросается к девочке.

Но я перекрываю ему путь.

— Ещё шаг, старый вояка, сверну тебе шею. Проваливай отсюда, пока жив и больше не возвращайся. Аврора моя, и точка. А ты про неё забудь.

— Забуду, — кивает спокойно вояка, — когда прикончу.

Похоже, с головой у него совсем плохо.

— Старик, — щёлкаю пальцем у него перед глазами, — единственный, кого тут могут прикончить, это ты. Проваливай отсюда и забудь про это место, навсегда забудь.

Он поднимает на меня глаза.

— Цербер, — говорит спокойно, — предлагаю решить всё, как в старые добрые, дуэлью.

Я лишь ухмыляюсь в ответ, вспоминая, как в былые времена все споры мы решали просто: стрелялись насмерть. И побеждал оставшийся в живых.

— Дуэль, значит, — поглядываю на свой пистолет, — я, конечно, готов принять такой вызов, но учитывай, старик, за свой век я провёл больше сорока и во всех победил.

— У меня за плечами сорок пять дуэлей, — отвечает вояка, — и я готов рискнуть всем.

— Тогда по рукам.

За спиной испуганно что-то шепчет Аврора.

— Не надо, Юли…

— Не волнуйся, крошка, — успокаиваю её, — всё будет хорошо. Я уверен в своей победе, и уже через пару минут мы снова останемся одни.

— Если ты так уверен, — говорит вояка, — тогда бери своё оружие. И давай уже стреляться.

Аврора

Я не верю своим глазам, не верю своим ушам, когда Юлиан соглашается на дуэль, когда он берёт свой пистолет и заряжает в него патрон, а потом абсолютно спокойным голосом говорит:

— Выходим наружу, вояка, здесь внутри слишком мало места.

Наёмник, что зовёт меня своим отцом, лишь кивает сухо, идёт к дверям.

А я хватаю Юлиана за руку, умоляю тихо:

— Пожалуйста, не делай этого, он тебя обманет… я по глазам его вижу, что он обманщик и лжец… что он… он…

— Всё хорошо, — берёт меня за руку Юлиан, — не бойся, крошка Аврора, этот старик хоть и безумен, но правило криминального мира чтит больше, чем законы страны. А ещё я заметил, что он немного слеповат. И вряд ли сможет попасть по мне с тридцати шагов.

Но мне всё равно неспокойно!

Сердце бешено колотится в груди.

Я не хочу, я не могу потерять этого мужчину, которую за одну ночь стал для меня таким близким, таким родным…

Принял меня в свою жизнь, пообещал защищать и не отдавать кровожадным наёмникам…

Кто бы мог подумать, что моим отцом, которого я даже не знала, окажется спятивший убийца!

Негодяй, который одержим идеей прикончить своих незаконных детей!

И кто бы мог подумать, что единственным моим защитником окажется самый опасный в городе бандитом, тот, для которого соорудили отдельную тюрьму на острове…

Все эти мысли вихрем проносятся в моей голове, пока мы идём по тёмным коридорам, а за нами следуют молчаливые наёмники.

Сколько их здесь вообще?

Насчитываю три десятка, после чего сбиваюсь со счёта.

Юлиан не сможет одолеть их в одиночку, только если у него нет тайного плана, как спасти и себя, и меня с этого острова!

Нужно быть не просто бандитом, нужно быть настоящим богом, чтобы одолеть всех этих головорезов, а после всего выйти сухим из всего безумия…

— Вот здесь идеальное место, — говорит Юлиан, когда мы выходим на площадку, где совсем недавно я пыталась сбежать от бандита, — почти рассвело, и нам будет отлично видно друг друга. Отсчитывай тридцать шагов, старый вояка, а крошка Аврора будет нашим секундантом.

— Что? Я не…

— Не бойся, девочка, — Юлиан берёт меня за руку, — просто сосчитай шаги, останови нас, а потом дай команду стрелять. Всё хорошо, поверь мне. Закончим это маленькое дело, а потом вместе с тобой отправимся подальше от этого места, что-то утомило оно меня, хочу понежиться с тобой на море, на песочке под солнцем.

Целует меня мягко в губы, касается нежно.

— Всё, иди.

С замиранием сердца считаю их шаги, останавливаю.

— Эй, вояка, — кричит Юлиан, — сними свой бронежилет, чтобы всё было по-честному. И не вздумай стрелять в девочку!

— Не бойся, бандит, — Ратмир Давыдов снимает с себя бронежилет, — я правила дуэлей чту. И играю по-честному.

Юлиан молча следит, когда наёмник снимает жилет, потом кивает мне.

Киваю в ответ.

— Оружие п-приготовить.

Голос дрожит, срывается.

Налетает холодный ветер, забирается мне под платье, ощупывает своими ледяными пальцами.

Вокруг стоят наёмники, в утреннем свете, похожие на восковые фигуры.

Слева стоит старый безумец, мой отец Ратмир Давыдов, которого я никогда не видела и не хочу видеть.

Справа стоит красивый и мужественный Юлиан по прозвищу Цербер, для меня самый смелый, самый сексуальный мужчина.

Тот, в которого я влюбилась с первого взгляда, хоть и боюсь сама себе в этом признаваться. Тот, с которым хочется провести всю свою жизнь.

Если он останется в живых.

— Готовы? — спрашиваю у обоих дуэлянтов.

— Да, — хрипло отзывается старый наёмник.

— Готов, — спокойно кивает Юлиан.

Момент истины…

Набираю в грудь побольше воздуха и громко говорю: