Чтение онлайн

— Почти холодно сегодня утромъ, берегитесь, — посовтовалъ онъ.

И этотъ жестъ, и эти просты слова растрогали Сюзанну, хотя она не понимала почему. Вечеромъ въ тотъ же день, передъ тмъ какъ заснуть, она долго думала, что не входило въ ея привычки, и вдругъ, такъ ясно, такъ нежданно, что она была этимъ поражена, въ ея ум, столь неопытномъ въ анализ, съ точностью опредлился вопросъ: „какъ можно узнать, любишь ли? какимъ образомъ можно въ этомъ вполн убдиться?"

Между тмъ какъ лошади уносили ихъ черезъ лсъ по направленію къ „Козьему Холму“, гд было назначено мсто общей встрчи, Мишель и Сюзи чувствовали себя очень радостно, той молодой и свжей радостью, которая напоминала имъ ароматъ первыхъ дней ихъ товарищеской интимности, но съ примсью новаго, боле нжнаго волненія.

Сюзи наслаждалась успокаивающей прелестью прекраснаго утра, свжестью воздуха, торжествомъ солнца между уже покраснвшими листьями, а также, боле смутно, этимъ заботливымъ, любовнымъ покровительствомъ въ глубокомъ уединеніи лса. Мишель умилялся золотистыми лучами, блествшими въ каштановыхъ волосахъ подл него, втеркомъ, трепавшимъ мелкіе завитки подъ соломенной шляпкой. Онъ любовался близной затылка, прикрытаго завитками, гибкими движеніями немного хрупкой таліи, когда она наклонялась подъ втками и потомъ выпрямлялась, такая красивая и нжная; онъ восхищался голосомъ, звенвшимъ чисто, какъ пніе источниковъ. Нежданно для него имъ овладвала мучительная и вмст упоительно смлая мысль, что, каковы бы ни были недоразумнія въ настоящемъ, эта молодая двушка будетъ въ одинъ прекрасный день его женой, что это граціозное обольстительное созданіе, которое всхъ очаровывало, было ему общано, будетъ связано съ нимъ самыми тсными узами, даже въ томъ случа, если бы это маленькое суетное сердечко отказало ему въ своей нжности.

Къ тому же, вотъ уже два дня, онъ отказался отъ всякаго приносящаго разочарованіе анализа, и въ этотъ часъ онъ столь же мало стремился понимать себя, какъ и читать въ замкнутой для него душ амазонки, хавшей подл него, съ золотистыми на солнц кудрями, маленькія ручки которой твердо правили, открытый взглядъ которой, казалось, скрывалъ однако столько таинственнаго.

Т же поводы къ разногласіямъ существовали еще между ними обоими или могли вновь возникнуть; бывшiя обиды, устарвшія съ третьяго дня, конечно чувствовались еще, но оба забыли ихъ, она больше, чмъ онъ, потому что ея цльная, непосредственная натура, движимая инстиктомъ, заставляла ее жить настоящимъ моментомъ; онъ же, можетъ быть, сильне чувствовалъ радость примиренія, такъ какъ живе помнилъ прошлое.

…они разговаривали.

— …Вамъ немного скучно, Майкъ, такъ какъ вы никогда не любите прогулокъ цлой толпой; но вамъ не слишкомъ скучно?

— Мн совершенно не скучно!

— Но знаете ли, что вы можете быть очень любезны, когда хотите; отчего вы не хотите этого всегда?

Мишель отвтилъ движеніемъ бровей, которое могло обозначать, или что онъ въ дйствительности не считалъ себя любезнымъ, или что онъ совсмъ не видлъ надобности быть имъ всегда. Сюзанна продолжала:

— Кажется, вы имете непріятную привычку казаться боле угрюмымъ, чмъ это у васъ въ характер; кажется, что вашъ суровый, немного ворчливый и немного старческій видъ скрываетъ личность, которую я еще не знаю и которая очень молода, очень порывиста, способна быть счастлива и весела отъ бездлицы… Это мн разсказывалъ одинъ изъ вашихъ друзей.

Лицо Тремора освтилось.

— Это Даранъ, — сказалъ онъ; — я какъ разъ получилъ отъ него нсколько дней тому назадъ письмо и ожидаю его на будущей недл… Когда же вы его видли, не считая того знаменитаго вечера, когда онъ васъ усыпилъ своей ученостью?

— Во время нашей помолвки, передъ его и вашимъ отъздомъ.

— Вы правы, я забылъ.

— Онъ васъ очень любитъ. Правда, что онъ ничего не ршаетъ, не посовтовавшись съ вами?

Мишель улыбнулся.

— Я почти въ этомъ увренъ. Такъ, напримръ, въ своемъ послднемъ письм, онъ меня проситъ найти инженера для его отца и посовтовать ему самому въ выбор автомобиля… Вотъ доказательства доврія!… Ничего не подлаешь, привычка. Мы любимъ разговаривать съ Дараномъ обо всемъ, что насъ интересуетъ, все равно, значительномъ или маловажномъ. Я знаю всю его жизнь, онъ знаетъ всю мою. Да, мн кажется, онъ очень меня любитъ… и я его люблю, какъ брата.

— Тмъ лучше, Мишель, — объявила Сюзи, — Даранъ мн нравится, я его также полюблю.

Мишель казался удивленнымъ.

— Я боялся, чтобы Даранъ не показался вамъ… какъ бы сказать? немного полинявшимъ. Тмъ лучше, вы вызываете его восхищеніе. Вроятно не стараясь объ этомъ, вы его очаровали.

Она засмялась тихимъ и нжнымъ смхомъ, затмъ со своей дтской манерой пробормотала:

— Сколькихъ людей я такъ очаровала! это смшно!

Мишель не находилъ, чтобы это было смшно, но онъ удержался высказать свою мысль; онъ слишкомъ боялся угадать въ этой улыбк сирены любовь къ борьб, желаніе тріумфа! Онъ слишкомъ хорошо сознавалъ смутную досаду, которую испытывала временами молодая двушка, находя „мало поддающимся обольщенію“, — какъ она выражалась, — своего друга! Затмъ внезапно передъ нимъ предстали призраки Деплана, Поля Рео, всхъ молодыхъ людей, которые подобно Дарану, но мене наивно, чмъ онъ, подчинились очарованію и которые во время прогулки въ Франшаръ будутъ по обыкновенію глупо увиваться вокругъ нея. И онъ удовольствовался тмъ, что сказалъ съ большей серьезностью, чмъ это слдовало:

— Вы знаете, что я предпочелъ бы, чтобы меньшее количество людей было вами очаровано.

Но Сюзи не имла ни малйшаго желанія сердиться въ это утро, ни даже подразнить кого либо.

— О, Мишель! — воскликнула она съ упрекомъ, слышавшимся въ ея ласковомъ голос, — мн кажется, вы должны были бы избавить меня отъ этихъ злыхъ словъ. Я была такъ спокойна и даже такъ серьезна въ продолженіе всего времени посл бала у Сенвелей.

— Въ продолженіе двухъ дней!

— Вчера въ особенности, знаете, у г-жи Рьежъ, я сидла подл Раймонда Де… господина Деплана; знаете ли, о чемъ я съ нимъ говорила во время обда? Объ американский конституціи! Онъ не могъ придти въ себя, мой дорогой! Вы довольны, я думаю?

Онъ смотрлъ на нее, улыбаясь по прежнему, признавая, что въ общемъ она права; такъ какъ онъ замтилъ, что она была противъ обыкновенія боле осторожна, напоминая ребенка, наблюдающаго за собой, и что нсколько разъ быстрымъ взглядомъ она искала его одобренія, неисправимо кокетливая въ этой новой роли.

— Очень доволенъ, — отвтилъ онъ.

И онъ добавилъ, этотъ разъ шутя:

— Отчего бы вамъ еще не поговорить объ американской конституціи во время предстоящей прогулки? Это можетъ быть было бы средствомъ утомить вашу обыкновенную свиту.

Сюзи посмотрла на него и сказала откровенно:

— Но у васъ у самого есть превосходное средство утомить мою обыкновенную свиту?

— Скажите его скоре.

— Это… самому сыграть роль жениха немножко лучше, чмъ обыкновенно, напримеръ, оставаться подл меня, бросаться за цвтами, на которые я смотрю, имть видъ…

Миссъ Севернъ смялась, но въ голос ея была едва замтная дрожь.

— Наконецъ, — заключила она, — вы знаете прекрасно, какой видъ имютъ женихи, не такъ ли? и что у васъ его совсмъ нтъ… это не упрекъ!

— Онъ былъ бы немного несправедливъ, я думаю. Вы мн заявили, что женихи, согласно обыкновенному шаблону, вамъ очень скучны и что вы желали бы добраго товарища.

Она вновь засмялась:

— Это совершенно врно… но одинъ разъ, для разнообразія!

У Мишеля сердце немного сжалось. Упрекъ или нтъ, но въ замчаніи Сюзанны была доля правды; однако, онъ молчалъ, постоянно одержимый страхомъ стать игрушкой кокетки. Съ нкотораго времени, съ бала въ особенности, миссъ Севернъ старалась ему нравиться, онъ это видлъ, чувствовалъ; временами это заставляло его испытывать радость, доходившую до тоски, а иной разъ одна тоска его душила, и онъ задавалъ себ вопросы, не былъ ли онъ самъ ничмъ другимъ, какъ раздраженнымъ гордецомъ. Понялъ ли бы онъ, увлекся ли бы онъ очаровательной прелестью Сюзанны вн волнующей атмосферы поклоненія, лести, которая уже съ мсяцъ окружала молодую двушку, похорошвшую отъ того восхищенія, какимъ ее облекало столько взглядовъ? Не страдало ли его мужское тщеславіе больше, чмъ его сердце, когда его невста смялась, веселилась тамъ, гд его не было, когда она стремилась быть красивой и изящной для всхъ, не стараясь нравиться лишь ему одному? Онъ стыдился этого чувства, которое онъ считалъ недостойнымъ своего характера, онъ отказывался этому врить, онъ мучился сложностью своего настроенія, длавшаго его непостояннымъ и несчастнымъ.

Такъ какъ Треморъ молчалъ, миссъ Севернъ спросила:

— Одинъ разъ хотите поухаживать за мной въ продолженіе цлаго дня, для того, наконецъ, чтобы другіе не могли за мной ухаживать?

Забавная шаловливость тона не позволяла предположить не только полное отреченіе отъ дружеского договора на башн Сенъ-Сильвера, но даже и простую насмшку въ этомъ вопрос, но именно благодаря этому, самый вопросъ казался довольно двусмысленнымъ и какъ бы немного коварнымъ.

— Очень хочу, — отвтилъ Мишель, улыбаясь также, можетъ быть мене чистосердечно. — Я боюсь только какъ бы сравненія, который вы станете проводить, не оказались для меня неблагопріятными.