Чтение онлайн

— Ничего я тебе не скажу. — В этот момент в помещение вошли Таррелл и Каньеро, и она развернулась к ним. — Зачем портить себе развлечение?

— Мы с Тарреллом показали там фотографию Бакли, — сообщил Каньеро. — Два человека опознали его. Неплохо.

— Очень даже неплохо. — Никки позволила себе поддаться радостному чувству — расследование близилось к концу. — И они готовы свидетельствовать в суде?

— Готовы, — подтвердил Таррелл.

Зазвонил телефон на столе Никки, и она схватила трубку.

— Детектив Хит. — Она закивала, как будто собеседник мог ее видеть, затем произнесла: -

Превосходно. Замечательно. Превосходно. Огромное спасибо. — Положив трубку на рычаг, она обернулась к своей команде. — У техников все готово. Идем слушать. — Наконец-то события происходили с нужной ей скоростью.

Никки и Рук уселись вплотную друг к другу на складных металлических стульях в углу тесной комнатки, за спиной у техника, который занимался записью разговоров. Никки вынуждена была выключить слишком шумный кондиционер, чтобы он не мешал ей слушать, поэтому в помещении стояла невыносимая духота. На консоли замигал голубой огонек.

— Звонят, — сказал техник.

Хит надела наушники; до нее донеслись длинные гудки. Дыхание ее участилось, как тогда, перед налетом на Лонг-Айленде, с той лишь разницей, что сейчас она не могла заставить себя успокоиться. Сердце гулко стучало. Наконец Никки услышала щелчок, и оно замерло.

— Алло?

— Я звоню тебе по прямой линии, потому что не хочу, чтобы секретарша об этом знала, — начала Кимберли Старр.

— Ну хорошо… — осторожно ответил Ноа Пакстон. — Только не понимаю почему.

Никки сделала жест технику, чтобы он включил запись. Тот кивнул.

Кимберли продолжала:

— Скоро ты все поймешь, Ноа.

— Что-нибудь случилось? У тебя такой странный голос.

Никки зажмурилась и сосредоточилась; ей не нужно было ничего видеть — только слышать.

Разговор был слышен превосходно, она улавливала малейшие изменения интонации. Она слышала, как зашипело офисное кресло, в котором сидел Ноа. Она слышала, как Кимберли сглотнула ком в горле. Никки ждала. Ей нужны были слова.

— Мне необходима твоя помощь в одном деле. Я знаю, ты всегда выполнял всякие поручения Мэтью, и теперь мне нужно от тебя то же самое.

— Поручения? — Тон его был по-прежнему настороженным.

— Ладно, Ноа, хватит прикидываться. Мы оба знаем, что Мэтт занимался сомнительными делишками, и ты в этом участвовал. Сейчас мне нужна твоя помощь в таком деле.

— Я слушаю, — сказал он.

— Картины у меня.

Никки заметила, что непроизвольно стиснула руки в кулаки, и заставила себя разжать пальцы.

Скрипнуло офисное кресло Пакстона.

— Повтори еще раз.

— Разве я не по-английски сказала? Ноа, я про коллекцию картин. Ее не украли. Я забрала ее.

И спрятала.

— Ты?

— Не я сама. Заплатила нескольким парням, и они все провернули, пока меня не было в городе. Забудь об этом. Самое главное — это то, что они у меня, и я хочу, чтобы ты помог мне их продать.

— Кимберли, ты что, рехнулась?

— Они принадлежат мне. Я не получила страховку. Я заслуживаю хоть какой-то награды после всех лет жизни с этим уродом!

Настала очередь Никки сглотнуть ком в горле. Картинка начинала складываться. Сердце едва не выпрыгивало у нее из груди.

— А почему ты думаешь, что я могу помочь тебе продать их?

— Ноа, мне нужна помощь. Ты устраивал дела Мэтью, а теперь будешь устраивать мои дела.

И если ты не захочешь мне помочь, я найду того, кто захочет.

— Ну-ну, Кимберли, давай полегче. — Снова пневматическое шипение; Никки представила себе, как Ноа Пакстон поднимается со своего кресла за полукруглым рабочим столом. — Не надо никому звонить. Ты меня слушаешь?

— Слушаю, — ответила она.

— Нам нужно поговорить обо всем. Решение обязательно найдется, только нельзя терять голову.

— Он помолчал и спросил: — А где картины?

Возбуждение охватило Никки, и она даже ощутила легкое головокружение. Струйка пота побежала по ее щеке из-под винилового наушника.

— Картины здесь, — сказала Кимберли.

— Где «здесь»?

«Скажи же, — произнесла про себя Никки. — Скажи это».

— В «Гилфорде». Круто, да? Они ищут-ищут, а картины все это время были в здании.

— Ну хорошо, а теперь слушай меня. Никому не звони, просто успокойся. Нам нужно встретиться лично, понятно?

— Понятно.

— Хорошо. Сиди там. Я сейчас приеду. — И Ноа повесил трубку.

Никки сняла наушники. Рук последовал ее примеру и воскликнул:

— Я же сказал! Я был прав! Это Кимберли. Ха-ха, дай пять! — И он поднял руку, развернув ее ладонью к Никки.

— Ты же знаешь, у нас здесь так не делают.

Рук поднялся со стула.

— Послушай, нам надо успеть туда раньше Ноа. Если эта женщина убила своего мужа, кто знает, что у нее на уме.

Никки тоже встала.

— Спасибо за совет, детектив Рук.

Он открыл перед ней дверь, и они вышли в коридор.

Хит, Таррелл, Каньеро и Рук пересекли вестибюль «Гилфорда» и подошли к лифтам. Когда двери открылись, Никки отстранила Рука.

— Эй-эй, куда это ты собрался?

— С вами.

Она покачала головой:

— Ни в коем случае. Ты останешься внизу. Автоматические двери начали закрываться, и Каньеро уперся в створку плечом.

— Ну хватит тебе, я же все сделал, как ты сказала. Я думал как детектив, и я заслужил, чтобы мне дали посмотреть, как ее арестовывают. — Когда три детектива рассмеялись, Рук решил немного уступить: — Ну можно мне хотя бы подождать в коридоре?

— Когда я арестовывала Бакли, ты тоже сказал мне, что подождешь в коридоре.

— Ну, допустим, один раз я потерял терпение.

— А что ты натворил на Лонг-Айленде, когда я велела тебе держаться подальше от мастерской?

Рук поддел носком ботинка краешек ковра.