Невыносимая жара
Шрифт:
— Добрый день, говорит детектив Хит из Двадцатого участка. Мне нужно допросить подозреваемого, который у вас сидит. Имя — Джеральд Бакли… Да, я подожду.
Пока она ждала, Рук сказал:
— По-моему, ты зря тратишь время. Этот мужик тебе ничего не скажет. Особенно со своим адвокатом-спасателем.
Никки самодовольно ухмыльнулась.
— О, это было вчера в комнате для допросов. Сегодня мы устроим небольшой спектакль.
— Какой еще спектакль?
— Разыграем представление. Помнишь?
Она заговорила с британским акцентом:
Я это представленье и задумал, Чтоб совесть короля на нем суметь Намеками, как на крючок, поддеть. [103]И добавила:
— Король у нас сегодня — Бакли.
— Ты ведь в юности мечтала стать актрисой, да?
— Возможно, я ею и стала, — ответила Никки. — Пойдем со мной — увидишь.
Хит, Тараканы и Рук стояли в коридоре офиса главного судмедэксперта Нью-Йорка в Кипс-Бэй, когда охранники привели Джеральда Бакли в сопровождении его адвоката. Никки оглядела заключенного с головы до ног.
103
Шекспир. Гамлет, акт 2, сцена 2, пер. Б. Пастернака.
— Тюремная одежда вам идет, мистер Бакли. Как там на острове Рикерс — правда так здорово, как рассказывают?
Бакли отвернулся от Хит — с таким видом собака прячет морду от хозяина, делая вид, что это не она только что нагадила на новый ковер. Адвокат шагнула между ними.
— Я посоветовала своему клиенту не отвечать на ваши вопросы. Если у вас есть обвинения и улики — предоставьте их. Но больше никаких допросов — это будет напрасная трата времени.
— Спасибо, мадам адвокат. На этот раз я не собираюсь его допрашивать.
— Не собираетесь?
— Точно. — Детектив подождала несколько секунд, пока адвокат и Бакли обменивались растерянными взглядами, затем сказала: — Прошу за мной.
Никки повела всю компанию — Бакли, его адвоката, Тараканов и Рука — в помещение, где проводили вскрытие; Лорен Пэрри стояла у стального стола, прикрытого простыней.
— Эй, зачем вы меня сюда привели? — воскликнул Бакли.
— Джеральд, — строго сказала адвокат, и он поджал губы. Затем женщина обернулась к Никки.
— Зачем вы привели его сюда?
— Так вам за это платят? За то, чтобы вы все повторяли за ним, как попугай?
— Я хочу знать, с какой целью вы притащили моего клиента в это место.
Никки улыбнулась.
— У нас есть труп, который требуется опознать. Я считаю, что мистер Бакли может нам в этом помочь.
Бакли наклонился к адвокату и прошептал ей в ухо:
— Я не хочу видеть никаких…
В этот момент Хит дала знак Лорен Пэрри, и та отбросила в сторону простыню, открыв лежавший на столе труп. Виктор Поченко был в той же одежде, в какой его нашли. Никки уже обсуждала этот вопрос со своей подругой, которая считала, что вид обнаженного тела, готового к вскрытию, произведет более сильное впечатление. Однако Никки удалось убедить Лорен в том, что огромное пятно засохшей крови на белой футболке выглядит достаточно жутко, так что судмедэксперт приготовила им именно такое зрелище.
Труп русского лежал на спине, глаза были открыты для пущего эффекта; зрачки расширены до предела, так что глаза казались окнами, через которые можно было заглянуть в его черную душу. Краска сошла с лица, остались лишь пурпурные пятна в районе нижней челюсти — там собралась кровь, пока труп лежал на боку на скамье. И еще отвратительный коричнево-розовый ожог в пол лица. Никки смотрела, как бледнеет Джеральд Бакли; вскоре его щеки и губы приобрели цвет, практически не отличавшийся от цвета кожи Поченко.
— Детектив Хит, позвольте вас отвлечь на минутку, если можно, — заговорила Лорен. — Я примерно установила калибр оружия.
— Прошу прощения, — обратилась Никки к Бакли.
Тот, не отрывая потрясенного взгляда от трупа, сделал шаг в сторону двери в надежде, что его сейчас уведут. Каньеро преградил ему путь, и он остановился. Джеральд Бакли так и остался стоять, глядя на тело. Его адвокат нашла себе стул и уселась боком к трупу. Никки надела перчатки и подошла к столу. Лорен ловко взялась за голову Поченко и осторожно развернула ее так, чтобы было видно пулевое отверстие за ухом. На сверкающей стальной поверхности собралась небольшая лужица мозгового вещества, и Бакли, увидев ее, застонал.
— Я произвела кое-какие измерения и сравнила их с результатами баллистической экспертизы и реконструкции угла, под которым был сделан выстрел.
— Двадцать пятый? — спросила Никки.
— Двадцать пятый.
— Маловато, чтобы свалить такого гиганта. Судмедэксперт кивнула.
— Однако пуля небольшого калибра, вошедшая прямо в мозг, может вызвать мгновенную смерть. На самом деле, патрон «винчестер X двадцать пять» — самый подходящий для того, чтобы прикончить человека одним выстрелом. — Никки видела в металлической чашке весов отражение Бакли — тот вытягивал шею, пытаясь расслышать слова Лорен. — В качестве пули в него вставляют стальной шарик, который перемещается, оказавшись внутри тела.
— Ух ты. Когда эта штучка попала ему в череп, это, наверное, было все равно, что ударить кувалдой по тарелке с яйцами, — заметил Таррелл. Бакли в ужасе оглянулся на него, и детектив добавил для красочности: — Это похуже, чем сидеть в первом ряду на концерте «Oasis».
— Верно, — согласилась Лорен. — Мы узнаем больше, когда распилим череп и найдем пулю, но я подозреваю, что это был именно такой патрон.
— Однако если убийца воспользовался оружием малого калибра, значит, он знал, что у него будет шанс близко подобраться к жертве.
— Определенно, — сказала Лорен. — Он точно знал, что делает. Компактное оружие, которое легко спрятать. Жертва ничего не подозревает до самого конца. Смерть может настичь в любом месте, в любой момент.
— Чпок, и все, — хмыкнул Каньеро. Бакли задрожал.
Хит подошла к нему, стараясь не загораживать при этом труп. Бывший швейцар походил на рыбу, выброшенную на берег. Он открыл было рот, но тут же закрыл, не произнеся ни звука.
— Вы знаете этого человека?
Бакли икнул, и Никки испугалась, что он сейчас наблюет на нее, но он удержался и даже обрел дар речи:
— Как мог кто-то… подобраться к Поченко?
— Люди, связанные с этим делом, погибают, Джеральд. Вы уверены в том, что не хотите назвать мне имя? Или предпочитаете рано или поздно присоединиться к покойникам?
Бакли по-прежнему не верил своим глазам.
— Он был диким зверем. Он гоготал, когда я называл его Русским Терминатором. Никто не мог убить его.
— Но кто-то все-таки это сделал. И я уверена: вы знаете, кто это был. — Она мысленно сосчитала до трех и задала вопрос: — Кто нанял вас для кражи картин?