Чтение онлайн

— Намек понят, — сказала Никки. — Но я не сомневаюсь в вас, я просто в растерянности. Как могла картина находиться в коллекции Мэтью Старра, если она была продана другому человеку два года назад?

— Детектив, вы отнюдь не глупы. Как у вас с математикой?

— Неплохо.

— Тогда, чтобы ответить на свой вопрос, займитесь кое-какими подсчетами. И Каспер повесил трубку.

Раздался щелчок, и секретарша из «Старр Риэл Эстейт Девелопмент» сообщила детективу Хит, что Пакстон сейчас возьмет трубку. Никки чувствовала себя, как рвущаяся вперед собака, которую удерживают на поводке. Даже голос Аниты Бейкер, [102] доносившийся из трубки, не смог бы успокоить ее. Уже не в первый раз в жизни ей казалось, что время тянется безнадежно медленно. Черт побери, даже не в первый раз за сегодняшний день. Наконец трубку взяли.

— Здравствуйте, прошу прощения, что не сразу ответил. Мне приходится улаживать столько незаконченных дел Мэтью.

«Это может значить очень многое», — подумала Хит.

— Обещаю, это последний звонок.

— Ничего страшного, честное слово. — Затем он рассмеялся и продолжал: — Хотя…

— Хотя что?

— Думаю, будет удобнее, если я перенесу свой офис к вам в участок.

Никки тоже рассмеялась.

— Пожалуйста. У вас хороший вид из окон, зато у нас мебель приличнее. Что выбираете?

— Пожалуй, предпочту вид. Итак, чем я могу быть вам полезен, детектив?

— Я хотела бы узнать у вас название компании, в которой была застрахована коллекция картин Мэтью.

— Разумеется. — Он помолчал немного. — Но, по-моему, я уже говорил вам, что он велел мне аннулировать страховку.

— Да, я это знаю. Я просто хотела спросить, не осталось ли у них фотографий картин — они нужны мне для поисков.

— Ах да, фотографии, ясно, конечно. Как-то я об этом не подумал. Хорошая мысль.

Записываете?

— Да.

— Это «Гот-Америкэн Иншурэнс», располагается здесь, на Манхэттене. — Она услышала быстрые щелчки клавиатуры, и Пакстон продолжал: — Сейчас продиктую телефон.

Записав номер, Никки сказала:

— Можно задать вам еще один вопрос? Это сэкономит нам время.

— Сомневаюсь в этом, но задавайте.

Она по голосу догадалась, что Ноа улыбается.

— Вам не приходилось недавно оплачивать чек Кимберли Старр за покупку пианино?

— Пианино? — И снова: — Пианино? Нет.

— Так вот, она его купила. — Хит взглянула на фото, сделанное криминалистами в гостиной Старров. — Прекрасный инструмент. «Стейнвей», дизайн Карла Лагерфельда.

— Кимберли, Кимберли, Кимберли.

— Оно стоит восемьдесят тысяч. Как она может себе такое позволить?

— Добро пожаловать в мой мир. Ей доводилось совершать и более безумные вещи. Не хотите послушать про гоночный катер, который она купила прошлой осенью в Хэмптоне?

— Но где она взяла деньги?

— Не у меня.

Никки взглянула на часы. Возможно, удастся до ланча побеседовать с людьми из страховой компании.

— Спасибо, Ноа, это было все, что мне нужно.

— То есть — до следующего раза.

— Вы уверены, что не хотите организовать себе рабочее место у нас? — спросила она.

Оба рассмеялись, и она повесила трубку.

Хит вскинула кулак, что означало «Йес-с!». Таррелл как раз закончил разговор с заведующим архивом «Гот-Америкэн». Они не только систематически фотографировали застрахованные коллекции, но и хранили снимки в течение семи лет после отмены страховки.

— Как скоро мы сможем получить их?

— За это время ты успеешь разогреть мои объедки, — фыркнул Таррелл. Она не отставала: — Когда?

— Заведующий архивом сейчас отправляет их мне по почте.

— Как только придет письмо, перешли его в отдел экспертизы.

— Я уже попросил страховую компанию направить им копию, — ответил он.

— Таррелл, ты действительно медиацарь.

Хит хлопнула его по плечу. Затем схватила сумку и побежала в лабораторию, по дороге задев плечом Рука и даже не заметив его. Мир снова отставал от Хит. Когда Никки приближалась к раскрытию преступления, у мира не было никаких шансов догнать ее. Полтора часа спустя детектив Хит вернулась из отдела криминалистической экспертизы с таким же лицом, какое Рук видел у нее перед налетом на авторемонтную мастерскую.

— Что новенького? — спросил он.

— О, ничего особенного; узнала только, что все картины в коллекции Мэтью Старра были подделками.

Он вскочил на ноги.

— Вся коллекция?

— Все фальшивки. — Она повесила сумку на спинку стула. — В страховой компании хранятся фотографии настоящих картин. А те, фото которых мы скопировали с фотоаппарата Барбары Дирфилд, — уже не настоящие.

— Здорово.

— И разумеется, это обеспечивает кому-то мотив для убийства оценщицы.

Рук ткнул в сторону Никки указательным пальцем.

— Я как раз подумал то же самое.

— Вот как, действительно подумал?

— Я профессиональный журналист. Я тоже способен читать между строк и делать выводы.

Опять это самомнение; она решила немного позабавиться.

— Отлично. Тогда скажи мне, у кого был мотив для убийства.

— Ты спрашиваешь, кто убил Барбару Дирфилд? Поченко.

— По собственной инициативе? Сомневаюсь.

Рук подумал немного и сказал:

— А ты как считаешь?

— Я скажу тебе, как я считаю. Я считаю, что еще слишком рано болтать языком.

Никки направилась к доске и поставила галочку рядом с напоминанием просмотреть фото из страховой компании. Рук последовал за ней, как щенок за хозяином, и она незаметно улыбнулась.

— Но у тебя же есть какие-то идеи, правда? — спросил он. (Никки лишь пожала плечами.) — Есть подозреваемый? — (Никки усмехнулась и вернулась к своему столу.) Рук не отставал. — Есть, я вижу. Кто это?

— Рук, ведь ты проводишь свое исследование, чтобы понять, как мыслит детектив?

— Ну и что?

— Если я просто скажу тебе кто, это будет бесполезно. А знаешь, что тебе поможет? Ты должен сам пораскинуть мозгами, думать, как детектив, и прийти к какой-то разгадке. — Никки взяла телефонную трубку и нажала на кнопку быстрого набора.

— Похоже, это большая работа, — пробормотал Рук.

Хит подняла руку, приказывая ему молчать, и слушала длинные гудки. Он в смятении стал покусывать костяшки пальцев. Ей нравилось смотреть, как мучается Рук. Это было забавно, к тому же она вполне могла ошибаться в своих предположениях и не хотела, чтобы он об этом узнал. Наконец трубку взяли.