Чтение онлайн

– Это лишь какой-то городской автомобиль, который принадлежит кому-то, кто работает рядом с гаражом, - сказал он.
– Их здесь нет.

Я ничего не сказал. Я уже знал его мнение по этому вопросу.

– Поверь мне. Никто не следит за мной, а я враг общества номер один, - добавил он.

Доклады не оставляли его в покое с тех пор как мы вернулись. Всем было известно о его “похищении”. Его отец и его расположение были уверены в этом. Рид и я больше походили на запоздалую мысль. Некоторые люди знали, конечно, но никто по-настоящему не заботился о нас. Теперь, когда Эли вернулся назад, они хотели детали.

Кто отвечал, что случилось, где он был, как он вернулся обратно? Он рассказал своей матери и военным правду, или, по крайней мере, большую ее часть, и они смастерили публичное заявление, которое в основном было мусором и выпущено для общественности. Однако все хотели больше. Они хотели услышать непосредственно Эли, и было ли это сознательно или нет, они хотели направить часть их враждебности на него за то, что произошло, когда он исчез.

Никто не должен был следовать за ним. Фотографы были сосредоточены за пределами его дома. Они фотографировали все, что он делал. Он едва выходил из дома за три недели. Просто выйти вечером, видимо, было тайной операции.

– Здесь, ты можешь иметь это, - сказал Эли, толкая через стол перед собой телефон.

Это был прототип нового телефона Samsung, который все хотели. Это должно было произойти через три недели, и люди уже устанавливали палатки перед магазинами. У меня не было телефона, поэтому Эли взял это на себя, чтобы исправить положение. Так как его отчим был какой-то большой шишкой в Samsung, это то, что я получил.

Я положил его в карман толстовки, и стал ждать. Мы виделись каждый день на протяжении последних семи лет, и теперь, когда мы были дома, мы не виделись почти три недели. Когда он появился в гараже, он был нервным, не в силах стоять на месте. Я знал, что ему надо поговорить.

– Здесь чертовски ужасно.
– Эли покачал головой, когда сказал это. Ирония: мы так тяжело работали, чтобы попасть сюда, и теперь были совершенно недовольны всем. Вся эта метафора о попытке протолкнуть квадратный колышек через круглое отверстие. Это было с нами. Мы были круглыми, когда ушли, но отсутствовали слишком долго, и это заточило наши края.

– Так будет лучше, - сказал я. Я не верил в это, но это было то, что ему нужно было услышать.

– Я просто не могу поверить в мою маму. Она совершенно другой человек, уборка помещения, приготовление любого блюда. Это как-будто она из какой-то комедии 1950-х годов, и эти дети . . .
– он вцепился в меня.
– Я посчитал. Видимо, она упала в постель с этим парнем днем после расстрела моего отца.

Я тоже считал. Не только мать, но и мой отец тоже. Он бы, по крайней мере, подождал еще немного, но после потери нас и после того, как здесь все пошло к черту, они оба выбрали один и тот же механизм выживания. Они начали снова. Они оставили каждое плохое воспоминание, в том числе и о нас, позади.

– Она хочет отправить меня в какую-нибудь подготовительную школу на север и зачислить меня как новичка, так что я могу пойти в офицерское училище, когда выпущусь. Она думает, что если бы я стал офицером городской стражи, мой отец был бы счастлив. Ты можешь поверить в это дерьмо?

Я мог поверить в это. Его мама была права. Это сделало бы его отца счастливым. Он знал все о военной службе. Я был также уверен, что этим он сделает нового премьер-министра Республики Калифорнии счастливым. Здесь общество было стабильным, но люди были не совсем состоятельны. Я сомневался в том как просто Дерек размышлял что было бы, если б все вернулось к тому, как было прежде чем Эли исчез, и теперь, когда он вернулся, как лучше занять пост его отца. Эли подчинялся, как хороший солдат, оставивший его в живых.

– Этого не произойдет, - сказал Эли.
– Я даже не ходил в класс во время моих первых трех лет средней школы в Иствью. Я не собираюсь, черт возьми, начать все сначала и идти в какую-нибудь подготовительную школу, полную придурков.

– Так не ходи. Поговори с ней. Расскажи что хочешь делать вместо этого.

Он покачал головой, но потом отвернулся и посмотрел в окно.

– Что?

– Я хочу вернуться назад, - сказал он, поворачиваясь, чтобы посмотреть на меня.

– Вернуться назад...?

– Я знаю, что это сумасшедшее дерьмо, - добавил он.
– А ты не скучаешь по этому? Мы были втроем против мира.

– Но сейчас есть только двое из нас.

Эли покачал головой.
– Там Джаннель, - тихо сказал он.
– Слушай, я хотел сказать тебе, что я прошу прощения за все дерьмо, что я говорил о ней. Она прошла через все это до конца. Разве ты не скучаешь по ней?

– Конечно скучаю.
– мой голос прозвучал резко, но меня это не волновало.

– Даже я скучаю по ней, - сказал Эли.
– Не так как ты, но я скучаю по нормальности Иствью и анонимности всего. Я скучаю по местам и возможности идти туда, куда мы хотели, не беспокоясь о городской страже или чертовых репортерах. Я даже скучаю по Рокси.

Это заставило меня смеяться.
– Все, что ты когда-либо делал, так это жаловался на то, какой приставучей она была.

– Может быть, я не скучаю по ней, - сказал он. Он нахмурился и поковырял фри. Он не смотрел на меня.
– Или, может быть, скучаю. Я не знаю.
– Он продолжал говорить, пытаясь разобраться в своих чувствах, но я отвлекся. Одинокий парень зашел в закусочную. Он сел за стол ближе к входной двери, лицом ко мне. Он заказал чашку кофе, но не пил его. Что-то в нем показалось мне знакомым. Как-будто, может быть, я видел его раньше где-то еще.

Я нарочно уронил салфетку и нагнулся, чтобы поднять ее. Тогда я наклонился к Эли.
– Они здесь. Прямо позади тебя перед дверью.

– Ты что, какой-то чертов шпион?
– он засмеялся, но все равно обернулся. Он покачал головой.
– Это парень пьет кофе.

– Посмотри на его обувь. Она военная.

– Может быть, это один из городских стражников в свой выходной день, - сказал Эли, откинувшись на спинку.
– Кому нужно следить за тобой? Скажи мне, и тогда я перестану думать, что ты параноидальный фрик.

– А что, если это АИ?
– это было единственное, что я мог придумать.

– Они будут преследовать меня тоже, - сказал Эли.
– Кроме того, что они хотят от тебя? Они получили того, кого хотели.

Я не знал. Вот в чем была проблема.
– Пошли отсюда.

Эли встал.
– Будешь думать о том, что я сказал? О возвращении?

Я кивнул. Мне не нужно думать об этом, на самом деле. Я хотел вернуться. Мне просто нужно было выяснить, как сказать Дереку и моей маме о том, что я не собирался оставаться.
– Ты должен подождать, - сказал я. Последнее, что нам было нужно, это вернуться и заставить его изменить свое мнение.