Чтение онлайн

Убийца… нет, я не убийца. Я генерал, исполнивший приказ.

Наконец истинная скрылась за дверью, а я отправился в свои покои. Раз уж Дориан не собирался пока возвращаться, то следовало связаться с ним самостоятельно.

Не желая отвлекать Харингтона от дела, я отправил ему послание на общую почту:

«Как скоро ты вернешься в столицу? Мне нужны документы по одному старому делу для личного расследования».

Быстрого ответа не ожидал. В лучшем случае Дориан заметил бы это письмо вечером. В худшем – не заметил бы вовсе.

Но к удивлению, Харингтон связался со мной после обеда.

«Какому делу?» – прочитал я послание, возникшее в коробке-артефакте.

Такие имелись у многих аристократов, а вот простым жителям империи приходилось пользоваться либо обычным способом, либо такими же общими городскими коробками, но тогда отправка стоила в разы дороже.

«Десять лет назад Его Величество велел мне уничтожить жителей северной деревушки из-за их связи с фанатиками», – отправил уже в личный артефакт Дориана.

Я надеялся, что тот не станет ничего уточнять. Но он все равно уточнил, ответив так быстро, словно держал коробку рядом:

«Зачем тебе это дело?».

Сказать правду я не мог. К счастью, Дориан был слишком далеко, чтобы раскусить ложь, хотя при живом разговоре этот прохвост буквально чуял нутром все оттенки чужих эмоций.

«Затем, что совесть заела… ты ведь меня знаешь, я такой совестливый. А вот почему ты до сих пор не вернулся в столицу, раз сейчас прохлаждаешься, мне непонятно».

«Я уже сообщил Этерону, что скоро вернусь. Сходи завтра в архив тайной канцелярии, я распоряжусь, чтобы тебе предоставили необходимое».

Вот как? Даже не стал спорить… странно. Неужели и впрямь прохлаждался там?

«Спасибо. Возвращайся, у нас с Этероном к тебе много вопросов».

На это Дориан ничего не ответил, и я убрал артефакт в ящик стола. Устало потер лоб, отчего-то вдруг снова вспомнив губы Ингрид.

Скоро… совсем скоро я узнаю подробности того давнего дела.

До следующего дня я не трогал Ингрид и не навещал ее, предоставив самой себе. Тем более, я уже все сказал и добавить мне было нечего. По крайней мере, до тех пор, пока не выяснятся детали случившегося десять лет назад.

Наконец, поднявшись раньше обычного, я силой заставил себя сперва неторопливо позавтракать, затем переговорил с Этероном и только после этого отправился в архив тайной канцелярии.

Прежде я бывал здесь всего несколько раз, и то вместе с Дорианом. Секреты являлись его профилем, а не моим. Я действовал, когда тайное уже становилось явным.

Сама канцелярия располагалась рядом с дворцом, но отдельно от него. Точнее, это была только часть канцелярии, где хранились документы и куда могли принести жалобы ответственные горожане, заметившие фанатиков, или предателей. А сколько в целом у канцелярии имелось разных зданий, домов и комнат в тавернах, и где конкретно они находились знал только Дориан, да может еще император.

Добраться до места не составило особого труда. Само здание было довольно большим и красивым, пусть не настолько, как дворец – его стены украшали барельефы, портики и прочие архитектурные изыски.

Возле входа стояла статуя Гэбельса, бога ветров, считавшегося покровителем иллюзий, хитрости и миражей. Вообще, наши боги не очень любили подобное и запросто могли разрушить собственное изваяние. Но говорят, самый первый тайный советник императора лично договорился с Гэбельсом, и даже уговорил его заложить в статую божественную магию.

Правда это, или нет, я не знал. Но статуя до сих пор стояла на месте, а охранный контур здания работал без промаха.

Я миновал приветливо распахнутые ворота, на мгновенье поежившись от воздействия чужих чар. Войти сюда мог каждый, а вот выйти – только после получения специального пропуска. Причем, касалось это всех визитеров, за исключением Дориана и членов императорской семьи.

– Герцог Адриан Уайетт, – проговорил я подбежавшему ко мне сотруднику. – Дориан Харингтон должен был передать мне документы.

– Конечно, Ваша Светлость герцог Уайетт, пройдемте со мной, – с поклоном ответил тот и увел меня вглубь канцелярии.

Какое-то время мы петляли по коридорам, и с каждым шагом вокруг становилось все меньше народу. Наконец, меня привели в приемную архива, похожую на зал библиотеки, с такими же диванами, столами и теплыми светляками по стенам.

– Ваши документы, лорд Уайетт, – навстречу вышел другой сотрудник с небольшой папкой в руках. – Выносить бумаги за пределы архива запрещено, но вы можете сделать магические копии.

Я кивнул, сел за ближайший стол и принялся изучать.

Материалов было немного – записка, отчет агента и резолюция императора «Уничтожить».

Но и этого мне хватило.

Первым делом я прочитал записку. Это было сообщение какого-то купца. Один из его караванов проходил через ту деревню и его люди услышали, как местные говорили о возвращении Кэбалары.

Купец подчеркивал, что лично он там не был, и сведенья могли оказаться ложными, но он счел своим долгом сообщить.

Понятно. Так или иначе, подобные доносы иногда поступали в канцелярию, но не все они были правдивыми. Кто-то хотел подставить конкурента, кто-то разобраться с соседями… Наверно, не будь наказания за заведомую ложь, их было бы куда больше. Но каждое заявление канцелярия обязательно рассматривала.

Вот и в этот раз в деревню выехал штатный агент, однако его доклад заставил ужаснуться.

Чтобы не спугнуть местных видом чужака, агент прибыл в деревню под личиной невидимости, намереваясь снять ее, если все окажется в порядке.

Однако все оказалось вовсе не в порядке. Агент обнаружил остатки темной магии, разыскал алтарь Кэбалары в доме вождя племени, лично видел собрания фанатиков…

В общем, жители деревни даже не скрывались, видимо полагая, что раз они не входят в состав Таачийской империи, то и бояться им нечего.

Ошибались.

Решение императора, когда Дориан сообщил ему обо всем, было однозначным – уничтожить деревню вместе со всеми жителями. И для этого отправили меня.

Тяжело вздохнув, я потер лоб и откинулся на спинку кресла.

Я и прежде не сомневался в решении императора, но сейчас все равно на душе стало значительно легче.

Жители деревни заслуживали смерти за свою преданность Кэбаларе. А дети… дети были слишком малы и вряд ли успели впитать что-то от своих родителей. Тем более, что с тех пор о фанатиках не было ничего слышно. Да и сама Ингрид удивилась, когда я упомянул об этом…