Чтение онлайн

Признаться, возможное возвращение Кэбалары и меня пугало до дрожи. Но умирать я все равно не хотела. Я столько всего вынесла, смогла выжить в горах и спасти остальных детей. Мне просто не верилось, что все это могло быть напрасно. И уж тем более, мне не хотелось, чтобы казнили Яна.

Но Адриан…

Отчасти поведение дракона меня удивляло. Я не думала, что имею для него хоть какую-то ценность, чтобы он вообще пытался меня защитить.

Наверно, Ян с самого начала был прав в его плане – лорд Уайетт просто оказался честным и добрым, хоть и скрывал свою доброту за холодной непроницаемой маской.

А может, дело было все-таки в связи истинных… этого я не знала. Но спустя пару дней поймала себя на мысли, что жду, когда мы снова услышим друг друга.

Забавно, дракон, которого я так ненавидела прежде, теперь действовал на меня успокаивающе.

Впрочем, скрываться мне удавалось еще и благодаря собственной осторожности. Я каждое утро прикрывала волосы платком и всегда смотрела вниз, чтобы никто не смог толком разглядеть моего лица. А когда мимо проходили стражники и вовсе старалась спрятаться за прилавком, делая вид, будто занята товаром.

К удивлению, даже потеря магии перестала терзать меня. В самое первое время я чувствовала пустоту, словно лишилась части своего тела. Но с каждым минувшим днем пустота исчезала. Пожалуй, если дело так пойдет и дальше, то спустя пару месяцев я уже и не вспомню о том, что когда-то имела.

Это было немного странным, ведь опустошенные до конца своей жизни ощущали дыру в груди там, где прежде была магия. Но жаловаться на такое я бы точно не стала.

Адриан

Вечером, когда Ингрид сбежала из темницы, а я разорвал связь, император отослал меня в свои покои.

В целом, он имел полное право бросить меня и за решетку. В конце концов, я ослушался приказа десять лет назад, да и сейчас долго скрывал происхождение Ингрид.

Но Его Величество ограничился «домашним» арестом, наложив запрет покидать не только дворец, но и комнату.

Оставшись в одиночестве, я лег на кровать, пытаясь успокоить отчего-то взбесившееся сердце. В голове крутилась сотня вопросов.

Как там Ингрид? Все ли у нее хорошо? Правильно ли я поступил, оборвав связь?

Наконец, уже ночью, я пошел освежиться, желая хоть как-то отвлечься и успокоиться.

Открыл кран, сунул лицо под холодные струи воды и тут же вздрогнул, ощутив чужое присутствие.

Напрягся, сам не зная, к чему готовиться, но вскоре расслабился, ведь позади меня стояла богиня любви.

– Адриан, – Веланда улыбнулась краешком губ.

Ее простое белое платье колыхалось так, словно его трепал невидимый ветер.

– Богиня, – склонился в поклоне, исподлобья разглядывая ее.

– Задаешься вопросом, зачем я пришла? – проницательно хмыкнула Веланда, ведь именно об этом я и думал. – Всего лишь сказать тебе, что ты на верном пути. Дракон должен защищать свою истинную, это в его крови.

– Но связи больше нет, – заспорил, сам не зная, зачем, ведь мне действительно хотелось защитить Ингрид.

– Но ты не отказывался от нее, – покачала головой Веланда. – Пару недель назад я кое-что подарила Ингрид. Полагаю, пришла пора воспользоваться первой половиной этого подарка. Склонись.

Я послушно опустился на одно колено, склонив голову, и богиня кончиками пальцев пробежалась по моим волосам. Когда же я снова поднялся, она уже исчезла, оставив после себя пару влажных следов на полу.

А вскоре, когда я снова думал об Ингрид, в моих мыслях раздался ее голос.

Наверно только визит Веланды, вселивший уверенность в правильности поступков, позволил мне следующим утром встретить Дориана с гордо вскинутой головой и расправленными плечами.

Харингтон ушел к вечеру, так и не добившись от меня ничего толкового, но вскоре вернулся, бросив на стол внушительную папку с бумагами.

– Вот, – сверкнул глазами он.

– Что это? – вскинул брови я, изрядно устав от этой канители.

– Доказательства, – поджал губу Дориан. – Я бы принес их раньше, но они хранились в особом архиве. Тот отчет, который ты читал первым, не зря составлен так подробно. Агенты канцелярии почти год изучали жителей деревни, прежде чем мы убедились окончательно. Ты дракон, Адриан. Дракон и генерал. Ты должен понять, что это важнее вашей связи и ваших жизней. И помочь нам закончить то, что следовало закончить еще десять лет назад.

Сказав это, Харингтон ушел, оставив меня наедине с бумагами.

И чем дольше я читал, тем сильнее холодело сердце.

На первом листе, пожелтевшем и ветхом, было само пророчество. Начало обрывалось, но дальнейшие строчки говорили сами за себя:

«…Кэбалара покинет свою мать, вернувшись в мир живых во сто крат сильнее, чем был. Последователи, призвавшие его, станут генералами его мертвого войска. Им будет дарована вечность и все богатства мира, ведь они шли по верному пути.

И пробудит душу Кэбалары магия человека, способного обуздать огонь, чтобы был он защищен от людской магии.

И пробудит душу Кэбалары пот человека, способного обуздать огонь, чтобы не чувствовал он усталости.

И пробудит душу Кэбалары слезы человека, способного обуздать огонь, чтобы не питал он жалости.

И пробудит душу Кэбалары крик боли человека, способного обуздать огонь, чтобы не оставалось на нем ран.

И пробудит душу Кэбалары страх человека, способного обуздать огонь, чтобы сам он был бесстрашен.

И пробудит душу Кэбалары кровь, полная любви, человека, способного обуздать огонь, чтобы смог устоять он против пламени Карадараса…».

Последнее слово в пророчестве распознать удалось с трудом – бумага обрывалась на середине.

Но это было только началом, потому что дальше шло именно то, о чем говорил Дориан.

Доказательства.

Агенты действительно тщательно изучили не только деревню, но и ее жителей – в папке нашлись подробные карты местности, списки имен с отдельными пометками, вроде «тогда-то переехал в такой-то город» или «приехала в деревню тогда-то и оттуда-то».

Отдельно числились вожди с их семьями и члены совета старейшин, и вскоре я понял, почему.