Чтение онлайн

Касание Ксалора снова обожгло. Его пальцы легли мне на талию – твердо, властно. Мы сделали первый шаг. И тут, как удар хлыста, меня настигло полное, оглушающее осознание. Он мой муж! Этот высокомерный, невыносимый дракон – мой муж! Обуял ужас, чистый и первобытный.

– Этого не должно было случиться, – вырвалось у меня шепотом, едва слышным под музыку.

Я не смотрела на Ксалора, уставившись куда-то за его плечо. Он наклонился чуть ближе, его дыхание коснулось уха, когда мы делали поворот.

– Да, но это случилось, – голос был низким, спокойным, но в нем слышалась сталь. Его пальцы сильнее сжали мою талию.

– И что дальше? – процедила я.

– Что, по-твоему, следует за вечером? – усмехнулся дракон. – Ночь.

Паника, острая и слепая, ударила в виски. Ночь… Брачная ночь! Вот где все и закончится. Позор будет полным. Абсолютным. Ноги подкосились. Я споткнулась, потеряв ритм, и рухнула бы, если бы не его молниеносная реакция. Он легко подхватил меня, прижал на мгновение к себе, спас танец от катастрофы. Я чувствовала жар его тела, слышала ровный стук его сердца под ухом. И от этого ужас только нарастал.

Мы дотанцевали под бурные аплодисменты. Ксалор отвел меня за свой стол с тем же формальным видом. Остаток праздника прошел в каком-то кошмарном полусне. Время текло неумолимо. Солнце клонилось к горам, окрашивая небо в багрянец. Танцы, смех, разговоры – все это было чужим, далеким шумом. Ксалор то отходил к кругу драконьих лордов, то возвращался, но всегда требовал моего присутствия рядом. Я сидела или стояла, улыбалась, когда надо, чувствуя, как с каждым часом стены Драконьего Пика смыкаются вокруг меня все теснее.

Мне отчаянно хотелось исчезнуть. Особенно невыносимо было ловить на себе полный надежды взгляд Марлены. Или видеть, как Элрик держит ее за руку. Они получили свое счастье. Но скоро оно рухнет.

Совсем стемнело. Факелы зажглись ярче, отбрасывая длинные, пляшущие тени. Элси появилась рядом с тихим: «Леди, пора»

Меня, считай, повели на казнь. Мы прошли через знакомые коридоры в новые покои Ксалора – старые-то были разрушены нашим последним «разговором». Они были огромными, роскошными, холодными.

Элси и еще две служанки помогли мне снять платье, ожерелье-стабилизатор, все украшения. Ванна с ароматными маслами не принесла облегчения, лишь подчеркнула мою наготу и уязвимость. Они облачили меня в ночную рубашку из тончайшего шелка – еще один намек на предстоящее. Потом, поклонившись, удалились. Оставив одну. В опочивальне мужа.

Я накинула халат Ксалора, найденный в шкафу, и подошла к огромному окну. За ним раскинулась ночь, усыпанная бесстрастными звездами. Я смотрела на них, пытаясь уловить их нерушимый покой. Время шло, дорогой муж не появлялся.

Он не придет. Эта догадка возникла слабой искоркой надежды. Он ненавидит меня. Он не хотел этого брака. Сказал про ночь, чтобы досадить, напугать. Он сейчас где-то там, с драконьими лордами. Или с Лираэль! При этой мысли к горлу подкатил странный спазм – смесь дикого облегчения и острой, необъяснимой боли. Да. Пусть так. Пусть лучше будет так…

Скрип дверной ручки прозвучал как выстрел. Я обернулась.

В дверях стоял Ксалор. Он уже успел где-то скинуть парадный камзол, остался в темной рубашке и брюках. Его волосы были слегка растрепаны. Он закрыл за собой дверь. И его взгляд… Его взгляд, тяжелый и неотрывный, прошелся по мне – от спутанных волос до босых ног – и задержался на лице. В этом взгляде не было ни намека на то, что он собирается куда-то уйти. Наоборот. Он смотрел так, будто только что пришел именно сюда. Ко мне. И его намерения не требовали слов.

Я куталась в его бархатный халат, как в последний щит, и чувствовала, как под тонким шелком ночной рубашки бешено колотится сердце. Ксалор не спешил. Он медленно шел через комнату, его шаги были бесшумны на каменном полу, но каждый из них отдавался в моей груди тяжелым ударом. Его золотистые глаза не отрывались от меня – пристальные, изучающие, как у хищника, высматривающего слабину в жертве.

«Он видит», – пронеслось в голове. Видит мою панику, которая сковала мышцы и перехватила дыхание. Дракон же не захочет этого… Не захочет прикасаться ко мне, дрожащей от ужаса… Уйдет…

Но потом я увидела его взгляд. Не холодный расчет, не привычную насмешку. В нем горел огонь – решительный, плотный, голодный. И вся моя наивная надежда рухнула. Тронет. Еще как тронет! Мысль отрезвила, как пощечина. Страх, острый и дикий, сжал горло, заставив задрожать колени. Я отступила на шаг, поясницей наткнувшись на подоконник.

– Ну и реакция у тебя, Корделия… – Голос прозвучал чуть хрипловато, нарушая оглушительную тишину. – Будто тебя сейчас убивать будут.

Ксалор остановился в двух шагах. Его взгляд проскользил вниз, к моей обнаженной шее.

– Ничего страшного я с тобой делать не собираюсь, – усмехнулся он. – Чего ты боишься? Ожерелье-то сняла.

Хуже его сарказма была только моя собственная слабость. Во мне вспыхнуло возмущение, на миг прогнав леденящее оцепенение. Я возненавидела себя за то, что показываю ему свою уязвимость. После всего – после похищений, битв, разнесенных покоев – бояться брачной ночи? Это было унизительно.

– Я не боюсь, – выдохнула я, заставляя голос звучать твердо, но Ксалор улавливал каждое колебание, каждую тень на моем лице.

– Разве? – Он поднял бровь, его усмешка стала откровеннее. – Тогда объясни эту дрожь. Или она от предвкушения?

Дракон сделал еще один шаг. Расстояние между нами сократилось до ничтожного.

– Хотя… – хмыкнул он, – твоя злость гораздо лучше твоего страха. Гораздо живее. И куда привычнее.

«Он понял», – ударило меня со страшной силой. Понял, чего я боюсь и теперь использует это. Играет. Мстит. Потому что я женила его на себе. Потому что он ненавидел меня и раньше, а теперь, после всей этой свадебной пытки, ненавидит еще сильнее.

Ксалор протянул ко мне руку. Неторопливо, как бы давая мне время отпрянуть. Я замерла, не в силах пошевелиться. Его пальцы коснулись моей щеки. Легко, почти невесомо. Прикосновение было… теплым. Неожиданно теплым. И ласковым. Шероховатая подушечка большого пальца провела по линии скулы, и по всему моему телу прокатилась волна мурашек, жаркая и предательская. Где-то глубоко внизу живота зародилась странная, трепещущая пульсация. Кровь прилила к моему лицу, кожа под его пальцами запылала.

– Интересно, – прозвучал прямо над ухом тихий, обволакивающий шепот, – то, как твои чувства и желания отличаются. Странный разлад, не находишь?