Чтение онлайн

И вот наступил самый торжественный момент. Музыка смолкла. Гости затихли в почтительном ожидании. Ксалор вышел на свободное пространство в центре двора. Он взмахнул рукой – неспешный, властный жест. Земля под его ногами заколебалась, заструилась магической дымкой цвета заката. И из этой дымки, поднимаясь с мелодичным гулом, возник алтарь. Не просто каменный столб. Шедевр драконьего искусства: высеченный из черного мрамора, усыпанный вкраплениями настоящей чешуи, мерцающей как золото и рубин, с вырезанными на нем древними символами рода Веларионов. Он был одновременно мощным и изящным, воплощением силы и вечности. Гости замерли в немом восхищении.

К алтарю подошел драконий жрец, облачившийся в струящиеся одежды цвета пламени и ночи. Его голос, усиленный магией, зазвучал над толпой, повествуя о величии дома Веларионов, о чести пополнения его рядов, о важности союза, скрепляющего узы между мирами. Слова лились, как чужая молитва, не находя во мне ни малейшего отклика. Хотелось врасти в стул и не вставать с него никогда…

Рендал вышел из-за стола, его лицо было бледным от ответственности. Он подал мне руку. Мои ноги были ватными, непослушными. Я встала, опираясь на него, и мы пошли. Казалось, я плыву во сне, сквозь море пристальных глаз. Расстояние до алтаря ощущалось бесконечным.

Ксалор стоял там, лицом ко мне. Его глаза встретили мои – испытующе, неумолимо. «Ну что, невеста? Дошла до финала?» – говорили они. Рендал отпустил мою ладонь. Я подошла ближе, замерла напротив жениха. Сердце колотилось где-то в горле, пальцы леденели.

Жрец обратился ко мне. Его древние, мудрые глаза были проницательны.

– Леди Корделия Хартвуд, – прозвучало гулко, как приговор. – Согласны ли вы взять в мужья Ксалора Велариона, наследника Драконьего Пика, связать с ним свою судьбу и стать частью его рода, почитая его законы и разделяя его бремя до конца своих дней?

Воздух сгустился. Все затаили дыхание.

– Да! – выпалила я.

Ксалор сжал губы. Я уставилась на него, вкладывая в свой взгляд всю силу вызова, всю свою непоколебимость.

Жрец повернулся к нему. Вот оно. Сейчас. Он не выдержит. Он скажет: «нет».

– Лорд Ксалор Веларион, наследник Пика, – голос жреца зазвучал еще весомее. – Согласны ли вы взять в жены Корделию Хартвуд, связать с ней свою судьбу, принять ее в свой род, защищать и почитать ее, быть ее опорой и щитом до конца ваших долгих дней?

Ксалор не отвечал несколько безумно долгих секунд. Он пристально смотрел на меня, будто бы взвешивая каждую пылинку в воздухе между нами, каждую трещинку в моем каменном выражении лица. В его взгляде не было вызова. Было что-то другое. Неизмеримое. Непостижимое.

Затем дракон открыл рот. И произнес одно оглушительное слово:

– Да.

Тишина взорвалась. Аплодисменты, радостные возгласы, звон бокалов – все это обрушилось на меня лавиной. Гости вскочили со своих мест, улыбаясь, ликуя. Искры магии в небе вспыхнули ослепительным фейерверком. Музыканты грянули величественную свадебную мелодию с колокольными перезвонами.

Я стояла. Просто стояла. Оглушенная. Оторопевшая. Мир потерял краски и звуки, превратившись в мелькающую абстракцию. Единственной реальностью было это слово. «Да». Оно висело в воздухе, жгло мозг. Он сказал именно это? Сказал! Мы… мы теперь… женаты?

Лицо Ксалора все так же было спокойным, лишь в уголках губ таилась тень чего-то… усталого? Или решительного? Я не могла понять. Понимала только одно: стена, к которой я его приперла, оказалась миражом. Теперь я замужем за драконом. Навсегда. То есть лет на пятьдесят. Что, в общем-то, для меня равноценно. Медленно, но верно осознавалось: игра проиграна. С треском. И проиграла ее я.

Очередные слова жреца прозвучали как удар грома в тишине моего сознания:

– Объявляю вас мужем и женой! Да пребудут ваши узы крепкими под сенью Драконьего Пика!

Рукоплескания грянули с новой силой, сливаясь с гулом крови в ушах. Я вросла в алтарь, глядя мимо жреца, мимо ликующих гостей. «Мужем и женой». Слова бились о стену непонимания. Как такое случилось? Весь мой тщательно выстроенный план – спровоцировать его отказ – рассыпался в прах. Он действительно на мне женился! Дракон. Ксалор. Тот, кто ненавидел эту затею не меньше меня. Никакого ментального наваждения сейчас не было – только леденящая, оглушающая ясность провала.

Жрец протянул два новых кольца – широкое, массивное золотое для Ксалора и тоненькое, с тем же багрово-золотым камнем, что в помолвочном, но в другой оправе, для меня. Мои пальцы дрожали так, что я едва удержала холодный металл. Ксалор взял мое кольцо уверенно. Его пальцы обхватили мою руку – твердые, теплые, не позволяя ей трястись слишком явно. Он надел кольцо мне на палец, поверх помолвочного, и оно слилось с ним, превратившись в нечто совершенно прекрасное, шедевр ювелирного искусства. Я, стараясь дышать ровно, нацепила кольцо на него. Его ладонь казалась обжигающе горячей.

– А теперь, – голос жреца прозвучал почти повелительно, – скрепите свой брак поцелуем!

Губы Ксалора коснулись моих – сухие, твердые. Беглый, чисто формальный, церемониальный жест. Длилось это пару секунд. Но этого хватило. Мои губы вспыхнули, будто обожженные, а сердце провалилось куда-то в бездонную пустоту под ногами. Ловушка захлопнулась. Окончательно. Необратимо.

Он взял меня под руку – нежно, но с неоспоримым владением – и повел к столу Веларионов. Я шла рядом, улыбаясь в ответ на какие-то крики, но видела все как сквозь толстое, мутное стекло. Звуки доносились приглушенно, лица расплывались.

– Поздравляю, Корделия! – Эрис бросилась ко мне первой, сияя искренней радостью, и обняла. – Теперь ты настоящая Веларион!

Я заставила губы растянуться в самой широкой, самой сияющей улыбке, от которой тут же свело скулы.

Потом пошел поток: поздравления, поклоны, подарки, бесконечные улыбки. Лорды, драконы, даже король и королева что-то сказали, а принц преподнес футляр с подарком. Я кивала, благодарила, но не видела никого и ничего. Мой взгляд, помимо воли, цеплялся за Ксалора. Он был рядом, принимая поздравления с холодноватой учтивостью, но когда его взгляд находил мой… Боги, как он на меня смотрел. Жарко. Выразительно. Не как на врага. Не как на нежеланную обузу. Как на свою. И в этот миг в памяти всплыли его слова, сказанные когда-то с яростью: «Ты будешь принадлежать мне, Корделия». Внутри все перевернулось и сжалось в болезненный комок.

Объявили танцы. Первый был моим – с главой обретенного мной дома. Мориус подошел ко мне с величавой улыбкой и протянул руку.

– Прошу, моя новая дочь.

Я положила руку на его могучее предплечье. Мы закружились. Музыка была чудесной, Мориус вел уверенно. Я держалась, как могла, отвечала на его тихие, доброжелательные реплики. Но все было словно неосознанным. Пока он не подвел меня к Ксалору, который ждал с безупречным видом у края площадки для танцев.

– Теперь очередь мужа, – молвил Мориус, вложив мою руку в ладонь сына.