Чтение онлайн

Морок рассеялся, словно по щелчку. Блаженство испарилось, оставив после себя пустоту. Я стояла, глядя на кольцо, которое уже светилось привычным тусклым угольком. Теперь сомнений не осталось. Это была ментальная магия! Его ментальная магия… Ксалора. Ритуал слияния открыл ему доступ в мое подсознание, а кольцо было ключом. Проводником! Он мог влиять на мои эмоции! Заставлять меня чувствовать то, что он хочет! Выставлять дурой, ненормальной, которая пляшет в одиночестве в саду!

Я дернула кольцо. Оно не сдвинулось с места, будто вросло в кожу. Я надавила сильнее, до боли – бесполезно. Отлично. Прекрасно. Великолепно. Теперь кольцо неснимаемое! Гнев, белый и ослепляющий, застелил глаза. Тьма внутри заклокотала в ответ, холодная волна поднялась от самых пяток. Я понеслась в замок. Сквозь залы, спрашивая слуг о том, где мой, чтоб его, жених. Затем – побежала прямо в крыло Ксалора. Его покои. Я не стучала. Распахнула дверь так, что та хлопнула об стену.

Он стоял у шкафа, спиной ко мне. Обернулся медленно, с убийственной невозмутимостью, но в его глазах что-то мелькнуло. Удовлетворение? Предвкушение?

– Ты мерзавец! – выдохнула я, едва сдерживаясь, чтобы не броситься на него. – Используешь ментальную магию через кольцо! Чтобы выставить меня сумасшедшей? Чтобы все видели, как твоя невеста ведет себя неадекватно?!

Дракон поднял бровь, изобразив искреннее удивление.

– Сумасшедшей? Неадекватной? Что ты, Корделия. Я всего лишь добавил своей драгоценной невесте немного счастья. Разве это преступление? Что плохого в том, чтобы ты почувствовала себя хорошо?

Его спокойствие, его наглые, лживые слова взорвали во мне последние предохранители. Тьма внутри рванулась к горлу, мешая дышать.

– Счастья? А дальше что, Ксалор? Заставишь меня рыдать? Чувствовать себя несчастной? Или… – Я шагнула вперед, выплюнув ему в лицо: – Может, вынудишь влюбиться в тебя? Это твой гениальный план?

– Хм. Неплохая идея. – Его губы дрогнули в усмешке. – Подумаю над твоим предложением.

– Не смей! – закричала я, сотрясаясь от бешенства. – Никогда не смей влиять на мои эмоции!

Он пожал плечами, его поза была обманчиво расслабленной, но я видела, как напряглись мышцы на его шее.

– Успокойся, Корделия. Любовь внушить невозможно. Что касается остального – ты сама выбираешь быть в моей власти.

Эти слова стали последней каплей. Гнев слился с клокочущей мощью дара, став единым, неудержимым потоком. Злость – такое же отличное топливо, как и страх. Даже лучше!

– Ах так, дорогой жених? – прошипела я, и голос мой звучал чужим, отдаленным эхом. – Ну тогда запомни: каждый раз, когда ты посмеешь делать так… – выдохнув, я подняла руку, обвитую черными, пожирающими свет сгустками, – …я сделаю вот так!

Я не целилась. Не думала. Просто отпустила сдерживаемую бурю. Темные волны рванули из моей ладони, сокрушительным взрывом ударив в центр комнаты. Гулкий бабах! Массивная дубовая тумба Ксалора почернела и рассыпалась в труху, как гнилое дерево. Балдахин скукожился над кроватью, ножки разлетелись щепками. Статуэтки на полках раскрошились, за секунды превратившись в мусор. Штукатурка посыпалась с потолка, обнажая балки. Покои превращались в руины на глазах.

Ксалор отпрыгнул к стене от покореженного шкафа. На его уже вовсе не бесстрастном лице застыл настоящий шок. Он явно такого не ожидал. Ни масштаба, ни моей дерзости.

– Корделия! – рявкнул дракон. – Прекрати немедленно!

Да я только начала! Не знаю уж, пытался ли он повлиять на мои эмоции или «успокоить» иначе, но даже если и так, то ничегошеньки у него не выходило. Бешенство было прекрасным щитом!

Я засмеялась, и смех мой звенел безумием и триумфом. Тьма клокотала во мне, сладкая и всесильная.

– О, кажется, ремонт в твоем крыле придется делать раньше, чем ты думал!

Я снова подняла руку, и черный сгусток энергии рванул к его груди. Ксалор метнулся в сторону с драконьей скоростью. Тьма проделала дыру в стене позади него, обнажив каменную кладку.

– Прекрати использовать магию! – зарычал он, в его голосе впервые прозвучала тревога.

Испугался, что ли?

– Легко! – огрызнулась я.

Взор упал на чудом уцелевшую хрустальную вазу, валяющуюся под ногами. Я наклонилась, схватила ее. Тяжелую, холодную.

Я замахнулась. И в этот миг, среди грохота падающих обломков и клубов трухи, к нам ворвался Мориус. Он замер на пороге, видя эту дивную картину: разрушенные до основания покои сына, клубящуюся в воздухе тьму, меня, стоящую посреди хаоса с дикими глазами и поднятой вазой, Ксалора у стены с лицом, на котором смешались замешательство и ярость.

Допрыгались… Прямо-таки финальный аккорд погребальной мелодии.

Да пошло оно всё! Я со всей силы швырнула вазу в Ксалора. Он пригнулся, ваза врезалась в уцелевшую часть стены с душераздирающим звоном, разлетевшись на тысячу сверкающих осколков.

– Сволочь… – прошипела я в сторону Ксалора.

– Истеричка! – бросил он в ответ, стряхивая пыль с плеча, но его взгляд был прикован к отцу.

Мориус Веларион не двигался. Его лицо было каменным. Только глаза, золотистые драконьи глаза, горели нечеловеческим пламенем, переходя с сына на меня и обратно. Казалось, еще мгновение – и стены рухнут окончательно под этим молчаливым, сокрушительным осуждением.

Повисла абсолютная, оглушительная тишина, нарушаемая лишь позвякиванием последних опадающих стекол в окнах и моим прерывистым дыханием. Пыль медленно оседала. Я опустила руку, чувствуя, как тьма отступает, оставляя после себя опустошение и ледяной ужас от содеянного.

Мы сидели в разгромленных покоях. Мориус – в позе судьи, на лишившимся спинки стуле. Мы с Ксалором – на диване, разделенные зияющей в обивке дырой посередине. Глава Веларионов явно специально решил говорить с нами прямо тут. Чтобы мы наглядно видели, что натворили!

Он окинул взглядом руины еще раз, потом посмотрел на меня.

– Корделия, – начал Мориус, и его голос звучал удивительно спокойно, – твой дар невероятно силен. Почему он уже проявился?

Посмотрел при этом на Ксалора – с неодобрением на грани порицания. О, боги! Неужели он решил, что мы… до свадьбы…

Я сглотнула ком в горле. Глаза невольно метнулись к Ксалору. Он ответил за меня. Голос его был беспристрастным, просто констатирующим факт:

– Из-за той ночи три года назад. Когда напали на Хартвуд.

– Понимаю и сочувствую. – Мориус кивнул мне, демонстрируя не осуждение силы, а сожаление из-за ее применения здесь. – Но рушить замок – не самая лучшая тренировка. Опасно. Глупо. И очень дорого.

Устыдившись, я опустила глаза и пробормотала:

– Простите, я… не сдержалась.

И не очень-то хотела сдерживаться! В конце концов, Ксалор напал первым. Да, применение ментальных чар – такая же атака! Я имела полное право ответить своей магией…

– Сын. – Взгляд Мориуса переключился на Ксалора, жесткий и холодный. – Думаю, ты знал о ее даре. Знаешь о его силе. Знаешь про ее проблемы с контролем. Почему до сих пор не нашел ей наставника? Темного мага, который мог бы помочь?