Нежеланная жена
Шрифт:
– Вероятно, он дал тебе деньги, чтобы в будущем держать меня в узде, если я вдруг взбрыкну!
Лиза и Рик посмотрели друг на друга, затем Рик пожал плечами и кивнул, словно отвечая на невысказанный вопрос жены.
– Тереза. – Лиза крепче сжала ладонь Терезы. – Я уже знаю об этом.
– Что? – Тереза была потрясена. – Как? Как давно?
– Сандро признался мне во всем, когда вы однажды приходили к нам. Помнишь, он хотел поговорить со мной наедине?
Тереза, все еще шокированная, кивнула.
– По какой-то причине ему больше не нужен этот рычаг. Сандро предложил полностью списать мой долг. Я, посоветовавшись с Риком, отказалась, но думаю, он все равно это сделал.
– Об этом он хотел поговорить с тобой тогда? – недоверчиво спросила Тереза.
– Да. Сандро взял с меня обещание не сообщать тебе об этом. Но, наверное, я могу нарушить его, учитывая обстоятельства.
Тереза нахмурилась.
– Ничего не понимаю… зачем ему это делать? – смущенно спросила она, а потом рассмеялась, удивляясь собственной несообразительности. – Ну, конечно же! Теперь ему не нужен рычаг, чтобы надавить на меня. Ведь и так я делаю то, что он хочет. И все же очень странно, что он списал долг еще до рождения ребенка. Это имеет смысл, если только…
– Могу я вставить свои пять центов в твой монолог? – холодно поинтересовался Рик, прерывая ее размышления.
Тереза удивленно моргнула.
– Ты слишком много думаешь и анализируешь. Лиза сказала, что Сандро практически умолял ее позволить ему списать долг. Она считает, и, увидев поведение твоего мужа сегодня, я с ней согласен, что Сандро хочет начать все с чистого листа с тобой, просто не знает как.
– Я живу с Сандро и знаю, что вы оба ошибаетесь, – упрямо заявила Тереза, решительно затолкав в самый дальний уголок памяти все совместно проведенные с мужем за игрой в скрэббл и шахматы вечера. А еще она старалась не думать о завтраках и ужинах в дружеской атмосфере и молчаливой поддержке Сандро на приемах у врача. – Он уже кое в кого влюблен. Я бы сказала, что у него есть другая женщина, но, думаю, в нашей ситуации другая женщина – я.
– Что это значит? – гневно вскричал Рик.
– Сандро был влюблен до того, как мой отец вынудил его жениться на мне. На той женщине он хочет жениться. Я – та, кто испортил ему жизнь, а не наоборот, Рик. Как только этот ребенок родится, каждый из нас пойдет своим путем, и мы оба будем счастливы.
– Все так запутано, – покачал головой Рик. – А что насчет тебя и ребенка? Разве это ничего не значит?
– Сандро мог бы остался с нами только из-за чувства долга. Я заслуживаю большего, тебе не кажется?
– Конечно. – Лиза успокаивающе погладила Терезу по плечу, присела на стул у кровати и наклонилась. – Так ты чувствовала, как ребенок двигается?
Глаза Терезы просияли от радости.
– Это было… потрясающе. После обморока я так боялась, что с малышом что-то случится, и, ощутив, как он шевелится, испытала невероятное облегчение.
– Сейчас он двигается? Тетя Лиза хочет поздороваться с ним.
Тереза со смехом покачала головой.
– Нет, сейчас он спокоен. – Она прижала ладонь к своему животу. – Поверить не могу, что придется неделю пролежать в постели.
– Да, паршиво. – Лиза сочувственно кивнула. – Хорошо, что я избежала такого во время беременности.
– Она была как маленький моторчик. И мне бы пришлось тормозить его. Даже представить боюсь… – Рик поежился.
– Не возражаете, если эту неделю я поживу у вас? – нерешительно спросила Тереза.
Рик и Лиза обменялись хмурыми взглядами и кивнули.
– Сандро летит в Италию на неделю. Раньше я хотела дома остаться, но после того что случилось сегодня…
– Если ты думаешь, что я поеду в Италию, пока тебе нужно оставаться в постели, то сильно ошибаешься, – прервал ее грубоватый голос Сандро.
Тереза, Лиза и Рик как по команде посмотрели в сторону двери.
Выглядел Сандро странно: волосы взъерошены, костюм помят, галстук съехал набок. В левой руке он держал слегка увядший букет цветов, подмышкой обернутую в подарочную бумагу коробку, а в правой связку гелиевых воздушных шариков. Они-то больше всего и привлекли внимания. Все шарики были разных цветов. Одни однотонными, другие с надписями: «С днем рождения!», «С годовщиной!», но больше всего выделялся шарик с нарисованным дельфином и восклицанием «Ура лету!». Очень оптимистично, учитывая, что на дворе была середина зимы.
– Сандро… братан… – Голос Рика задрожал от едва сдерживаемого смеха. – Ты что прошелся по всем больничным палатам?
– Это все, что нашлось в здешнем сувенирном магазине, – проворчал Сандро.
Насмешка Рика явно задела его за живое, и это удивило Терезу – прежде она не слышала, чтобы голос ее самоуверенного мужа звучал так оборонительно.
– Спасибо, Сандро, – быстро проговорила она, прежде чем Рик снова начал острить. – Я люблю воздушные шарики.
– Я знаю, – ожесточенно сказал Сандро.
Пройдя в палату, он локтем отодвинул Рика в сторону, встал у кровати и пристально посмотрел на Терезу.
– Знаю, что ты любишь гелиевые шарики, розовые герберы и трюфели пралине. – Он передал ей коробку, в которой, очевидно, были те самые конфеты, и букет подвядших ромашек. – Теперь я многое знаю о тебе, Тереза.
Тереза вспомнила, как несколько месяцев назад обвинила Сандро в том, что он ничего о ней не знает. Похоже, он запомнил это и, очевидно, внимательно слушал ее болтовню во время совместно проведенных вечеров. Но что, черт побери, он пытался этим доказать?