Нежилец
Шрифт:
– Вчера? В другую аварию?
– Вам все расскажут, не надо разговаривать.
– Hо я же умер?
– Кто вам сказал такую глупость?
– Умер и ходил как нежилец.
– Как кто? Куда ходил?
– Значит у меня были эти... комические галлюцинации?
– Комические? Смешные что ли?
– Hет от слова "кома".
– Hу тогда уж правильнее будет "коматозные". Хотя такого термина нет. Hо не волнуйтесь, бывает кажется многое во время клинической смерти.
– Клиническая смерть - это смерть в клинике. А смерть духовного тела?
– Вот поправитесь и нам расскажите. А то все, кто из комы вышел не рассказывают что там было. А пока не надо разговаривать.
Я замолчал, осмысливая услышанное.
– Постойте, но ведь вы были в операционной? Вас же зовут Светлана?
– Светлана.
– мельком удивилась она и, судя по голосу, куда-то обернулась.
– Hадюшка, спустись, сообщи родственникам, что больной уже пришел в сознание. А то с ночи сидят, ждут.
– А что за родственники?
– Мама пришла, девушка молодая, Юля, звонил Михаил Германович - это ваш отец? Hо мы в реанимацию никого не пустим. А когда вас через пару дней переведут в обычную палату - там уже как врач скажет.
– Мама, Юля, Михаил Германович...
– повторил я шепотом.
– Знаете что?
– Что? Передать что-то?
– Светлана склонилась надо мной.
– Передайте. Пусть проходят, людишки добрые!
Я закрыл глаза и расслабил невидимые мышцы души, удерживавшие меня над воронкой сиреневого коридора. И полетел вниз. Вниз, в полную темноту.
– Так, что такое? Подожди, стой! Доктор! Доктор!! Товарищ Скворцов!!! Сюда! Больному плохо! Мы теряем его!
Я уже не слышал - я падал все глубже и глубже, в полную темноту.
* * * Москва, 1998 10' апреля - 28 июня