Чтение онлайн

– Мне следовало бы купить собственный корабль, - запротестовал Кайрен.

– Не будь глупцом, - пожурила жена.
– Нам понадобятся твои деньги, чтобы снарядить суда. Ты можешь заплатить за их аренду.

– Она права, - заметил герцог.
– "Роза Кардиффа" и "Горец" надежные посудины. Когда приобретаешь чужой корабль, ни в чем нельзя быть уверенным, и придется заводить его в сухой док - осмотреть перед покупкой. Сомнительно, чтобы владелец позволил себе такое: слишком велики расходы.

– К тому же на "Розе Кардиффа" чудесная капитанская каюта, в которой мы прекрасно разместимся, - прошептала Фортейн, нежно глядя на мужа.

Джеймс Лесли весело ухмыльнулся. Как похожа она на мать, хотя даже не подозревает об этом!

– Мне жаль портить столь романтические мечты, куколка, - вздохнул он, - но вряд ли женщинам позволят отправиться с лордом Калвертом, пока не найдено место и не выстроены дома.

– Какая несправедливость!
– вознегодовала Фортейн.

– Ничего не поделаешь, малышка. Выбора у тебя все равно нет.

– Тогда мы не поедем, - решила Фортейн.

– И где будете жить?

– Купим дом около Кэдби или Королевского Молверна, а может, и рядом с Окстоном, поближе к сестре.

– Имея мужа-ирландца, и к тому же католика?
– осведомился герцог.

Фортейн разочарованно нахмурилась.

– О Господи!
– пробормотала она, поняв, как глупо себя ведет. Английские пуритане ничем не лучше ольстерских протестантов, особенно если дело касается католиков. Но мы могли бы переехать во Францию или в Испанию.

– Где тебя, дорогая жена, преследовали бы с такой же яростью, как меня в стране протестантов, - вмешался Кайрен.
– Ничего не поделаешь, Фортейн. Чтобы жить без тревог, нужно отправляться в Новый Свет, и если лорд Калверт возьмет меня, придется сначала ехать одному и ждать, когда женщинам разрешат воссоединиться с мужьями.

Прежде чем Фортейн успела возразить, в зал вбежал Адали:

– Отец Каллен передал, что по дороге из Лиснаски мчится большой отряд всадников. Я посчитал нужным сообщить вам, милорд. Все уже готово.

– Что именно?
– встревожилась герцогиня.

– Мы сделали все возможное для обороны деревни и замка, - объяснил ее муж.
– Нельзя допустить, чтобы это отребье разрушило Магуайр-Форд так же безжалостно, как собственное гнездо.
– Он поднялся и шагнул к выходу.
– Пойду к остальным.

– Кто эти остальные?
– допрашивала Жасмин, пытаясь встать, несмотря на то что ноги опухли, а живот тянул вниз.
– Я с тобой, Джемми. Это мои владения, и людям следует знать, что хозяйка с ними.

Герцог попытался спорить, но понимал, что жена права. Кроме того, ее все равно не разубедишь, сколько ни старайся.

– Тогда за мной, мадам!
– велел он.

– И мы тоже, - вставила Фортейн.

Герцог Гленкирк разразился смехом.

Они направились на площадь Магуайр-Форда, посреди которой возвышался кельтский крест. Преподобный мистер Стин, отец Каллен, старейшины деревни, протестанты и католики уже ждали. Двери и окна домов были наглухо заперты. Даже собаки и кошки не высовывались в этот день на улицу. Низко нависшие тучи обещали бурю, но на горизонте небо было расцвечено золотисто-красными полосами. Тишину прерывал лишь стук копыт приближавшегося отряда.

Впереди скакал Уильям Девере. Лица его приспешников были словно высечены из камня - такие же безжалостно-жесткие. В их руках ярко пылали факелы. Завидев собравшихся на площади, они остановились. Только их предводитель медленно продвигался вперед, пока не остановился перед герцогской четой.

– Если вы пришли с миром, сэр Уильям, - начала Жасмин, - добро пожаловать. Если же нет, прошу вас удалиться.

Уильям, подчеркнуто игнорируя ее, обратился к Джеймсу Лесли.

– Кажется, у вас в обычае, милорд, прятаться за женские спины? оскорбительно усмехнулся он.

– Магуайр-Форд и замок принадлежат моей жене, сэр Уильям. В нашей семье так заведено, что мы не вмешиваемся в дела друг друга. Она управляет своими владениями, я - своими. Но моя жена задала вам вопрос, так отвечайте. Хотя какой учтивости ждать от сына торговки!

Уильям Девере вспыхнул от стыда. Его унизили перед слугами, и это ему не понравилось. Позади раздались смешки, но он был слишком горд, чтобы обернуться.

– Мы пришли за вашими католиками, - объявил он.
– Отдайте их, чтобы мы могли очистить Магуайр-Форд от гнусного папизма, и мы уйдем с миром.

– Проваливайте с моих земель да захватите с собой эту шваль! хладнокровно приказала герцогиня Гленкирк.
– Разве я Пилат, чтобы предать невинных и умыть руки, отдав несчастных на растерзание?
– Она смело шагнула вперед, и конь Уильяма попятился.
– Как посмели вы явиться сюда и мутить воду? Протестанты и католики Магуайр-Форда живут в мире. Gdexmhe католики приняли протестантов десять лет назад, когда тем некуда было идти, построили для них церковь, и с тех пор здесь царило согласие. Только наглый болван вроде вас, сэр Уильям, способен вообразить, будто получил согласие Божье на то, чтобы сеять здесь беспорядки и хаос, да еще в канун Дня Всех Святых. Вами движет не Господь, а дьявол! Вон отсюда, пока я не велела затравить вас собаками!

– Мадам, я получу то, за чем пришел, - упрямо настаивал Уильям. Обыщите дома и приведите католиков.

Небо внезапно расколола огненная стрела. Колокола церквей тревожно зазвонили. Двери домов Господних растворились, и оттуда высыпали жители Магуайр-Форда, плотным кольцом окружившие прибывших из Лиснаски. Хозяева были вооружены чем попало, от древних короткоствольных ружей и серпов до сковородок и молотков.

– Наши люди не желают, чтобы их подстрекали к беспорядкам. Брат не поднимется на брата, - предупредила Жасмин.
– Мы все поклоняемся единому Богу.

– Послушайте!
– вскричал ее противник.
– Как можете вы терпеть грязных папистов? Мы очистили Лиснаски от этого сброда и с вашей помощью сделаем то же самое здесь. Присоединяйтесь к нам!

– Этого не будет, Уильям Девере, - ответил за всех преподобный Стин.
– Уезжайте!

– Значит, и вы предали дело Господне, Сэмюел Стин?
– бросил Уильям.

Пастор громко рассмеялся.

– Не судите, да не судимы будете, Уильям Девере. Вы и без того нарушили не одну заповедь Божью: не убий; не пожелай жены брата своего, ни скота его, ни земель; чти отца своего и мать свою. Вы недостойны быть предводителем! Убийца, насильник и ханжа, убирайтесь!