Нежные объятья апокалипсиса
Шрифт:
Из класса появились Аркаша и девушки. Кирилл присоединился к ним, и вместе они пересекли рекреацию.
— Берегите себя, — сказала Катька, и девушки побежали вниз по лестнице.
Кирилл и Аркаша вслед за остальными общинными припустили к кабинету медика. Рядом с кабинетом в помещении без окон был оборудован оружейный склад. Металлическая дверь уже была распахнута, рядом стоял Богайчук, общинные заходили внутрь и выходили с автоматами в руках. В дверях два потока сталкивались, но лица у всех были сосредоточенные, и совсем молодые парни и мужчины в возрасте просто протискивались мимо друг друга.
Взяв автоматы, все расходились в назначенное планом обороны место. У оружейной комнаты осталась только мобильная группа. Богайчук кинул ключи Аркаше.
— Я на крышу. Одного человека с ключами оставишь здесь на посту.
Богайчук пересек коридор и скрылся за поворотом.
Кирилл вслед за парнями вошел в комнату. В углу на стуле стоял автомобильный аккумулятор, от него к лампочке на потолке тянулись провода. Тусклый электрический свет заливал совсем небольшое помещение. Вдоль стен были сооружены стойки для оружия и полки для коробок с патронами. Воздух в комнате был затхлый и пах железом и машинным маслом. Кирилл взял автомат, проверил и вышел в коридор.
Аркаша со своим автоматом на плече закрыл дверь. Повернулся, осмотрел парней. Спросил кому сколько лет. Двоим было по 22, остальные старше. Двое старше Аркаши. Двадцатидвухлетние разыграли «камень-ножницы-бумага», и проигравшему Аркаша отдал ключи.
— Стой здесь, от двери ни на шаг. Придет кто-нибудь за патронами, выдашь.
Проигравший парень с плохо скрываемым облегчением кивнул.
Кирилл пошел вслед за Аркашей. Мобильная группа остановилась возле стендов с расписанием на втором этаже. Отсюда был самый короткий путь в любое место школы. Здесь они и должны будут ждать приказов.
По громкоговорителю раздался голос Богайчука. Он сообщил, что гости занимают места в ближайших к школе домах, и призвал всех быть готовыми. Первыми не стрелять, пусть гости сами начнут.
Динамик под потолком стих. Кирилл осмотрел парней. Аркаша подтягивал лямку автомата. Остальные глядели кто куда. Ближайший к Кириллу парень затягивал потуже шнурки на кроссовках. Двое парней с интересом читали так и неснятое расписание уроков и вполголоса что-то обсуждали между собой.
Откуда-то с улицы донеслись приглушенные хлопки нескольких выстрелов. В ответ на это скромное начало зазвучали более громкие и резкие автоматные очереди. Вот все стихло. С другой стороны школы повторились приглушенные одиночные хлопки. Несколько автоматных очередей были ответом. Все стихло опять. Со стороны стадиона прозвучали еще несколько выстрелов, но как-то уж совсем вяло и нестройно. Ответа общинных не последовало. Выстрелы гостей повторились, и после нескольких автоматных очередей в ответ все стихло окончательно.
Пару минут было тихо, вот динамик над головой затрещал и раздался голос Богайчука.
— Они уходят. Не расслабляемся пока, но, похоже, что пока это все.
Динамик стих.
— Как-то совсем быстро, — прокомментировал один из парней у расписания.
— Мы оказались для них слишком сильны, — ответил второй.
— Скорее всего, они просто примерялись к нам, — сказал Аркаша. Кирилл кивнул.
— И что дальше? В атаку пойдем? — спросил первый парень.
— Не знаю. Но думаю, будем просто ждать. Придет зима, и они сами уйдут.
Минут через десять динамики вновь ожили, и Богайчук дал отбой. На общем собрании в столовой, как и предсказывал Аркаша, было решено ждать. Велесова дружина оказалась не такой уж и страшной. Богайчук сказал, что у незваных гостей с их оружием нет ни единого шанса взять школу штурмом. Если они не дураки, то прекрасно это понимают и просто уйдут. Общине атаковать их и пытаться выгнать из поселка, смысла нет. Не зачем зря рисковать, начнется сезон дождей, и бандиты сами уйдут.
День прошел не ахти. До обеда Кирилл просидел в лазарете. Он и Аня болтали и пили чай в небольшой комнатке, в кабинете Летюка, рядом с больничной палатой. Зайти в нее можно было только через палату, так что Кирилл успел познакомиться со Светой. Бледная, осунувшаяся, уставшая от постоянной боли девушка. На кровати рядом — Ярослав Викторович, почти весь в бинтах. Голова замотана полностью, видны только подбородок, рот и нос. По словам Летюка, у Ярослава Викторовича шансов выжить почти никаких. Атмосфера в лазарете была самая гнетущая.
Время, проведенное в кабинете Летюка, сложно было назвать приятным. Пьешь чай с печенками и вареньем, мило беседуешь с симпатичной тебе девушкой, а где-то на краю сознания бродит мысль, что за стеной лежит умирающий человек, а второй в ужасе и отчаянье ждет, что не сегодня-завтра ему отрежут ноги.
Аня исполняла роль медсестры и сиделки, и то и дело прямо на середине фразы вставала и шла в палату проверить больных. Сам Летюк появился лишь пару раз, осмотрел Ярослава Викторовича и Свету, потом выпил в кабинете чашку чая, отпуская беззлобные шутки в адрес Кирилла и Ани, и удалился.
После обеда вновь была очередь нести караул. Оказаться на крыше, на свежем воздухе после спертой атмосферы лазарета было сущим блаженством. Напарником оказался не Аркаша, а какой-то парень, из которого все три часа неудержимо лился словесный поток. Верхняя губа у парня была чуть вздернута, а передние два резца были увеличены, так что парень напоминал кролика, только вместо постоянного поедание морковки, Кроля без остановки что-то говорил.
Все Кирилловы попытки внушить Кроле, что тишина — золото, оказались безрезультатны. Парень, захлебываясь от упоения, сначала рассказал во всех подробностях, как он отстреливался от Велесовой дружины. Конечно, наверняка утверждать сложно, но по словам Кроли выходило, что если не вся, то большая часть победы во вчерашней стычке с бандитами принадлежит именно ему.
Кроля с живейшим участием покивал на все предложения заткнуться и продолжил рассказывать об осенившем его плане, как победить бандитов. В соответствии с тщательно продуманной тактикой и не менее гениальной стратегией плана, победа будет одержана так: Кроля, с двумя сверкающими в лучах заходящего солнца зубами, с пулеметом в одной руке и гранатометом в другой (где он собрался достать гранатомет, оставалось загадкой), с пулеметной лентой, обвивающей шею наподобие шарфа, с безумием и жаждой убивать в глазах спрыгнет с крыши дома в самую гущу врага и безудержно хохоча будет стрелять, стрелять, стрелять, поливая пулями все вокруг. Вот выстрелы стихают, дым рассеивается. Асфальт залит кровью и усеян трупами врагов. Велес стоит на коленях, с мольбой и ужасом в глазах, парень убивает его выстрелом в упор с гранатомета. Среди всего этого горделиво застыл Кроля с видом «что вы, что вы, я не герой». Пара полуголых грудастых девах бежит к герою поблагодарить и облобызать его. Занавес.
Дальше Кирилл перестал слушать и даже не пытался делать вид, что слушает.
Тяжесть в голове пульсировала, и казалось, что голова то увеличивается в размерах, то вновь уменьшается. Кирилл сидел в кресле в кают-компании. Открытая книга лежала на коленях, но прочитанные слова отказывались складываться во что-то осмысленное.
Дежурство закончилось с полчаса назад, Кирилл вернулся в класс. Там он застал Веру и Марину, которые посмотрели на него таким хмурым взглядом, что Кирилл предпочел найти дела вне класса. Этих двух он сегодня не выдержит.