Чтение онлайн

Из дома вышли Дашка с Димой; увидев Малыша, подруга всплеснула руками.

– Чудовище мое, ты не шутил?!

Малыш достиг крыльца и гордо выставил вперед левую ногу. Окинув взглядом внушающего вида конечность, я, кажется, раскрыла рот – от коленной чашечки и ниже, прямо посередине ноги шла полоса чистой, без всякой растительности, кожи.

– Я же говорил, что это фигня вообще! – орал в ажиотаже Малыш, едва не подпрыгивая на месте.

Кто-то из его «свиты» размахивал длинной полосой скотча, липкое основание которой сейчас «украшала» та самая недостающая растительность с лапищи Макса.

– Макс, ты что, эпиляцию решил сделать? – дошло до меня.

Малыш покивал и вместе с остальными скрылся в доме. Женька хохотал, схватившись рукой за перила, Даша с Димой также не сдерживали веселья. Саша была раздражена выходкой своего благоверного, но, тем не менее, также не могла скрыть веселья. Вспомнив демонстрируемую Малышом конечность, я тоже прыснула со смеху.

– Идиот, - простонала Дашка, и мы все с ней тут же согласились.

Постепенно крыльцо пустело – сначала удалились Дашка с экс-козлом, затем, после истошных воплей Малыша: «Киса!» в доме скрылась Саша. Мы с Женькой вновь остались одни, и я внезапно поняла… Нет, я не хочу с ним оставаться, просто не могу. Спешно поднявшись, хотела было последовать за Сашей, но парень вовремя ухватил меня за руку.

– Марта, постой-ка.

– Пойдем к остальным, становится прохладно.

– Нет, погоди, мы с тобой не договорили, - он тоже поднялся и теперь стоял напротив меня.

Вот тут моя сдержанность дала небольшой сбой; я вздрогнула, однако постаралась не слишком выдавать своего замешательства.

– Жень, ну что ты хочешь услышать?

– Ты меня избегаешь, разве нет? Все было нормально, и вдруг что-то сразу пошло не так.

– Глупости, просто… - я замолчала, пытаясь собраться с мыслями.

– Глупости? За весь день ты ни разу меня не поцеловала, да и ехать сюда со мной не хотела, я ж не дурак, понимаю.

– Жень, давай не сейчас.

– Сейчас, - резко отрубил он.

Я вгляделась в его лицо – напряженные черты, зрачки всегда веселых глаз сузились, тонкие губы поджаты наподобие нитки, на четких скулах играют желваки. Нет, сегодня мне не отмазаться от разговора. Необходимого разговора, стоит подчеркнуть.

– Хорошо, - я устроила руки у груди и спиной оперлась на деревянную колонну у основания перил. – Давай, валяй, говори.

– Мне говорить? – Кажется, он слегка опешил. – Нет, со мной-то как раз все в порядке, а вот что происходит с тобой? Почему ты ведешь себя так, будто мы вообще чужие люди?

– А мы какие – близкие? – спокойно осведомилась я. – Ты, может, предлагал мне встречаться, или говорил о том, что я тебе хотя бы небезразлична? Было такое, а? Не было, - остановившись на минуту, я подумала о том, что, говоря все это, испытываю даже некое облегчение, словно облегчаю груз, камнем осевший где-то глубоко внутри.
– Знаешь, вообще-то ты прав, нам действительно давно нужно было поднять эту тему. У нас не получается. Мы попробовали, но вышла фигня какая-то.

– Что значит фигня? Подожди, Марта, ты слишком спешишь. Все это происходит из-за того, что я не догадался вовремя ввернуть нужные тебе слова? Так получается?

– Ну… Получается… - Туманно подтвердила я.

– Да черта с два! На тебя это не похоже, я сразу понял, что ты нормальная девчонка, без этих дурацких заворотов с романтическим настроем. Ты сейчас просто пытаешься от меня отвязаться, а на самом деле реальная причина в чем-то другом.

– Это ты пытаешься сбить меня с толку, - некстати заметила я.

– Да собьешь тебя! Послушай, кто-то вмешался, верно? Есть еще некий третий, личность которого известна только тебе. Марта!

– Жень, ты не понимаешь? Совсем ничего не понимаешь? Дело не в ком-то третьем, а в нас самих. Посмотри на нас со стороны, разве мы похожи на влюбленную пару? Скорее мы смахиваем на старых добрых друзей, и это действительно так и есть. Я тебе не нужна, а мне не нужны эти отношения.

– Ты сама слышишь, что говоришь?

– Нет, - правдиво ответила я. – Я говорю то, что думаю, и завтра, возможно, о чем-нибудь, но пожалею. А сейчас, пока у меня еще есть жалкие остатки храбрости, я прошу тебя услышать мои слова. У нас не получается.

– Да как оно должно получаться?!

– Не знаю. Как-то по другому, - я дернула плечом. – Жень, все не то, и я не вижу способа изменить ситуацию к лучшему.

– Это просто отговорки. Если у тебя есть кто-то еще, просто скажи мне сразу.

– У меня никого нет, поэтому и говорить не о чем.

– Марта!

– Жень, давай обойдемся без выяснений, хорошо?

– Отлично, - он кивнул и с силой обхватил себя руками. – Давай, иди к остальным и делай вид, что все хорошо. Я не знаю, что у тебя в голове и зачем ты это делаешь, но я выясню правду. Ты думаешь, будто это нормально, просто ни с того ни с сего объявить мне о том, что у нас «ничего не получается», что ж, у меня на этот счет свое мнение. Я предупреждал, Марта, я не могу выкроить много свободного времени, но тем не менее ради тебя я старался, и ты не можешь этого отрицать!

– Я не отрицаю.

– Тогда что сейчас происходит?!

– Не знаю, - я сделала шаг по направлению к двери. – Мне трудно говорить с тобой, Жень, потому что я не знаю, что сказать. Пойми меня, просто пойми.

Я хотела еще кое-что добавить, но сдержалась и скрылась в доме, оставив Женьку одного на крыльце.

Поднялась на второй этаж, забилась в первую попавшуюся комнату, свернулась клубочком на низком диванчике и, положив руку под голову, закрыла глаза. Думать не хотелось, анализировать не было сил.

Несмотря на то, что внутренний голос нашептывал одобрительные комментарии, мне было грустно. Я еще не осознавала до конца, что натворила, не знала, верно поступила или нет, терзалась противоречивыми мыслями. Женька не заслужил такого моего поведения, он хороший, милый, такой близкий, но… не цепляет. Больше не цепляет. У меня не возникает желания приблизиться, попробовать на вкус его губы, почувствовать его руки на своем теле. Более того, все эти действия для меня едва не запретны – Женька плавно, медленно, но верно перешел из разряда интересных парней в категорию близких людей. Близких, но не страстно любимых.

Я не хочу его потерять, потому что Женька стал мне слишком дорог. Я привыкла к его присутствию в своей жизни, но в роли своего парня больше его не осознаю. Не то, это совсем не то, и мне с каждым разом становится все яснее. Я делаю ошибки, одну за другой, спотыкаюсь о них, поднимаюсь, чтобы с точностью до десятых совершить еще что-то подобное.

Я больше не хочу так.

В тот вечер я так и заснула на этом диванчике. А утром проснулась от того, что поблизости кто-то ходил и раздвигал шторы на окнах. Распахнув глаза, сквозь сонную пелену рассмотрела одетую в легкое домашнее платье Сашу.