Чтение онлайн

Кроме того, он вызвал землемеров, чтобы обозначить место для шахты, строительство которой наметил. Надо за этим проследить. Стоило представить ярость матери, когда ей станет об этом известно: ведь за счет шахты по добыче свинца и жилья для рабочих уменьшится площадь для аренды, – как его губы дрогнули в мрачной улыбке.

Взвесив все «за» и «против», Джеффри решил, что вопросы хищений и шантажа могут подождать до следующей недели.

Поставив стакан на край стола, он открыл книгу за 1805 год: к тому времени его уже два года как не было в Англии – и попытался вспомнить, кто в это время служил в Сомертон-Парке управляющим, но лишь сокрушенно вздохнул.

Порывшись в памяти, он вспомнил про Уизерспуна, камердинера отца, который оставался в доме еще несколько лет после смерти хозяина. Возможно, он что-нибудь припомнит…

Джеффри слышал, что старик и его жена до сих пор живут в деревне, а значит, можно нанести им визит: все равно Бартлби проспит несколько часов.

Он убрал книги в стол. К сожалению, в его распоряжении очень мало времени: вечером он должен присоединиться к гостям, чтобы играть роль гостеприимного хозяина, – а значит, надо оседлать Грина и отправиться в деревню прямо сейчас.

После энергичной прогулки в дальнюю часть деревни Лилиан удалось полностью овладеть собой. Узкая тропинка, ведущая к домику Уизерспуна, была заросшей, штакетины старого забора покосились, но в целом впечатление оставалось довольно приятным. Крошечный коттедж, оставленный ей отцом в Челмсфорде, обладал таким же непритязательным шармом, и, поднявшись на маленькую веранду домика бывшего камердинера старого графа, Лилиан почувствовала укол ностальгии.

Но только на тоску времени не было. Лилиан решительно подняла руку и постучала в обшарпанную дверь, при этом едва не приплясывая от нетерпения и бьющей через край энергии. Мистер Уизерспун просто обязан был оказаться дома и поговорить с ней. Возможно, у нее не получится больше побывать в деревне.

Из-за двери доносились приглушенные голоса, и Лилиан оставалось лишь терпеливо ждать.

Но что это? За спиной раздался стук копыт, и Лилиан машинально обернулась. По тропинке быстро приближался всадник. У нее перехватило дыхание. Не в силах поверить своим глазам, она застыла, ощутив, как сердце провалилось в пятки. Джеффри. Она с трудом подавила порыв убежать и спрятаться, понимая, что он уже заметил ее.

Что он здесь делает? Неужели узнал истинную цель ее пребывания в поместье и приехал, чтобы не позволить ей поговорить с Уизерспуном?

Пока граф спешивался, Лилиан лихорадочно соображала, что могло ее выдать. Еще утром она не сомневалась, что беспокоиться не о чем. Говоря о своем отце, она внимательно наблюдала за Джеффри. Он выказал дружеское сочувствие, но она не заметила и тени вины. В общении с ней он не проявлял ни подозрительности, ни настороженности, и поскольку в то время, когда убили ее отца, его не было в Англии, Лилиан пришла к выводу, что ему ничего об этом неизвестно.

Лилиан, нервно переступая с ноги на ногу и сжав кулаки, попыталась улыбнуться, но это у нее не слишком получилось.

Джеффри привязал Грина к столбу и по гравийной дорожке направился к ней. Он улыбался, но как-то неуверенно – словно был одновременно удивлен и озадачен. Подозрительность Лилиан мгновенно рассеялась, уступив место огромному облегчению: он не ожидал ее здесь увидеть, так же как и она его, – впрочем, недолгому: она быстро сообразила, что от нее потребуют объяснений.

– Лилиан?…

Джеффри остановился прямо перед ней. Интересно, как она могла раньше не замечать, какие у него широкие плечи! Вместе с запахом мяты до нее донеслось исходившее от его мощного тела тепло, и она вмиг ощутила, как по телу разливается жар, поэтому в панике отступила, оказавшись прижатой спиной к двери. Его присутствие ошеломляло, но не подавляло, и Лилиан нисколько его не боялась: наоборот, рядом с ним чувствовала уверенность и покой.

Его тон был добродушным, улыбка – открытой, и только взгляд удивительных глаз будоражил, особенно когда сосредоточивался на ее губах. Лилиан вспомнила, как он смотрел на нее, когда они расставались у дома после утренней прогулки, и жар в теле многократно усилился.

Но вот Джеффри растерянно моргнул и, словно опомнившись, тоже сделал шаг назад, склонил голову набок и прищурился.

– Что вы здесь делаете?

Мысли Лилиан лихорадочно заметались.

– Я… знаете ли…

Послышался громкий щелчок, и тяжелая дубовая дверь со скрипом отворилась внутрь. На пороге появилась пожилая женщина и, приложив ладонь козырьком ко лбу – яркое солнце било прямо в глаза, – попыталась разглядеть гостей. Из дома распространилась вонь мочи, болезни и переваренной капусты. Лилиан пришлось сделать над собой усилие, чтобы не сморщить нос. На лице женщины застыла тревога, и надежды Лилиан на улучшения здоровья мистера Уизерспуна испарились.

Женщина бросила быстрый взгляд на Лилиан, поняла, что не знает ее, и посмотрела на Джеффри, после чего ее измученные карие глаза изумленно округлились. Она машинально заправила за ухо не слишком чистую седую прядь и, отряхнув изношенную до дыр юбку, воскликнула:

– Милорд! Что вы здесь делаете?

Вот уж точно – вопрос дня. Лилиан повернулась к Джеффри в ожидании ответа, чрезвычайно благодарная за передышку. Теперь у нее есть время подумать.

Джеффри поклонился женщине.

– Прошу простить меня, миссис Уизерспун, за то, что не пришел навестить вас раньше. – Он снова выпрямился во весь рост, заполнив собой все свободное пространство. – Я приехал, чтобы поговорить с мистером Уизерспуном.

Лилиан взглянула на женщину, ожидая ответа. Сможет ли ее супруг принять посетителей? Конечно, есть шанс, что служанка, загруженная выше головы, забыла передать ее рецепт хозяйке. А если и передала, женщина вполне могла его выбросить. Откуда незнакомке, ни разу в жизни не видевшей больного, знать, что ему нужно.

Миссис Уизерспун не ответила, а лишь с откровенным любопытством уставилась на Лилиан, отчего та покраснела до корней волос.

Джеффри тоже покосился на нее, вероятнее всего вспомнив, что так и не узнал, зачем она здесь, однако о приличиях не забыл:

– Миссис Уизерспун, позвольте мне представить вам мисс Клэрмонт.

Лилиан открыла было рот, чтобы объясниться, но не успела, потому что миссис Уизерспун воскликнула:

– Мисс Клэрмонт! Та самая молодая мисс, которая приходила вчера и оставила рецепт микстуры для моего Гарольда! – Она широко распахнула дверь и порывисто обняла Лилиан. – Для меня большая честь познакомиться с вами. Даже не знаю, как вас благодарить.

Лилиан непроизвольно попятилась, не ожидая столь бурного изъявления благодарности, потом неловко похлопала женщину намного ниже ее по плечу.

– Насколько я понимаю, вашему супругу стало лучше?

Миссис Уизерспун энергично закивала, утирая слезы радости:

– Еще как! Я уже лет десять, если не больше, не видела его таким бодрым.

Лилиан решила, что у нее есть все основания гордиться собой. Все-таки не зря она провела столько времени в своем кабинете-лаборатории, экспериментируя с разными составами тонизирующих жидкостей, не зря так напряженно работала, стараясь найти связь между болезнью и химией, биологией и окружающей средой.