Чтение онлайн

Джеффри мысленно выругался. Проклятый Джосс. А он-то надеялся, что дяде можно доверять. Но теперь ясно, что из Джосса плохой союзник. Похоже, ему придется рассчитывать только на себя. Никому нельзя доверять.

Кроме Лилиан. Неожиданная мысль удивила Джеффри, но показалась стоящей.

– Ну же, Джеффри. Мы оба знаем, что между нами нет любви, но ты не можешь не признать, что я стремлюсь к тому, что лучше для семьи.

Тут Джеффри не выдержал и рассмеялся.

– С каких это пор тебя стало волновать не то, что является благом лично для тебя? – В досаде на себя, что все-таки откликнулся на ее реплику, он постарался придать тону как можно больше официальности. – От моей женитьбы, мама, ты мало что выиграешь.

– Твои слова больно ранят меня, Джеффри, – проговорила графиня с дрожью в голосе.

Он покосился на мать, пытаясь понять, что это было: нехарактерная для нее слабость или очередная уловка, призванная воздействовать на него.

Порывисто вздыхая, графиня медленно шла вперед и, глядя прямо перед собой, продолжала говорить, но очень тихо:

– От нашей семьи остались только мы, ты и я. Есть, конечно, еще Джосс, но от него мало пользы, хотя иногда бывает.

«В качестве твоего шпиона», – подумал Джеффри, но счел за благо придержать язык. Как это характерно для его матери – оценивать полезность человека по тому, что он может сделать лично для нее.

– Я никогда не думала, что переживу твоего брата, – сказала графиня, и на какое-то мгновение Джеффри поверил, что она действительно испытывает боль. Если к кому-то у матери и были нежные чувства, то исключительно к его брату Генри. – Когда твоего брата убили, а тебя тяжело ранили, я поняла, что могу потерять вас обоих. А без тебя я окажусь на милости твоего бесхребетного дядюшки и какой-нибудь глупой девицы, которую он сумеет убедить выйти за него замуж.

Вот оно что. Джеффри слабо улыбнулся. Ничего не изменилось. Рядом с ним мать, такая же, какой была всегда.

– Поверь, я вовсе не глупа. – Она улыбнулась очередному гостю, но не остановилась. – И знаю, что у меня нет такой власти над тобой, как была над твоим братом. Он был слаб. А ты нет. Известно мне и то, что ты честолюбив. В отличие от него. Полагаю, ты скоро поймешь, что я знаю тебя лучше, чем ты думаешь.

Она остановилась, высвободила руку и повернулась к нему лицом.

– Я очень стараюсь проявлять максимальное внимание ко всем гостям… за исключением одной-двух персон… – Она нахмурилась, но быстро вернула на лицо маску холодной властности. – Здесь много девушек, которые могли бы составить тебе хорошую пару. Во всех отношениях. Я знаю, чего ты хочешь, сын мой. Не дай своей неприязни ко мне скрыть от тебя богатство возможностей.

Джеффри скрипнул зубами. То, что она была отчасти права, не могло не раздражать. Не то чтобы она знала, о чем он думает… хотя даже мысль о том, что графиня знает все, не прибавляла оптимизма. В конце концов, разве не пытался он сам жить так, как жил в браке отец? Его больше устраивало, что всем заправляет мать. Мысль вызвала тошноту. Нет, он, конечно, никогда не смог бы обращаться с супругой так, как мать обращалась с его отцом, но разве пассивность не почти то же самое?

Нет. Не может быть. Он никогда не позволит себе жить так, как его мать. Она ошибается, ужасно ошибается, хотя и проявила дальновидность при составлении списка потенциальных невест. Вероятнее всего, он остановит свой выбор на одной из них: он уже думал об этом, еще в Лондоне, – только теперь, когда они оказались под его крышей, решительно не мог отдать кому-то предпочтение.

Как-то все запуталось. Не исключено, что он действительно позволил своей неприязни к графине руководить его поступками. Наверное, стоит присмотреться повнимательнее к одной-двум дамам…

На лице его матери неожиданно расцвела такая очаровательная улыбка, что Джеффри замер.

– Ах, леди Нортумберленд, – пропела она и протянула руку для приветствия.

Джеффри чуть повернул голову и увидел дородную матрону со своей юной дочерью. Он заметил заговорщицкие взгляды, которыми обменялись дамы, и у него кровь застыла в жилах. Ад и проклятье! Мать привела его прямо в лапы мамаши, жаждущей выдать свою дочурку за титул.

– Джеффри, ты, конечно, знаком с леди Нортумберленд, как и с ее очаровательной дочерью леди Джейн.

– Конечно. – Джеффри любезно поклонился.

– Лорд Стратфорд, – заулыбалась матрона, – позвольте выразить вам глубочайшую признательность за гостеприимство. Мой супруг будет счастлив узнать, сколь замечательно мы проводим время в вашем доме. Кстати, он приезжает в субботу, вместе с моим братом Кристофером Уэйкфилдом. Думаю, вам известно это имя, лорд Стратфорд, – мой брат тоже член палаты общин.

Джеффри постарался удержать на лице любезную улыбку. Мать наверняка заранее проинформировала даму, как завладеть вниманием ее сына: лорд Нортумберленд – один из самых влиятельных членов палаты лордов, а Уэйкфилд – его двойник в палате общин. Брак с леди Джейн принесет Джеффри значительные преимущества, и всем участникам беседы это было хорошо известно.

– Конечно, – чувствуя себя попугаем, повторил Джеффри и, подумав, добавил: – Буду с нетерпением их ждать – наконец-то появится возможность обсудить некоторые насущные вопросы.

Зал наполнился звуками вальса: несомненно, это тоже дело рук его матери, – на него в ожидании уставились три пары женских глаз.

Джеффри почувствовал себя загнанным в угол.

– Леди Джейн, позвольте пригласить вас на вальс?

Миниатюрная блондинка вежливо улыбнулась, протянула ему руку, и Джеффри повел ее на середину зала.

Пока они занимали место среди танцующих, он старался урезонить себя. Леди Джейн для него превосходная партия. Не секрет, что ее отец желает этого брака, поскольку он станет выгодным для всех сторон. А девушка вполне симпатичная. И Джеффри совсем было решил позабыть о своем возмущении махинациями матери и принять леди Джейн за ее собственные качества. Разумеется, если это решение станет окончательным, он предпримет первые шаги не раньше чем через несколько недель после отъезда гостей, дабы не позволить матери праздновать победу.

Джеффри положил руку на талию девушки, другую поднял, чтобы принять ее ладошку. Ничего не скажешь: фигурка у малышки безупречная, талия тонюсенькая. Только вот, мысленно отметив это, он не ощутил никаких эмоций и нахмурился. Все же он надеялся испытывать к будущей супруге какие-то чувства. Хотя, возможно, желание придет, когда узнает ее получше…

Он повел партнершу в вальсе. Девушка послушно следовала за ним, старательно выполняя движения, но не более того. Чего-то в ней не хватало, и Джеффри почувствовал острое разочарование. С другой стороны, умение вдохновенно танцевать не главное качество в жене.

– А скажите мне, леди Джейн, чем вы любите заниматься?

Девушка растерянно улыбнулась, и ее пухлые губки напомнили Джеффри о розовых бутонах.

– Мне нравится помогать маме устраивать приемы для папиных друзей.

Джеффри кивнул. Это хорошо. Нортумберленд часто принимает политическую элиту. И его дочь успела приобрести полезные навыки. И голосок у нее довольно приятный. Может быть, это мелочь, но если планируешь кого-то слышать на протяжении ближайших сорока лет, лучше, чтобы уши не терзал визг или писк.