Чтение онлайн

— Ехать туда слишком рискованно. Казурро совсем рядом… Продолжайте следить за дорогой и проверяйте всех. Всех до единого.

— Да мы всё понимаем, ваша милость.

Мольфи расслышала удалявшиеся звуки копыт и позвякивание висевшего на бронзовой цепочке черепа.

— Проезжайте, проклятые бродяги, — с явным облегчением рявкнул только что беседовавший со всадником голос, — и чтобы духу вашего здесь через пять минут не было.

Предводитель вернулся в фургон, достал кожаную флягу и сделал несколько жадных глотков.

Орелий сдвинул закрывавшую глаза широкополую мусталийскую шляпу и негромко спросил.

— Почему ты это сделал?

Тот опустил флягу и внимательно поглядел на Орелия.

— Я мог бы сказать тебе, что вы наши гости, и я не должен был вас предать… Но я бы солгал. Гостеприимство свято, но нас всех могли перебить…

Он замолк на пару мгновений.

— Дело в девушке.

— В Мольфи? — Орелий удивлённо посмотрел на мусталийца, — но почему?

— На ней знак…

— Не понимаю, о чём ты.

— Вы называете это благословением или проклятием, в зависимости от того, кто его оставил. Я выбран предводителем в том числе и оттого, что могу подобное видеть. Другие нет. Разве что некоторые волшебники или жрецы…

Орелий едва заметно побледнел.

— И на ней благословение, или… проклятие?

— Не знаю. Это не знак имперских предков и не знак тёмных сил… Его оставил кто-то другой.

— До меня дошли слухи, что она была знакома с неким чернокнижником, и возможно он…

Мусталиец покачал головой.

— Человеку не под силу это сделать. Это знак кого-то очень могущественного. Такого как ваши праведники или священные предки. Но не связанного с Империей. И знак совсем недавний…

— Но как?

— Кто-то из наделённых силой выбрал её. Может и не отметил специально, но это как… как запах. Постояв на рыбном рынке, ты будешь пахнуть рыбой. Встретив одного из них, ты будешь нести его след. Пока он… не выветрится. Если кто-то из них говорил с ней, значит у него были на неё какие-то планы. Я не маг и не жрец. Я не знаю, к чему этот знак. Но я в ответе за своих людей, и не буду ими рисковать, вмешиваясь в дела, мотивы которых выше моего понимания.

— Но почему ты нас не выдал?

— Я понятия не имею, что случилось и кого искали эти люди. Но раз волей судьбы или неведомых мне сил девушка оказалась на моём попечении, значит так должно было произойти.

— Это была всего лишь случайность.

— В мире не так много случайностей, как нам кажется. Посуди сам. Вы решили пойти лесной дорогой, где вас не ждали. Вы попались разбойникам, из-за чего задержались и не попали в засаду. Увидев девочку в таверне, я специально повёл табор обходным путём, чтобы не столкнуться с вами по дороге, и всё же мы встретились… Может это и случайности, но лучше я не буду гневить судьбу. Если ей было угодно вручить девушку мне, значит, так тому и быть.

Орелий задумался.

— Звучит странно. И загадочно. Ещё недавно я бы назвал это суеверием. Сейчас даже не знаю.

— Так радуйся, чего ты грустишь? — улыбнулся мусталиец, — ты жив, хотя мог бы валятся в придорожной канаве холодным трупом. Разве это не повод для веселья?

Караван снова остановился.

— Что? Опять?!

Предводитель опустил флягу и его глаза потухли. Орелий высунулся с передка фургона и посмотрел вдоль колонны. На головах окружавших караван всадников тускло поблескивали каски. Но плащи у этих были зелёные.

Орелий ухватил слезавшего с козел мусталийца за руку.

— Им нужна не девочка. Им нужен я. Я не хочу, чтобы из-за меня вас всех перебили… Я устал бегать и прятаться. Два человека уже погибли, а третий при смерти. Скажите им, что ничего про меня не знали…

— Да я и не знаю, — растерянно пробормотал мусталиец.

Орелий вскочил на шедшего рядом с фургоном коня.

— Если останусь жив, верну…

Он развернулся и поскакал вглубь леса.

Кто-то из мусталийцев бросился за ним, но предводитель жестом остановил его. Мимо них, разбрызгивая копытами дорожную грязь, промчалась погоня.

Конь был хорош и Орелий легко оторвался от преследователей. Дело портило то, что он не знал дороги и моментально потерял направление. Какое-то время он держался петлявшего среди холмов ручья, надеясь, что низина скроет его от глаз погони, а вода размоет отпечатки копыт. Затем выбрался на береговой склон. Лес поредел и раздался пожухлой луговиной. За ней местность уходила слегка вниз и выравнивалась. Горы остались позади.

— Здесь должны быть дороги, — пробормотал Орелий, обращаясь не то к коню, не то сам к себе, — а все дороги в этих местах ведут в Серениссу…

Приглядевшись, он различил белевший на краю луговины домик.

— А вот и есть у кого дорогу спросить.

Он направил коня к жилью. Опрятный домик с тщательно выбеленными стенами и невысокой соломенной крышей выглядел достаточно гостеприимно. Даже собака встретила его не лаем, а лишь пристальным взглядом грустных карих глаз.

— Есть кто живой?

Из двери выглянуло румяное лицо.

— Да, ваша светлость. Охотиться изволите?

— Нет, я немного заплутал…

Орелию показалось, что на румяном лице появилось облегчение.

— Не покажешь ли мне дорогу, добрый человек? — поинтересовался Орелий.

— Конечно, конечно, — радостно воскликнул хозяин, по-прежнему оставаясь за дверью, — а куда ваша милость изволит ехать?

— В Серениссу…

— Так далеко?

— Ты позволишь напиться? — спросил Орелий.

— Э-э-э… воды… значит. Да, конечно.

Лицо скрылось в доме.

Орелий спрыгнул на землю, набросил повод на коновязь, и подошёл ближе к двери. Она распахнулась, и на пороге показался радушный хозяин с кувшином воды. За ним из дома потянул густой запах копчёного мяса. У Орелия явственно забурчало в животе.

Он взял кувшин и сделал несколько глотков.

— Готовитесь к зиме? — поинтересовался он, возвращая кувшин.

— Ась? — на румяном лице хозяина нервно дрогнула жилка.

— Мясо, говорю, на зиму коптите, — уточнил Орелий.

— Какое мясо? Где мясо? Нет у нас никакого мяса… — хозяин повертел в руках полупустой кувшин и оглядел безлюдную луговину за спиной Орелия.

— Так дорогу-то покажете? — спросил тот.

— А? Дорогу… Покажу, как не показать.

Хозяин ещё раз взвесил в руках глиняный кувшин.