Незнакомка
Шрифт:
– Конечно, я понимаю, что мои предки могли приехать в Америку откуда угодно, но вот русскую кровь никогда не предполагал, – попытался я объяснить свою горячность.
– Русских здесь полно, Майк. Не такая уж это и редкость.
– Слушай, отец, а ты, случайно, по-русски не читаешь? – спросил я на всякий случай, хотя заранее знал ответ.
– Нет, конечно.
– А что тебе известно об этом прадеде из Петербурга? Чем он занимался и как попал в Америку?
– Не знаю, – пожал плечами отец.
Тут в разговор вмешалась мама. Заглянув мне в глаза, словно читая мои мысли и чувства, она осторожно спросила:
– Майк, дорогой, с чего у тебя вдруг проснулся такой интерес к нашей родословной? Может быть, ты книгу решил написать? Или, возможно, дела сердечные?
Ох уж эти женская интуиция и материнский инстинкт! Женщины вечно все чувствуют или предчувствуют, поэтому совершенно бесполезно скрывать от них что-либо. Естественно, в моих планах не значился откровенный рассказ на семейном обеде о дневнике Полины и моем желании встретиться с ней, но врать родным было не в моих правилах, тем более что мама и так уже о чем-то догадывалась.
– Признаться, это не пустое любопытство. Дело в том, что у меня в руках оказался дневник русской женщины, и я стараюсь найти ее. Только не спрашивайте, зачем мне это нужно. У меня и так сейчас гораздо больше вопросов, чем ответов.
На несколько секунд в комнате воцарилась тишина, и никто не решался нарушить эту неловкую паузу, пока Джеффри, наконец, не нашел выход из положения:
– Я думаю, что самое время сыграть в покер. Что скажете?
В Америку покер завезли французские колонисты, и здесь это до сих пор самая распространенная из карточных игр. Сыграть партию после кофе давно стало рождественской традицией нашей семьи. Вероятно, так сложилось, потому что все хотели в более непринужденной обстановке продолжить общение после длительного рождественского обеда. Наши ставки были смехотворны, и никто не воспринимал исход игры всерьез.
После покера Люк снова начал задавать каверзные вопросы, и на этот раз под прицел его внимания попал я.
– Дядя Майк, тебе очень одиноко, да? – спросил малыш, устраиваясь рядом со мной в кресле.
– Нет, Люк, я в порядке. Почему ты решил, что мне одиноко?
– Ну, почему-почему… – в поисках ответа он обвел глазами гостиную. – Потому что ты всегда один, вот почему. У бабушки есть дедушка, у мамы – папа. Даже Мэтью завел себе подружку!
– Да, Люк, это здорово, когда с тобой рядом близкий человек.
– Ну а твой человек, где он?
В разговор вмешалась Нэнси:
– Люк, солнышко, Майк еще не нашел такого человека. Я тебе обещаю, что он обязательно нас всех познакомит, когда это произойдет, договорились? – она обняла сына и поцеловала в макушку.
– Хорошо, мам, пусть он ищет.
– Да, милый, а теперь тебе пора спать. Санта и его оленья упряжка совсем скоро остановятся у нашего дома. Будем надеяться, что Санта Клаус исполнит твои желания и принесет подарки, о которых ты просил.
Наблюдая в этот вечер за Нэнси, я подумал, что она очень хорошая мать и что мальчишкам повезло. Я восхищался терпением сестры, которая с неизменной улыбкой ровным голосом отвечала на десятки детских вопросов, стараясь найти подходящий ответ и при этом сохранить баланс между реальностью и наивными представлениями детей. Ведь так важно не обидеть, не ранить нежную душу почемучки, но в то же время дать доступное и по возможности правдивое объяснение.
Глава 11
По дороге домой все мои мысли были о Полине. Судьба не скупилась на иронию, и упоминание отца о русском прадеде из Санкт-Петербурга было ее очередной причудой.
Собственно говоря, что я знал о России и русских? Что знал о родине Полины – самой большой стране в мире с богатейшей историей и культурой?
«Война и мир» Толстого, знаменитый русский балет, нашумевший в свое время фильм «Доктор Живаго», известный советский диссидент Солженицын, иммигрировавший в США, концерты Ростроповича, сталинские репрессии, Кубинский кризис, перестройка Горбачева, распад Союза, правление Путина… Все это больше напоминало краткий свод вечерних новостей, нежели глубокие знания об этой великой стране.
Расстояния делают нас близорукими и рождают сотни иллюзий о странах, которые разделяет многочасовой перелет через океан. Одни стереотипы создают образ рая, где солнце светит ярче, а птицы поют слаще; другие, напротив, рисуют картины ада. Для России Америка – супердержава без проблем и невзгод, где сплошной Голливуд и каждый житель по меньшей мере миллионер. Американцам же Россия видится источником бесконечных тревог и экстремальных решений, страной вечной нищеты и вечной мерзлоты, где, независимо от географической широты, царят сибирские морозы. На самом деле и то и другое – несправедливое преувеличение и скучный шаблон. Если разобраться, то у нас много общего: мы разделяем похожие страхи, лелеем несбыточные мечты, верим в Бога, надеемся на лучшее, хотим быть счастливыми. Мы все люди, просто живущие в разных концах планеты.
Я любил русскую классическую музыку и литературу, интересовался историей России и театральными постановками. От случая к случаю общался с русскими в Штатах и за границей, но друзьями среди них мне обзавестись не посчастливилось. Никогда не был в России и очень надеялся когда-нибудь туда съездить. Непостижимость этой страны всегда манила меня, как неоткрытая тайна. Мне хотелось увидеть всемирно известную коллекцию Эрмитажа, посетить древние соборы московского Кремля, пройтись по Красной площади… Но больше всего я мечтал о том, чтобы хоть на йоту приблизиться к пониманию России и русских, которые на протяжении вот уже многих столетий не дают покоя лучшим умам человечества.
Уинстон Черчилль однажды назвал Россию окутанной тайной загадкой, помещенной внутрь головоломки. Русский менталитет для иностранцев – энигма. Из всех прочитанных мною об этой стране книг я сделал вывод, что в основе русской психологии лежат фатализм, терпение и выносливость, а также любовь к азарту и риску. Для русских зачастую характерно представление о том, что все в мире предопределено и человек ничего не в силах изменить. Вероятно, поэтому большинству из них неинтересны выборы и политическая борьба. Русские уверены, что их обманут, и привыкли принимать этот обман как должное. Адское терпение этой нации и ее поразительная выносливость издавна удивляли иноземцев. Через трудности и лишения, через все исторические испытания русские идут, не останавливаясь, не уступая – все, что совершенно немыслимо для других народов. И наконец, жажда риска – вызов капризному року. Русская рулетка основана не на расчете и умении, а на воле случая, и в этой страшной игре мне видится стремление в одночасье изменить свою судьбу.
Я мог бы долго рассуждать об особенностях русской души, но для глубокого понимания России и ее народа недостаточно книжных знаний и теорий. Возможно, еще одной причиной поиска хозяйки кожаной папки стало мое желание увидеть эту загадочную страну глазами Полины.
По возращении в Сан-Франциско я опять воспользовался услугами агентства и получил перевод еще нескольких страниц.
Из всех путешествий по свету Африка превзошла мои ожидания и оставила самые сильные впечатления не только потому, что покорила меня своей чарующей красотой и богатейшим животным миром, по воле Бога собранными на этом континенте, но и благодаря необыкновенным урокам мудрости, которые она дарит всем, кто слышит биение ее сердца.
Африка учит гуманности, доброте и состраданию – настоящим духовным ценностям, которые мы предали забвению. Когда вдали от городских огней любуешься африканским небом, усыпанным миллионами звезд, таким низким и ярким, что хочешь достать его рукой, – чувствуешь себя песчинкой мироздания и понимаешь, что мелкие обиды, нелепые ссоры, всякая суета незначительны и преходящи в сравнении с Вселенной.
Радуют в Африке люди. Несмотря на жуткую бедность, пережитый многими геноцид, бесконечные стихийные бедствия и военные конфликты, народ – очень теплый, радушный, искренний. Они довольствуются тем, что имеют, и, в отличие от нас, умеют наслаждаться простыми радостями жизни, что не купишь ни за какие деньги. Проблемы людей моего круга просто смехотворны по сравнению с тем, с чем африканцы сталкиваются каждый день, но они гораздо счастливее многих моих знакомых.
Однажды побывав в Африке, туда постоянно хочется возвращаться, потому что подлинные звуки этого континента не поддаются никакому сравнению с фальшивым шумом нашего мира. Там чувствуется дыхание вечности, царят законы джунглей, а жизнь подчиняется ритмам природы. После первой поездки в Африку меня охватила такая безумная ностальгия, что я возвращалась туда, как только была возможность, но мне так и не удалось вылечиться от африканской тоски, и я мечтаю снова оказаться на этой волшебной земле.
Всякий человек, способный наблюдать и мыслить, заметит поразительную гармонию природного мира, его неуловимую общность, единое связующее начало, как будто бы он был создан какой-то сверхъестественной силой, построившей его по идеальным законам. Этот бесконечный цикл жизни, перетекающий из одной формы в другую, постоянно обновляющийся и в то же время незыблемый, завораживает созвучием великой мудрости.
Один из таких законов – симбиоз. В Африке я не уставала поражаться десяткам удивительных примеров взаимопомощи животных, чье сотрудничество кажется на первый взгляд маловероятным и даже причудливым. Например, зебры предпочитают разделять трапезу со страусами, которые, обладая отличным слухом, моментально оповещают всех о приближающейся опасности. Авдотка вьет гнездо и откладывает яйца рядом с кладкой крокодила: в случае опасности птица своим криком зовет гиганта, а тот сразу же бросается на защиту своего потомства, а заодно и гнезда авдотки. Бегемот тоже отлично уживается с птицами. Когда он лежит в воде, пернатые используют его голову как безопасное место для отдыха и рыбалки, взамен склевывая со шкуры животного мелких паразитов; а если он ранен, то чистят ему раны, спасая от инфекции.
Муравьи, которые поселяются в шипах акации, защищают ее от вредных вьющихся растений, а та угощает их сладким соком.
Людям, несомненно, есть чему поучиться у животного мира, будь то взаимовыручка, бережное отношение к природе, воспитание потомства или даже диета. Не встретишь в лесу толстенькую лисицу или пухленького слона в джунглях; никто не убивает из прихоти и не разрушает свой дом; при этом каждый четко знает отведенное ему место и не претендует на большее.
Если говорить о великолепии и чудесах природы, то в Африке их сколько душе угодно. Один из таких феноменов – водопад Виктория. Река Замбези сама по себе очень спокойная, и, если плыть по ней вниз к водопаду, ничто в окружающем пейзаже не указывает на приближающуюся драму, но неожиданно русло обрывается скалистым ущельем, и река бросается в бездну, низвергаясь мощными потоками, ревущими в невообразимой ярости. Сила удара воды до такой степени сокрушительна, что кажется, будто брызги превращаются в пар и над ущельем клубятся столбы дыма. Шотландский исследователь Давид Ливингстон – первый европеец, увидевший водопад Виктория. Именно он назвал это чудо природы в честь английской королевы, а местные жители именуют водопад «Дым, который гремит».
Уникальный опыт – южноафриканское сафари. Какого только дикого зверья здесь не встретишь: львы, слоны, леопарды, антилопы, лоси, шакалы, зебры, жирафы, носороги, гиппопотамы, обезьяны, сотни видов бабочек и птиц. Об одних только звуках можно написать целый роман. Этот природный оркестр сотен цикад, щебетанья разноголосых птиц, криков шимпанзе и рева слонов – самая гармоничная симфония, какую я когда-либо слышала.
Еще одно захватывающее зрелище – это великая миграция диких животных в парке Серенгети на севере Танзании. Ежегодно в определенное время, гонимые инстинктом самосохранения, несколько сотен тысяч антилоп, газелей и зебр собираются в огромные стада и начинают свой путь по открытым равнинам в поисках свежей зеленой травы. В течение этого длительного путешествия животные проходят три тысячи километров, и ни засуха, ни хищники, ни быстрые реки не могут их остановить. Многие из них погибают во время перехода: одних убивают хищники, других затаптывают свои же сородичи, а некоторые просто не выдерживают такого тяжелого испытания. Великая миграция – это настоящая борьба за выживание, отражающая суровую реальность жизни диких животных, и в то же время – одно из самых грандиозных представлений на планете.
Полет над дельтой Окаванго – это такая сумасшедшая красота, что боишься дышать, и невольно закрадывается мысль, не оказался ли ты случайно на другой планете. Река Окаванго зарождается в горах Анголы и течет на восток, к Индийскому океану, но, не в силах одержать победу над огнедышащей пустыней Калахари, широко разливается, образуя самую большую внутриконтинентальную дельту в мире. И раз в год выжженные солнцем пески Ботсваны превращаются в изумрудно-лазурную мозаику озер, островков и заливных лугов. Этот лабиринт сверкающих водных протоков, заросших тростником, становится раем для несметного числа животных и растений, напоминая божественный ажурный веер.
И, конечно, одно из самых увлекательных приключений – это поход к жилищу горилл в парке Вулканов на северо-западе Руанды. Дорога сквозь покрытый туманом дремучий лес, через заросли папоротников, эвкалипта, бамбука, заросших густым мхом хагений, подчас кажется изнурительной и напоминает боевое крещение. Однако в момент встречи с симпатягами-великанами понимаешь, что каждый шаг «тернистого пути», бесспорно, стоит мимолетного общения с этими восхитительными животными, потому что ничто не может сравниться с ощущениями от первого знакомства с двухметровой гориллой с нежнейшей душой. Когда наблюдаешь за этим большим ребенком, мир замирает, а сердце наполняют безграничная любовь, радость и счастье.