Чтение онлайн

28 декабря, 2000

Мои впечатления о Египте – как разноцветное лоскутное одеяло, палитра красок которого невероятно многообразна: светлые и радостные тона перемежаются сумрачными и печальными. Сочетание варварства и технического прогресса встречается не часто, но в этой стране – на каждом шагу. Роскошные пятизвездочные отели соседствуют здесь с жалкими лачугами, «Мерседесы» и ослиные упряжки вместе томятся в каирских пробках. Молодые леди, одетые по последней моде, и их соотечественницы, прячущие улыбки в паранджу, щеголи-бизнесмены и уличные торговцы, лениво потягивающие кальян; сказочные курорты Шарм-эль-Шейха и допотопные деревни, прозрачные воды Красного моря и смердящие от нечистот каналы Нила – все это одна страна, такая многоликая и такая неоднозначная.

Говоря о египтянах, нельзя не сказать об их уникальном отношении ко времени. Для нас время бесценно: его всегда не хватает в будни, а на досуге оно так скоротечно. На востоке же время – вечность, здесь не принято лихорадочно считать минуты, так что часы, которые изредка видишь на городских площадях, – скорее дань двадцать первому веку, но никак не ориентир для повседневной жизни.

Сами же египтяне – народ душевный и веселый. И хотя их заунывные, тягучие песни напоминают больше плач Ярославны, чем баллады о счастливой любви, в этой солнечной стране улыбки предпочтительнее печали, а люди приветливы и доброжелательны. Видимо, вера в загробный мир спасает этот народ от уныния, помогает противостоять жизненным невзгодам. Они счастливы тем, что имеют, не жалея о своей участи.

Выражение «Инша Аллах» – «если на то есть воля Аллаха» – отражает философское отношение египтян ко всему, что происходит не только с ними, но и вокруг них. Люди искренне верят, что их участь в руках Бога, поэтому всеобщее спокойствие и неспешность в делах – характерная особенность этой страны. В ситуациях, где европейцы или американцы будут метаться вне себя от происходящего, стараясь изменить ход событий, египтянин лишь улыбнется и напомнит, что на все воля Аллаха.

Мусульманская религия во многом определяет ритм жизни этой арабской страны. Пять раз в день мулла созывает верующих на молитву, а в Рамадан день и ночь словно меняются местами. Весь день люди молятся и постятся, и лишь с заходом солнца начинают свою первую трапезу – ифтар. В Рамадан общественная жизнь замирает: мысли египтян далеки от земных забот, да и голодный желудок не способствует интенсивному труду.

Манера вождения автомобиля в Египте – это полное игнорирование основных правил движения. Обгон справа, езда по встречной полосе, превышение скорости, двойная парковка и отсутствие пешеходных переходов – обычные явления на здешних дорогах, не говоря уже о том, что светофоры в Каире начали устанавливать совсем недавно, и пока далеко не все поняли, к чему такая иллюминация. И, конечно, нельзя упускать из виду, что ослы, верблюды и сотни авто движутся в одном потоке, а пешеходы буквально бросаются под машины, пытаясь перейти улицу.

Питание простых египтян весьма непритязательно. Для многих завтрак, обед и ужин состоят из лепешек, бобов и овощных фрикаделек. Мясо едят редко, и основные мясные блюда не отличаются разнообразием: котлеты из рубленой говядины или баранины. Большим деликатесом считаются фаршированные голуби. Из напитков – свежие цитрусовые соки, по-восточному крепкий кофе и приторно-сладкий черный чай. На десерт – баклава, рисовые пудинги и запеченная с орехами и медом вермишель.

С благодарностью и дрожью в коленках вспоминая любимую альма матер, не могу не упомянуть язык. Как и большинство восточных языков, арабский для европейцев – китайская грамота. Пишут справа налево, вместо букв – какие-то закорючки и точки, гласные – на вес золота, много диалектов, различающихся произношением и употреблением слов, а также разделение языка на мужской и женский. Даже простая фраза «Как дела?» звучит по-разному в обращении к даме или господину. К моему удивлению, цифры в арабских странах совсем не те, к которым мы привыкли с детства. Арабы используют индийские числительные и, в отличие от букв, пишут их слева направо.

За исключением нескольких мечетей, посольских особняков и пары музеев, Каир эклектичен и уродлив: кривые улицы, запыленные фасады зданий, дома без крыш. Меня не покидало чувство, что я нахожусь в городе после страшной бомбежки – руины, смог, зловония. Конечно, есть довольно респектабельные районы, где живут экспаты и состоятельные египтяне, но даже эти места производят весьма удручающее впечатление.

Местечко Хан эль-Халили на окраине Каира – необъятный, яркий, шумный восточный базар. Он полон всякой всячины – от папирусов и кальяна до драгоценных камней и шелка. Аромат пряностей и терпких духов перемешивается с запахом горячих лепешек и крепкого кофе; блеяние овец и грозное рыканье верблюдов сливаются со стуком молотков ремесленников и криками продавцов, зазывающих в свою лавку. Перефразируя знаменитую фразу, я бы сказала: «Восток – это торговля, Петруха». Ею занимаются здесь и стар и млад. Разнообразие товара зависит от фантазии продавца, а прибыль – от его таланта объяснить, зачем вам нужна та или иная безделушка и почему среди десятка подобных именно его – самая лучшая.

В противовес мрачному Каиру, Александрия более воздушна. И хотя эти города во многом похожи, атмосфера и настроение средиземноморской соседки Каира сильно отличаются от столичных. Морской берег, вдоль которого протянулся город, не только красит его, но и очищает своими дождями и ветрами, а также дарит жителям иллюзию свободы, раскрепощая от суровых мусульманских канонов. Обнимающиеся влюбленные пары, европейский стиль одежды, витрины магазинов и уютные кафе – тому подтверждение.

Для меня нет милее пейзажа, чем вид океанских просторов, золотых пляжей и мелодии морского прибоя. Но, оказавшись в Египте, я смогла по достоинству оценить безжизненную пустыню, которая тоже удивительна! Секрет ее красоты – в игре ветра и света. Эти природные волшебники создают необыкновенные песочные узоры, раскрашивая пустыню в зависимости от времени суток в золотистые и кирпичные тона. С морем же ее роднит непредсказуемость: в какие-то полчаса тучи закрывают солнце, поднимается ураганный ветер, и начинается настоящий шторм – правда, бушуют не волны, а пески.

Совершенно уникальное явление – миражи. Однажды мы ехали на машине отдыхать на Красное море, и я любовалась живописными видами Синайского полуострова. Вдруг вдалеке в туманной дымке мы увидели небольшое голубое озеро, которое по мере нашего приближения таяло буквально на глазах. Когда же поравнялись с ним, то на его месте были все те же дюны.

Ну и, конечно, какая же пустыня без верблюдов и бедуинов. Словно одинокие корабли, гордо плывут они по безбрежным горизонтам этого огненного океана.

Нигде я не была так очарована луной, как в египетской пустыне. Среди барханов, вдали от городских огней и шумных магистралей, это лунное шоу великолепно! Такое впечатление, будто сидишь в первом ряду партера, а на подиуме идет показ моделей лунной коллекции от матушки-природы. Укутанная облаками в ожидании ласковой колыбельной, оранжево-красная после знойного дня, загадочная в полнолуние, тоскливо-растерянная в поисках своей половинки – десятки нарядов и образов под аккомпанемент лунной сонаты.

Сотни тысяч километров Аравийской пустыни сполна компенсирует фантастический подводный мир Красного моря, гордость египтян и настоящий рай для любителей дайвинга. Я даже не предполагала, что запишусь в аквалангисты и опущусь на дно морское, чтобы полюбоваться его красотами. Полосатые, пятнистые, двухвостые, тонкие, как стрела, и плоские, как доска, желтые, синие, фиолетовые, смешные и страшные – каких только рыб не бывает в природе! Полет же огромной черепахи не поддается описанию! Кораллы – эти морские деревья и цветы – удивительны! Мягкие, губчатые, колючие, острые, традиционно оранжевые и красные, необыкновенные салатовые и нежно-сиреневые – они придают особый шарм морским глубинам. Этот сказочный аквариум завораживает, и порой, наблюдая за стаей барракуд, флегматичной муреной или гипнотическими движениями гиганта манта-рэя, забываешь о том, что ты не русалка и пора возвращаться на катер.

Наслаждаясь вкусом полюбившихся мне здесь манго, я с благодарностью вспоминала тех, кто их вырастил. Египетские фермеры – настоящие герои! В стране, где большая часть территории – пустыня, а механизация – пара ослов и мотыга, земледелие – воистину поединок человека с природой. От восхода до заката, без праздников и выходных, не разгибая спин, они орошают, удобряют, сажают, собирают и вновь орошают… Эти вечные труженики – самое бедное население страны, а их каторжный труд стоит копейки. Каждый раз, проезжая мимо полей и убогих деревушек, я восхищалась мужеством этих людей и поражалась их адскому терпению.

Чтобы увидеть Фивы, Луксор и Асуан, мы отправились в теплоходный круиз по Нилу. Ведь именно здесь, на юге Египта, – древние храмы и дворцы, долина царей и цариц, а также гробницы знаменитых фараонов – Рамзеса и Тутанхамона. Каждый камень дышит историей, и даже руины вызывают восхищение.

Но не уникальные фрески и барельефы так поразили мое воображение, а высокий уровень цивилизации древних египтян. Тысячелетия назад они строили колодцы и лодки, владели секретами мумификации и даже делали операции на мозге! Сравнивая прошлое и настоящее Египта, невольно задаешься вопросом: неужели предки и потомки – один и тот же народ? Дошедшие до нас изображения древних египетских богов, больше похожих на инопланетян, чем на людей, заставляют ученых и историков снова и снова обращаться к тайне строительства великих пирамид. Когда смотришь на эти потрясающие строения, закрадывается крамольная мысль, что такое наследие древности превыше наших современных знаний о планете, Солнечной системе и других галактиках. Интуитивно отказываешься верить, что такая титаническая и высокоинтеллектуальная работа могла быть совершена без вмешательства космического разума.

Несколько слов о Востоке и Западе. Сегодня много спорят о противостоянии и проблемах во взаимоотношениях этих двух миров. Киплинг писал: «Восток и Запад никогда не встретятся». Я считаю, что он прав. Ведь Запад – это прежде всего ум, логика, знания, высокие технологии, а Восток – мистика, интуиция, духовность. Запад агрессивен, готов покорить природу и постичь бытие. Восток – терпелив, доверчив, занят просветлением и медитацией. Для Запада человек – физическое тело, живущее согласно законам естественных наук, на Востоке в человеке видят прежде всего душу. В результате такого ограниченного мировоззрения оба мира больны и неполноценны. Недуг Запада – в его гиперматериальности и духовной слепоте, Восток же на протяжении многих столетий остается голодным бедным рабом. Конечно, исцеление возможно только в гармонии внешнего и внутреннего, синтезе материального и духовного. Нам следует многому друг у друга поучиться, и, возможно, тогда появится шанс на мирное сосуществование на планете этих уникальных культур.

26 сентября, 2005

Если поделиться впечатлениями о последней поездке домой, хватит нескольких строк. На языке эмоций и чувств – это непрестанная боль моей жизни, осознание же происходящего в России – головоломка, безошибочно наследуемая грядущими поколениями на протяжении столетий.

Город, в котором я родилась и выросла, казался чужим. Противоречивая атмосфера анархии и неволи царила повсюду: заискивающая пресса и напуганное телевидение, мафиозная милиция и очередной бандитский передел собственности.

Раздражали немытые машины, дьявольское движение, назойливая торговля, хаотичные рекламные щиты и вывески, пристальные рентгеновские взгляды, оценивающие по шкале злобы и зависти, общественный транспорт, где в час пик не только невозможно дышать, но, вопреки своей воле, приходится «интимно» знакомиться с попутчиками.

И если раньше в подземке на лицах можно было прочитать чернышевское «Что делать?», то сейчас все чаще встречаются типажи «Лицо забыл дома, прошу не беспокоить» или более страшный вариант – «Не подходи – убью». В моем детстве метрополитен был гордостью города, в юности я водила туда на экскурсии иностранцев, сегодня же без подобающей закалки и большого запаса матерных слов поездок в метро лучше избегать. При общении же с хамоватыми продавщицами супермаркета я ловила себя на мысли, что скучаю по вычурному ковбойскому «мэм».

Удивительно, что на улицах города еще встречаются нормальные люди. К сожалению, нормальные – на вес золота. Создается впечатление, что вся страна погрязла в грубости и лжепатриотизме, который выражается в яростной ненависти к Америке и евреям. По сути, эти нации не причинили России никакого вреда, но благодаря «славной» работе СМИ настроение масс враждебно и безапелляционно.

Не знаю, чем провинился родной язык, но русскому объявили настоящую войну. Над ним измываются, пытаются навязать несвойственные ему формы, проспрягать неспрягаемое, просклонять несклоняемое и заимствовать невозможное. Обидно и больно, что богатейший язык мира, на котором написаны сотни гениальных произведений, Россия двадцать первого века бесцеремонно заменила плебейским суррогатом. Сокрушаются только робкие интеллигенты. Но кому же до них есть дело, тем более что их – единицы.

Еще один феномен «нового» времени – хроническое равнодушие всех ко всему. Люди не слушают радио, потому что там постоянно лгут, они не ходят на выборы, потому что за них решили, кто будет президентом, они не обращают внимания на невыносимый быт, потому что другого им все равно не суждено познать. Они смирились с жестокостью и подлостью, похоронили мечты и надежды на светлое будущее. Люди в России давно отказались от права жить и покорно существуют.

Искреннее желание изменить ситуацию к лучшему воплощается в жизнь по негласному российскому правилу «Хотели как лучше, а получилось как всегда». Сотовый телефон в Москве имеет, наверное, даже первоклашка, рестораны и кафе растут в столице как грибы, супермаркетов и салонов красоты в городе тоже немало, а по количеству «Мерседесов», казино и ювелирных магазинов найти конкурентов просто невозможно. Но почему же не радует этот рог изобилия? Даже не углубляясь в дебри экономических теорий, ясно, что благополучие и процветание державы не считают по наличию бубликов и стиральных машин, уровень жизни не определяется благосостоянием пяти процентов населения, называющих себя хозяевами, а гражданское общество не строят на лжи и лицемерии.

В России постоянно тяжелые времена: татаро-монгольское иго, крепостное право, революции, восстания, государственные перевороты, войны. Всегда неспокойно, всегда штормит. Мы либо защищаем родную землю от врагов, либо, удовлетворяя имперские амбиции, завоевываем новые территории. Правда, чаще всего воюем друг с другом, и этот бой – самый жестокий, ибо его потери несопоставимы ни с чем. Война правительства против своего народа – преступление, которому сложно найти должное наказание. Будучи в здравом уме и твердой памяти, невозможно назвать хотя бы одно счастливое поколение, жившее в России за последние надцать лет.

Моя прабабка до самой смерти ругала на чем свет стоит большевистскую власть. Бабушка знала о Великой Отечественной и сталинских репрессиях не понаслышке – она потеряла мужа, побывала в плену и, как миллионы других, прошла все круги фашистско-советского ада. Мои родители выросли в голодные послевоенные годы. Моим же сверстникам достались застойное, как зеленое болото, брежневское правление и невнятные лозунги горбачевских реформ.

Быть может, фортуна благосклонна к нынешнему поколению? Увы, но и сегодняшним подросткам, пусть даже сытым и обутым, тоже несладко. В огненном колесе перемен для поколения «Кока-колы» просто нет места, ведь в этом политическом бардаке невозможно понять, в какой стране они живут, какая на дворе эпоха: НЭП, правление Сталина, очередная революция? И когда на улице встречаешь прохожего, одетого в футболку с надписью «Чем хуже, тем лучше», то понимаешь, что поколение, лишенное страны и морали, потеряно на обломках кровавой истории. В мире нет идеальных стран, и риторический вопрос «Есть ли жизнь на Марсе?» актуален как никогда, но человеку свойственно из двух зол выбирать меньшее. И шведскому социализму, и американской демократии далеко до совершенства, но все же обе страны можно назвать цивилизованными. Коррупция в России – это не частный случай, не ошибка в системе, коррупция в России – это базовый элемент государственного устройства. Эта зараза опутала все слои общества и парализовала его прогрессивное движение.

Дух свободы, в который мы поверили на заре девяностых, растаял без следа, и на пороге нового тысячелетия страна оказалась в плену бесов и вампиров. День и ночь здесь играют ва-банк, и каждый раз в пылу азарта жалкая сотня дикарей хладнокровно проигрывает бесценные сокровища великой державы, принадлежащие ее многострадальному народу. Грязному желанию выиграть поскорее да побольше нет оправдания, потому что в этой подлой игре немыслимый приз – Россия!

И все же, несмотря на то что любимой Отчизне катастрофически не везет с власть имущими, умом ее по-прежнему не понять, а с талантом до сих пор невыносимо жить, в Россию очень хочется верить, молиться за ее покаяние и возрождение. Из этой страны можно уехать на время или навсегда, ее можно любить и ненавидеть, болеть за ее судьбу и просить Бога о милости, испытывать стыд за ее детей и гордиться своими корнями – все что угодно; только нельзя отречься от этой святой земли, невозможно забыть великое имя ее, вырвать из души ее униженный стон и убить веру в ее невероятное будущее.

30 августа, 1992

Август в этом году выдался особенно горячий, в прямом и переносном смысле. Палящее солнце было на редкость безжалостно, и москвичи, обычно с радостью бросающиеся в его объятия, искали спасения от изнуряющей жары. Мне же август принес встречи, свидания и приключения. Комплименты, подарки, признания в любви сыпались на меня как из рога изобилия. На улице мужчины провожали вожделенными взглядами, незнакомцы дарили цветы, а некоторые откровенно хотели заняться со мной сексом.

Итальянец звонил из Милана чуть ли не каждый день, предлагая руку и сердце, луну с неба – одним словом, все, что моей душе будет угодно, в обмен на мою любовь. Возможно, он замечательный мужик, и спустя время я буду жалеть, но при всем моем великодушии не могу ответить ему взаимностью.

На выставке в Доме художника познакомилась с одним журналистом. Он – интересный собеседник, с ним, несомненно, есть о чем поспорить, да и в целом очень неглупый молодой человек, но, увы, не мой тип мужчины. Несмотря на нескончаемые философские беседы по телефону, после пары свиданий я решила, что нам не стоит больше встречаться.

И, наконец, о самой важной встрече. В моей жизни появился Вадим, нечаянно-негаданно, но забыть невозможно. Вот и сегодня весь день мысли только о нем… Он бежал за мной по переходу в метро, потом мы обменялись телефонами. Он пригласил меня в театр, ну а остальное – уже история. Его бархатный баритон и ярко-синие глаза просто сводят меня с ума… Я никогда не была так счастлива, и вместе с тем очень боюсь его потерять, опасаюсь, что это невероятное создание исчезнет из моей жизни так же внезапно, как и появилось. И хотя знакомы мы совсем недавно, ощущение такое, будто знаем друг друга всю жизнь.

15 сентября, 1992

Вчера ходили с Вадимом в гости к американцу Чарли и его подружке. Милые ребята, чудесная квартира на Фрунзенской набережной с видом на Москву-реку. Асия, большая любительница китайской кухни, приготовила кучу разных закусок. Неплохо, я такое впервые ела. Пили, болтали, танцевали, дурачились, отмечали дни Китая в Москве. Когда же мы остались с Вадимом одни, то занялись любовью…

Еще я услышала следующее:

«Тонкая, глубокая натура, одна на миллион. Знаешь, я к тебе отношусь гораздо серьезнее, чем ты думаешь. Да, я не отрицаю, что хочу спать с тобой, но это не главное».

«„Люблю“ – затертое слово, оно для меня лживое. Есть мир чувств, прикосновений… К чему слова?»

«Ты самая сексуальная девчонка, какую я встречал. Это так важно для женщины, многие приходят к этому так поздно, а у тебя – талант от Бога! Ты себя сама не знаешь».

«Тебе внешне – пять лет, горшок и бантик, а внутреннее содержание – на пенсию пора. Зрелая, умная женщина. Тебе и правда двадцать два?»

Домой я в тот вечер пришла в час ночи. Такси поймать было невозможно, и от метро мы ехали на грузовике!