Чтение онлайн

Она покосилась на Холанд. Та с интересом разглядывала картину, открывающуюся под днищем флайера.

– Клер, можно тебя спросить? Что сказала Ната, когда вы ходили к ней в кабинет?

– А... дала инструкции о переговорах с местным руководством.

Холанд ответила, не оборачиваясь, но её плечи чуть заметно вздрогнули.

– И инструкции обо мне? Что Ната сказала обо мне?
– Спутница не отвечала. Обдумывала фразу?
– Клер, почему ты молчишь? Что Ната сказала обо мне?

– Чтобы я не оставляла тебя наедине.

– С кем?

– Ни с кем. Ни с одним мужчиной не оставляла наедине.

Значит, Гилл больше не доверяет ей - поняла Моник. Что, она ведёт себя неестественно? Не так, как раньше?

Холанд повернулась, взглянула ей в лицо:

– Ната ревнует тебя. У неё есть для этого причина? И эта причина в посёлке, да? Тот мужчина, что спас вас?

Моник не собиралась отвечать - пусть Клер думает всё, что угодно. Пытаться возразить, соврать - себе дороже. Интуиция у неё дьявольская, иногда кажется, что она и мысли угадывает.

– Это не моё дело, знаю, - продолжала Клер, - но если тот человек тебе дороже Наты, ты должна ей честно об этом сказать. Я бы поступила так.

Джабира хмыкнула.

– В самом деле? У тебя, должно быть, огромный опыт в любовных делах.

– Я высказала своё мнение. Поступай, как знаешь.

"Да, я поступлю, как знаю" - кивнула своим мыслям Моник и, крепче уцепившись в штурвал, подала его вперёд, заставляя машину идти на снижение.

Их ждали - о своём визите они сообщили в посёлок за полчаса до прибытия. На посадочную площадку внизу вышли трое. Дежурный жёлтым флажком указывал место парковки, какая-то девушка стояла, задрав голову, следила за приближающейся машиной. А третьего Моник узнала даже с высоты двух сотен метров. Третьим был Альментьев.

Девушка - секретарь Сорокина - заспешила навстречу, едва они выбрались из машины, представилась. Насмешливо извинилась, что в посёлке нет транспорт-лент. Но до ратуши не далеко, можно прогуляться пешком.

Альментьев подойти не решился, так и стоял поодаль. Только шепнул в комм: "Привет, Ника! Люблю, целую, бесконечно хочу тебя! Ответь, когда сможешь". Моник кивнула незаметно. Эх, как бы сейчас пригодилось умение разговаривать одними мыслями!

Выложенные цветной керамопластовой плиткой дорожки были чистенькими и аккуратными, газоны вдоль жилых строений - заботливо ухоженными. А всё вместе выглядело ненастоящим, каким-то игрушечным. Может быть, из-за высокого сине-серого, как глаза Илюши, неба над головой? В десять лет родители привезли Моник на Альбион, да и подземные города родного Чико мало отличались от нынешней родины, разве что протяжённостью да глубиной. А такие идиллические поселения под открытым небом она видела раньше лишь в фильмах.

Сорокин ждал их в своём кабинете. Развалился в огромном старомодном кресле за письменным столом, похожем на перевёрнутый шкаф. Навстречу гостьям не встал, махнул небрежно рукой на диван у стены. Джабира вспомнила их прошлую встречу. "Как он нас назвал? Ущербные создания?" Почему-то фраза эта казалась не унизительной, а скорее, снисходительной.

– Здравствуйте, господин председатель, - поздоровалась она первой.

– Взаимно, - Сорокин взглянул на неё, улыбнулся. Узнал.
– Без пены вы симпатичнее. Чем обязан визиту?

Моник вопросительно посмотрела на подругу - инструкциями та не поделилась. На всякий случай представила её Сорокину и замолчала, выжидая. Председатель подозрительно скользнул по Холанд взглядом и опять повернулся к Моник. Демонстрировал пренебрежение к руководству лаборатории?

Клер и вида не подала, что заметила эту демонстрацию. Поздоровалась, присела на краешек дивана. Ближний к Сорокину. Заговорила:

– Господин председатель, мы прилетели к вам в поисках защиты и поддержки.

Брови Сорокина взлетели вверх в деланном изумлении. Впрочем, сарказмом он не злоупотребил. Озёрный посёлок готов был предоставить убежище гражданам, не нарушившим присягу своему правительству.

Видимо, Сорокин посчитал, что разговор на этом закончен. Но Холанд продолжила:

– Ещё мы бы хотели возобновить нашу научную работу.

– Боюсь, в этом я помочь не смогу, - председатель развёл руками.
– Мы не можем выделить вам помещение в экспериментальном корпусе фабрики, и с оборудованием, с энергоресурсами будут трудности. Мы больше не занимаемся фундаментальными исследованиями, знаете ли. Теперь всё это сосредоточено у вас, в городе.

– Но есть же старый институт?

– Озёрный институт?
– взгляд Сорокина стал подозрительным.
– Во-первых, он законсервирован. А во-вторых, какие исследования вы собираетесь там проводить?

Холанд с сожалением качнула головой.

– Я не могу пока сказать. Это государственная тайна.

– Вот даже как! Ваш руководитель по специальности нейропсихолог, насколько я знаю. А вы? Это ведь не тайна?

– Я теолог-эзотерик.

– Угу, никак, с привидениями контак ищите?
– Председатель задумался.
– Как я могу знать, не станут ли ваши эксперименты опасными для людей в посёлке? Новой губернаторше они не понравились, да? Что ж, институт всё равно пропадает без пользы, я отдам его в ваше распоряжение. Но при одном условии. С вами будет постоянно находиться наш представитель, - он взмахнул рукой, останавливая открывшую было рот Джабиру.
– Нет, Сорокина не годится. Независимый наблюдатель, не из вашей команде. В работу он вмешиваться не будет, его задача - следить, чтобы опыты не оказались чересчур опасными для посёлка. И информировать меня обо всём, что у вас происходит.

– Мы согласны, - тотчас кивнула Холанд.

– Даже не поинтересуетесь, кто этот человек?

– Я же сказала - мы согласны. Мы вам доверям.

В глазах Сорокина мелькнуло уважение.

– Что ж, договорились.
– Он включил интерком, позвал секретаря: - Тина, найди Альментьева. Для него есть ответственное поручение.

Моник застыла, боясь поверить услышанному. А сердце заколотилось радостно. Разве возможно такое счастье?! Илюша будет рядом! Всё время рядом! Она и мечтать о подобном не смела.

Новая лаборатория ждала их, теперь следовало выбираться из города. Причём, немедленно - отпущенный губернатором срок истекал. Если Ната по своей воле не явится с отчётом в резиденцию Уайтакер, её доставят туда силой. И выйдет ли она обратно, неизвестно. Предвидя такое развитие событий, Мюррей и Бигли заблаговременно переселили подругу к себе. Но это была даже не попытка спрятать, они боялись оставить её одну, боялись, что она наделает глупостей.

В своей уютной гостиной Пол и Ивон провели последнее совещание научной группы в стенах города.

– Ната, ты почему опять скисла?
– Мюррей требовательно посмотрел на руководителя лаборатории.

Гилл опустила глаза. Он прав, скисла. Сразу после того, как Холанд сообщила об успехе дипломатической миссии. Скисла, вопреки логике и решительному настроению друзей. Боялась искать объяснение - почему. Но объяснять и не требовалось. Друзья слишком хорошо её знали:

– Неужели из-за того мальчишки - как там его?
– навязанного Сорокиным? Я считаю, что Клер правильно согласилась на такое условие. Главное - мы получили возможность закончить работу, провести эксперимент. Остальное - второстепенно. К тому же парень, кажется, попался неплохой. Вон, помог реактор запустить, всю ночь вкалывал. А мог бы сделать вид, что его это не касается. Нет, повода для уныния я не вижу. С озерянами всё получилось более чем удачно.