Чтение онлайн

Она вскочила, подпрыгнула пружинисто. Не удержавшись от искушения, сделала сальто, приземлилась на руки, прошлась так по комнате из угла в угол. Снова стала на ноги. Засмеялась. Новое тело имело свои преимущества.

– Как ощущения?
– поинтересовалась хока.
– Конечно, если бы ты родилась мужчиной, тебе было бы сейчас легче. А так придётся терпеть неудобства. Считай, что вынужденная смена пола - плата за свободу. За всё надо платить. Согласна на такой обмен?

Алина пожала плечами.

– Не знаю. Я сильная, и это мне нравится. Но парни отличаются от девушек не только тем, что писают стоя. У взрослых парней бывают взрослые желания. Не такие, как у взрослых девушек. Наверное, мне это предстоит ощутить? Я ведь уже взрослая.

– Предстоит. И с этим ничего не поделаешь, к сожалению. Тебе придётся перебороть свои женские желания, придётся вести себя, как мужчина, думать о себе, как о мужчине - как бы противно это ни было. А прежде всего, тебе нужно другое имя. Я хочу назвать тебя Виктор. Это означает "победитель" на одном из древних языков. Красиво и звучно.

– Виктор. Вик-тор. Вик, - Алина покатала слово на языке, старалась приспособить к себе. Что ж, привыкнуть к имени будет легче, чем к телу.

Она тряхнула коротко стриженой головой:

– Хорошо, я попробую стать парнем. Это всё? Теперь ты отпустишь меня в лес?

– Не только отпущу, но и отвезу туда - не надо, чтобы дети и менторы тебя видели. А ещё - возьми это.

В руках Найгиль появился странный свёрток. Стоило Алине взять его, и он тут же скользнул между пальцами, разворачиваясь. Мягкий, тёплый, формой похожий то ли на одежду древних, то ли на... кожу?

– Что это?

– Твоя защита. Я вырастила тебе сильное тело, но его возможности ничтожны в сравнении с нашими. Это поможет хоть отчасти уравновесить шансы.

В крутом обрыве холма, который Найгиль считала чем-то вроде своей лаборатории, была неглубокая пещера, выходящая на узкую террасу метрах в десяти над речушкой. Там и поселила она свою воспитанницу. Вернее, воспитанника. Виктор учеником был понятливым, науку первобытной жизни схватывал на лету. С удовольствием учился разбираться в съедобных и лекарственных растениях, разводить костёр, пользуясь лишь кремнем и высушенным мхом, готовить еду, мастерить луки и стрелы, глиняную посуду и деревянную утварь, охотиться, разделывать туши. Найгиль делилась знаниями об окружающем мире, умения и навыки ему приходилось добывать самостоятельно - сбитыми в кровь коленями и локтями, натёртыми мозолями и непроходящей усталостью. Привыкать к лесу было тяжело, но Виктор не жаловался и тем более не плакал - плачут девчонки, а он теперь парень. Стиснув зубы, он учился жить по законам дикого мира.

Прошёл год. Незаметно, как день, для учительницы, медленно и трудно для ученика. Хозяином леса Виктор пока не стал, но полноправным его обитателем - вполне.

Костёр весело потрескивал, отбрасывая на свод пещеры причудливо танцующие тени. Виктор лежал, вытянувшись на мягких, тщательно вычищенных шкурах молодых ворчунов, добытых прошедшим летом. В пещере было тепло, сухой чернолистовый валежник давал жаркое пламя. Он стащил пончо, почесался под мышками, зевнул. Подумал - может, заснуть, не дожидаясь возвращения Найгиль?

Тени на потолке были похожи на стадо жирных, отъевшихся за лето ворчунов. Вон то - заросли лапника. Колышутся, колышутся. Не иначе ленточник притаился, готовится к броску. А это, огромное - тень шлейфокрыла. Летишь, гадёныш? Уверен в своей неуязвимости? Стрела с керамопластовым наконечником тебя сейчас разуверит...

Внезапное чувство опасности выдернуло его из сладкой дрёмы. Что за тварь посмела заглянуть в логово, не страшась пылающего у входа огня?

Это был не зверь, хуже. Ментор. Чужой, не Найгиль, - присутствие наставницы Виктор ощущал не менее точно, чем близость дичи во время охоты. А в следующий миг он узнал незваного гостя.

Белая, как бы светящаяся на фоне ночной темени фигура Люсор стояла у входа. Она была высокая, выше Найгиль, и ей пришлось пригнуться под низким сводом пещеры. Но и в такой позе она выглядела величественно. И жутко.

– Добрый вечер, - выдавил из себя Виктор.

Люсор презрительно скривила губы и неожиданно шагнула внутрь пещеры, прямо сквозь пламя возмущённо затрещавшего и метнувшего вверх сноп искр костра. Виктор дёрнулся от неожиданности, попятился в угол, нащупывая лук под ворохом служивших постелью шкур. Люсор остановилась в шаге от него, сложила руки на груди, рассматривая парня с брезгливым интересом. Словно ощупывала взглядом.

– Что тебе нужно?
– Виктор постарался говорить уверенно, как подобает хозяину пещеры.

– Алина, ты в самом деле слышишь меня?

– Ещё как слышу! Но я не Алина, ты ошиблась. Я Виктор!

– Да будто бы? Тогда ответь - тебе не надоело жить, как животному? Хуже, чем животному. Что ты такое - самец, самка, нечто среднее?

– Разве может надоесть жить?
– Виктор упрямо задрал подбородок.
– И какая тебе разница, парень я или девушка? Я - человек из плоти и крови. А ты - всего лишь клочья тумана. Мне достаточно пожелать, чтобы стать таким же. А вот тебе никогда не получить человеческого тела!

Глаза бессмертной вспыхнули серебристым огнём.

– Ошибаешься, выродок. Твоего желания не требуется.

Голова Виктора вдруг закружилась, пещера наполнилась хороводом разноцветных звёзд. Он ещё не понял до конца, что происходит, а лук уже был у него в руках. Он выстрелила сидя, от живота, почти не натягивая тетиву.

Люсор изумлённо уставилась на дрожащее оперенье стрелы, вонзившейся в грудь. Скривилась от боли и... распалась, брызнув в лицо парня каплями влаги.

"Спасибо, Ивибиль" - "Пожалуйста. Тебе эта информация кажется полезной?" - "Да, безусловно" - "Я рада. Когда ты присоединишься к нам?" - "Позже" - "Мы ждём..."

Найгиль включила зрение, возвращаясь к реальности. И с удивлением увидела сидящую рядом Люсор.

– Завидую твоей способности сосредотачиваться, - та дружелюбно улыбнулась.
– Почти час торчу рядом, а ты меня не замечаешь. Над чем работаешь?

– Возможно, над тем же, над чем и ты.

Над холмом стояла ночь. Толстый слой облаков скрывал звёзды, и только Малая Луна бесформенным красноватым фонарём пыталась рассеять мрак.

– Так для чего ты ждала так долго?
– поторопила молчавшую Люсор Найгиль.

– Давно не видела тебя и не слышала. Больше года! Никто не уединяется на такой срок. Ты не скучаешь здесь одна?

– А я не одна.

Найгиль взглянула на собеседницу. Осталось ли здесь что-то от прежней Сорокиной? Женщины самой заурядной внешности, чьей основной приметой была уложенная короной русая коса. Пожалуй, ничего. Высокая, стройная, с прекрасным и холодным лицом богини. Всезнающая, уверенная в собственной правоте и непогрешимости. Разучившаяся за пятьсот лет сомневаться. Или никогда не умевшая?