Чтение онлайн

– Ладно, я пойду вздремну.

Максу было не просто неуютно. Ему хотелось как можно скорее сбежать из этой комнаты. Дьюле было все равно, ему, видимо, так же неловко в чужом присутствии. Хотя, если принимать во внимания все обстоятельства, уж ему-то куда хуже.

Макс зашел в свою комнату, тихую, с приглушенным светом, сел на кровать. После такой встряски сон совершенно не шел. Макс лег на бок, поджал ноги, накрылся легкой простыней и уставился в стену.

За время короткого поверхностного сна мозг изо всех сил работал, пытаясь постичь постоянно меняющуюся темноту, поэтому Макс открыл глаза, так и не сумев понять, удалось ли поспать. Голова мягко и неотвлекающе гудела, пока Макс вяло полз к столовой. Хорошенько выспаться не получалось уже давно, что заметно сказывалось на работоспособности.

Сначала Макс подумал, что нужно, наверное, связаться с Гаржем и сообщить ему о состоянии Дьюлы. Затем мысль перескочила на самого Эссенжи, и Макс задумчиво посмотрел на синтезатор еды, плюхающий ему на тарелку какой-то скукоженный кусок мяса. Стоит того покормить или ну его, потерпит?

Но Дьюла сам решил дилемму.

Он появился в столовой, медленно повел рукой по стене, обошел всю комнату, пока, наконец, не наткнулся на синтезатор. Дальше, по давно известной траектории вместе с тарелкой он дошел до стола. Максу пришлось потесниться, чтобы освободить ему место, которое он занял.

– Извини, - подал голос Макс, отодвигаясь.

Дьюла чуть не выронил тарелку: видимо, не ожидал встретить здесь Макса. Но, быстро взяв себя в руки, буркнул: "Ничего", - и сел. Помолчал немного и придирчиво потянул носом воздух. Поднял тарелку и еще раз шмыгнул.

– Это чем так воняет? Сломалось что?

– Да нет, - Макс повертел головой, прежде чем понял, о каком запахе идет речь. За время, проведенное над своей походной лабораторией, он настолько притерпелся к специфическому душку, что уже и не замечал его сразу.

– Это камни такой запах при горячем синтезе дают.

– А, они здесь, - как-то незаинтересованно констатировал Дьюла и пошарил рукой перед собой. Макс пододвинул к нему вилку. Дьюла кивнул и принялся ковыряться в тарелке.

– Ты говорил, через двадцать часов будет готово.

Голос Эссенжи звучал ровно, как будто речь шла о чем-то совершенно обыденном, вроде очередного задания Волка, с которым, все знали, справиться будет довольно просто.

А речь-то шла о его жизни, и не было уже Волка, который погиб от того же, да и вообще, они оказались на далекой колонии, на которой не то водился, не то все еще водится какой-то маньяк.

– Я сказал, что через двадцать... нет, через пятнадцать... черт, я проспал почти четыре часа! Я сказал, что через пятнадцать часов будет завершен горячий синтез. После ему нужно будет остыть до температуры тела. Ты же не хочешь заработать парочку ожогов ко всему прочему?

– Не хотелось бы, - Дьюла весело улыбнулся. Даже странно было видеть на его осунувшемся лице такую улыбку - как будто ничего страшного не происходит.

– Гм, - Макс задумчиво распилил вилкой кусок мяса и попытался его прожевать.
– Могу я тебя попросить?

Дьюла кивнул и вопросительно поднял брови. Макс снова вздрогнул.

– Можешь не смотреть на меня? Пожалуйста. Это очень неуютно.

Дьюла отвел взгляд.

– Хорошо.

– Спасибо.

Макс уткнулся в свою тарелку и подумал, что не стоило, наверное, этого говорить. В конце концов, Дьюла не заметил бы, даже если бы Макс смотрел все время в другую сторону. А может, догадался бы.

– Я хочу выйти на некоторое время, - снова осторожно начал Макс. Помолчал, но, наконец-то, придумал достаточно веское оправдание, чтобы поскорее уйти с корабля.

– Проведать, как там Май.

– Конечно, - Дьюла понимающе кивнул, как будто Макс нуждался в его разрешении.

– Я вернусь раньше, чем закончится горячий синтез, но, если что, не трогай лабораторию. Он сам остынет.

– Не буду.

Макс бросил взгляд на Эссенжи. Тот, как и обещал, на него не смотрел. Уставился в тарелку и методично надкусывал кусок мяса по краю, тщательно пережевывая. В его горле что-то надсадно булькало, и Макс не удержался, еще раз глянул на часы синтезатора.

Ему не было жалко Дьюлу. В конце концов, он был всего лишь случайным знакомым, но все равно атмосфера упадка неизменно давила на плечи. Еще пара часов в этой тикающей тишине - и можно окончательно рехнуться.

На станции хотя бы люди.

И вот удивительно: когда это Макс предпочитал чью-то компанию собственной?

На первый взгляд, станция была так же пуста, как и раньше: все то же запустение, все тот же красный свет. Но стоило подняться на второй этаж, к комнатам, как от былой тишины не осталось и следа. Несмотря на поздний вечер, почти даже ночь - двери были открыты, постоянно кто-то ходил, звучали голоса, появлялись люди, мелькали удивленные глаза, уставившиеся на Макса так, как будто его не так давно отправили в последнее плаванье на кладбищенской станции, а он вдруг заявился назад. По крайней мере, рядовые, встретившиеся ему первыми, посмотрели на него именно с таким выражением

– Где Гарж?

Они неопределенно пожали плечами. Затем один из них, с мелкими выразительными чертами лица, из-за которых все называли его Крысом, показал на одну из дверей.

– Думаю, у себя.

"У себя", впрочем, Гарж пробыл не очень долго. Он вылетел из своей комнаты, коротко сказал что-то через плечо и захлопнул за собой дверь.

Макс преградил ему дорогу.

– Эй, нужно поговорить.

Гарж, видимо, его не сразу узнал, потому что отшатнулся и попытался обойти Макса боком. Впрочем, сказать ничего не успел.

– Что ты делаешь? А, не до тебя сейчас. Иди назад, потом поговорим.

И все-таки направился куда-то по коридору.

– Ладно!
– раздраженно крикнул Макс ему вслед.
– А где Май?

– Попроси кого-нибудь из рядовых отвести тебя в медблок!
– не оборачиваясь, отозвался Гарж.

– В медблок?

– Третий этаж, налево и до конца.

Макс развел руками и повернулся к полицейским. Те смотрели на него исподлобья, но, видимо, все равно не были заняты ничем особенно важным.

– Ладно, я пойду, - наконец решился тот, что постарше.

– А как тебя?..
– Макс прищурился, вспоминая. Нет, он никогда не интересовался именами полицейских.

– Алан Боргер. Пойдем.

Они вместе пошли на третий этаж, налево и до конца.

Крыс посмотрел им вслед, пожал плечами и вернулся в большую комнату, где сидели братья Донни, Мэри и накрепко прилипшая к нему Дари. Заметив девушку, Крыс тоскливо поджал губы и сел подальше. По десятому кругу шла игра, переложенная с компьютера на еще более старый аналог. Мэри усиленно изображал что-то пантомимой, остальные хохотали и пытались угадать.