Чтение онлайн

— Последние пару недель Тинг была слишком напряжена, — Вильгельм нахмурился, наконец-то начиная чуть оживляться после горькой утраты. — И постоянно либо оглядывалась, либо бегала взглядом. Как будто чего-то боялась или ожидала нечто плохое.

— Предполагаю, она уже тогда знала, что её могли убить, — вспомнила я записку, найденную в комнате Тинг.

Лицо парня на секунду потеряло самообладание, проявив страшную боль, но я понимала, что он сам догадывался о такой идеи исхода. Мне было его немного жаль, но отчего-то я в него верила. Верила, что он со всем справится.

Кто, если не он?

— До исчезновения она мне столько раз признавалась в любви, сколько не говорила до этого, — после молчания наконец согласился Вильгельм, вновь закуривая. — И слишком много говорила о смерти...

— Может, её убила секта? — решила я прямо спросить, чтобы уже не ходить вокруг да около, а то постепенно становилось холодно.

Взгляд парня быстро помрачнел:

— Только если им нужно было кто-то для жертвоприношения. Вряд ли Тинг была хоть как-то иначе с ними связана.

Значит, он ничего не знает.

С одной стороны, я обрадовалась, что закрыла для себя этот вопрос, но с другой, огорчилась, что теперь нужно искать ответы в других местах или у тех же Арни и Инграма. При мысли о последнем меня пронзил ток и остро кольнула «метка» напротив сердца: воспоминания нахлынули обжигающим кипятком вместе с электрическими угрями. Дрожь мучительными ощущениями прошлась по телу, вызывая все жгучие прикосновения Инграма.

Он — тот, кто заставлял моё сердце болезненно сжиматься. Сначала от страха: я помнила каждую секунду, когда меня всю стянуло позавчера, как меня связали собственные эмоции, словно послушную собачонку. А он улыбался своей лёгкой победе надо мной.

Рана обнажилась внезапно. Из-за Алестера. Из-за того, как я его любила и что он со мной сделал... и как он умер. Алестер был моим первым безумием, помутнением, роковым мужчиной... А теперь это он. Инграм Касс. Словно восставший из мёртвых и пожелавший ожить, словно главный злодей тёмного фэнтези.

Ведь он умел убеждать. Он умел улыбаться. Он умел очаровывать одними лишь глазами — черными, ледяными, не знающими эмоций, но почему-то такими притягательными... Его глаза были похожи на зеркало, и я бессмысленно пыталась разглядеть в них его душу.

Вот только её не существовало. Ведь Инграм делал больно. Очень.

И я ... хотела бы ещё .

— Берегись!

Только чудом я упала мимо надгробия Тинг. Снег смягчил удар, но я всё равно как можно быстрее приподнялась на локтях, чтобы посмотреть, что же произошло.

И обомлела от увиденного.

Что это?..

Нечто большое и жуткое появилось словно из ниоткуда: гигантская пасть с острыми зубами, выпуклые два глаза на слишком далёком расстоянии друг от друга, длинные руки, волочащиеся по снегу, скрюченные ноги и худое долговязое тело, покрытое серо-синей кожей. Отдалённо это существо напоминало человека с тёмными волосами, но сейчас от него осталась лишь безумная тварь с диким голодом.

Впервые я видела нечто такое... вживую.

Вильгельм, который меня толкнул, резко достал из внутреннего кармана пальто пистолет и хотел уже было выстрелить в тварь, но та быстро сшибла парня с ног, а затем схватила его огромными пальцами. Пистолет упал в снег, пасть раскрылась, выпуская не самый приятный запах. Монстр начал постепенно приподносить Вильгельма к зубам, желая наконец-то утолить жажду крови.

Нужно срочно что-то сделать.

Мысли столпились в одном углу, но ни одна из них не казалась точной: все ошашрашенные, испуганные, в полной растерянности. Как и я сама.

Но надо спасать Вильгельма. Для чего и зачем — я точно не знала, но не хотелось бы, чтобы ещё один знакомый мне человек умирал. Добродетель? Пожалуй, только в чьих-нибудь мечтах.

Я не без труда вскочила на ноги и, схватив снежок, кинула его прямо в глаз чудовища. Внимание привлечь получилось просто отлично! Осталось теперь понять, нахрена я это сделала...

Тварь раззинутой пастью повернулась ко мне, всё так же крепко держа Вильгельма. Тот пытался вырваться из железной хватки, но цепкие когти держали его слишком прочно, раздирая кожу до крови. Страх тонкой жилкой бился на виске, но я не поддавалась ему.

И не такое переживала.

Второй снежок прилетел прямо в глотку монстра, и тот тут же по-звериному зарычал от холода. На мгновение я вспомнила Джейсона, в которого я недавно кидала снежки, и это придало мне ещё больше смелости. Вот только в третий раз снежок кинуть не удалось: выпустив Вильгельма, чудовище молниеносно кинулось ко мне, прижав крупной ладонью к земле. Никак не двинуться — и не только от лапы монстра, но и от охватившего меня ужаса.

Неужели это всё-таки конец ?

Пасть твари стала медленно раскрываться: от вони я сморщилась, а от безысходности хотелось ещё больше блевать. Глотка красно-чёрная, мерзкая, с опухшим дырявым языком, зубы грязные, точно на них вылили несколько вёдер помоев. Всё тело недочеловека вблизи казалось ещё уродлевее и безобразнее, точно над этим существом ставили так много экспериментов, что решили просто выкинуть как мусор. И тот от отчаяния стал жрать людей...

И меня в том числе.

«РЭБЭНУС ТЕБЯ УБЬЁТ».

Гортанно.

Жутко.

Но чётко и ясно — откуда-то из недр твари послышались эти три слова. И от осознания всей опасности у меня чуть кровь не остановилось в жилах. Да, даже не сам монстр испугал меня, а факт того, кем он был послан. И закем.

От шока глаза широко раскрылись, хотя меньше всего мне хотелось видеть эту омерзительную пасть. В голове всё перемешалось, чувство собственной беззащитности и слабости обострилось столь сильно, что стало тошно и больно.

Выстрел.

Монстр замер: из его виска только что вылетела пуля. Пошатнувшись, он медленно повалился на землю, а уже через несколько секунд от него остался лишь чёрный прах. Не ощущая реальности, я глупо уставилась на Вильгельма, убирающего в карман пистолет и рваными шагами подходящего ко мне. Он острожно поднял меня, не переставая бормотать что-то по-французски, и грубыми движениями отряхнул с меня снег. А я даже не сопротивлялась: слова монстра поразили меня куда больше, чем его существование. Хотелось бы предположить, что мне всего лишь послышалось, но я точно знала, что это не так.