Ни живые, ни мёртвые
Шрифт:
XVIII: Ни зависимость, ни воля
Мы держимся за свои сказки до тех пор, пока цена веры в них не становится слишком высокой.
Ренсом Риггз
Лекции, вопросы, история, конспекты...
Учёба давалась легко, вовлечение было максимальное: я вновь блистала умом, красовалась перед всеми как Даочань?, потешалась над кем-то в столовой и неплохо провела время в компании популярных парней. Казалось, ничего не изменилось в моей жизни, всё шло своим чередом, самозабвенно текло в мутное будущее — и я сверкала на подиуме в качестве неотразимой невестки идеала.
Но за привлекательным личиком скрывались страшные думы.
Это не отпечаток руки — это клеймо. Печать. И высечено будто не на коже, а намного глубже — сквозь провалившиеся рёбра и проеденные термитами кости. Оно жгло пепел, одолевало пламенем и сердце, и душу. Я мечтала избавиться от удушающего ошейника верности, но в то же время постоянно возвращалась к мыслям о нём — и петля затягивалась всё сильнее.
В какой-то момент я и вовсе задохнусь.
И потешаться теперь будет надо мной он.
Инграм Касс.
Человек, о котором я не переставала думать. Чёрный бог, чей образ вызывал дрожь и губительное желание. Белый ворон, рассекающий крыльями любые надежды на взаимность.
Я не видела его уже три дня, и мне его смертельно не хватало.
— Ты домой?
От близкого голоса Анны я вздрогнула. За вожделением я даже не заметила, как оказалась в коридоре, возле двери аудитории, в которой только что прошло последнее занятие на сегодняшний день.
— Нет, на луну, — съязвила я, не подавая вид о своих переживаниях. — Меня Арни подвезёт.
Анна нахмурилась — нет, головная боль сегодня её не доставала, а вот волнение за меня после вчерашнего...
— Постарайся держаться от них подальше, — она знала, что Арни жил со своим лучшим другом. — Особенно... от Инграма.
Я лишь кивнула, не собираясь ни в чём признаваться, и мы приобнялись на прощание. В следующую секунду я увидела кучерявую макушку Арни, выходящего из кабинета.
— Где Инграм? — не церемонясь, тут же спросила я у него.
Тот демонстративно цокнул языком и указал на себя.
— Эй, посмотри вокруг! Тут тоже ходят горячие мужики.
— Ты не в моём вкусе, дылда, — не разлеляла я его вечной бурной энергии.
На его губах расцвела недобрая ухмылка.
— Охо-хо, знаешь что! Ты тоже при таком характере могла бы быть покрасивее.
— Тебе жить надоело? — сверкнула я грозным взглядом. — Если нет, самое время выпрыгнуть из окна.
— Надо же, какие мы ранимые, — Арни театрально схватился за сердце. — Жив твой Инграм, чаи гоняет каждый день.
— Какая скучная у него жизнь.
Арни живо расхохотался.
— Да что ты! Очень даже весёлая! — он загнул палец. — Во-первых, у него есть я, а со мной точно не соскучишься! — следом пошёл второй. — Во-вторых, он глава нынешней свиты Ворона, а это ох как интересно! — уже третий палец. — А ещё мы нашли труп! Представляешь?
— Да ты что, какой ужас! — притворно удивилась я и закатила глаза. — Как дитя малое, ей-богу, — ещё и руки скрестила на груди для пущего образа.
— Не вижу ничего плохого в том, чтобы во взрослом возрасте сохранять умение улыбаться, в отличие от некоторых, — игриво подмигнул парень и двинулся по коридору.
— Нет, ты точно нарываешься! — я замахнулась рукой, собираясь дать ему подзатыльник, но Арни ловко увернулся и побежал вперёд.
Я не стала его догонять и, лишь пройдя через весь коридор до самого конца, заметила друга за лестницей.
— Ну всё, пошли, Леру.
— Его тут нет, — пробурчал он в ладони, которыми закрыл лицо.
Я не сдержала смешка.
— Скажи поехавшей кукухе «прощай» и кончай придуриваться.
Арни с наигранным разочарованием вздохнул и двинулся за мной следом.
— Охо-хо, Инграм точно сдохнет с тобой от скуки, ведьма.
— Сейчас получишь! — пригрозила я ему средним пальцем.
Тот лишь громко разгоготался, напугав при этом проходящих мимо студентов.
Ну и сумасшедший.
Этаж выше, поворот, маленький закуток, картина — всё до боли привычное — и мы оказались в личном кабинете Рэбэнуса Донована. Давно тут не была, однако ничего и не изменилось: всё те же книги по магии, всё те же недовольные лица Данте и Шекспира, всё те же кресла, камин, люстра, а ещё... труп. И возле него сидел Инграм.
Он.
Наконец-то он рядом.
И так же болезненно далеко.
Сосредоточенный, слегка напряжённый в плечах, с сигаретой между пальцев — он казался необыкновенно красивым, хотя под глазами залегли ещё большие тени, от нахмуренности неприятно искривились шрамы, а на рукаве серой толстовки засохла капля крови. Всё такой же отстранённый, мрачный, призывающий тьму — Инграм пленил меня одним только своим присутствием, хотя ничего в нём не изменилось с тех пор, как я видела его в последний раз на кухне в особняке Арни.
И вряд ли он поменял мнение на мой счёт.
С трудом я заставила перевести взгляд на мертвеца. И тихо ахнула: в луже крови оказался Генри. Ещё один знакомый мне человек, с которым я имела столь много пьяных ночей, сколь и пустых обещаний.
Гуцинь оказался тих.
— Знакомьтесь, это Генри.
Арни, будто этого и дожидался, перешагнул одной ногой через тело и, нагнувшись с идеально прямой спиной, пожал руку телу.
— Приятно познакомиться, сэр! — громко воскликнул он, тряся ладонь. — Как поживаете? Вас не смущает запах мертвечины? А то я не успел помыться с утра.
Чуть не подавившись воздухом, я рассмеялась. Знаю, это ужасно, осквернительно, но Арни настолько мне надоел своими выходками, отчего хотелось просто истерично смеяться и никогда не останавливаться. Стресс уже попросту перерастал в безумие — столько всего навалилось. С другой стороны, я и не собиралась даже притворяться, что мне грустно из-за очередного убийства.
Вообще плевать.
— Откуда он здесь?
— Да вроде не с потолка упал, — Арни для достоверности глянул наверх.