Чтение онлайн

Майор тихо выматерился и заявил, что будет говорить с завотделением лично. Медсестра развела руками: мол, говорите, сколько душе угодно. Ради Бога.

А Серый…

Там в двери окошко было. Специальное.

Сергей встал с коляски и, на силу справляясь с головокружением, заглянул в палату через стекло.

Кристина спала. Как спала бы, наверное, та самая принцесса Аврора, о которой Крис ему говорила. Только вот… вряд ли у сказочной принцессы был подбит глаз, разбиты губы, прострелено плечо и перебинтована голова…

Серёга сглотнул и с трудом удержался, чтобы не жахнуть со всей дури в стену.

Его Крис…Его клуша…Его женщина…

Любимая…

Лежит, подключенная к аппарату жизнеобеспечения, и уже вряд ли когда-то проснётся, потому что он, контуженный дебил, не сумел её спасти…

Я погубил тебя, Крис…

— Серый… — Рука майора легла на плечо. — Ты это… не волнуйся. Я сейчас к Геннадьевичу спущусь. Разрешение получу. официальное. Тебя пропустят.

Сергей молча кивнул.

Когда Старший ушёл, он уселся на колченогий стул рядом с дверью палаты и уронил голову на руки.

Чёрт. Вот ведь чёрт! Проклятье!

Он потерял Крис. Потерял, с какой стороны не посмотри. И нету выхода. Совсем.

Серёга сидел, почти час пялясь в пол, а Дыбенко всё не возвращался. Как бы не загрыз его этот Геннадьевич: уж больно суров. Хотя… Пётр Петрович тоже шит не лыком…

Наконец, со стороны лифта послышались шаги. Серый навострил уши. Напрягся. Приосанился. однако из-за угла появился не тучный лысеющий майор, а худощавый молодой парень.

— Здравствуйте, — робко сказал юноша и протянул узкую ладонь.

Сергей пожал её, хмуро глядя на незнакомца.

«Кто ты ещё такой?» — думал он. — «откуда взялся?».

— Вы меня не помните?

— А должен? — Серый нахмурился. Действительно, сквозило в чертах отрока нечто смутно знакомое. Эти серо-стальные глаза и тёмно-русые волосы над высоким лбом…

— Мы с вами в особняке встречались. — Мальчонка залился краской. — Кристину вместе искали.

Серёга похолодел.

— Вы меня почему-то Лёхой называли, а себе всё время идти приказывали. Наверное, это из-за наркотиков, да?

— Ты кто такой?

— Меня Стас зовут. — Парень нервно облизнул губы. — Я… брат Кристины.

Мгновенно вспомнилась лунная ночь на утёсе. Плеск волн, сияние звёзд и… откровенное признание Крис…

«Макс насиловал и избивал меня много лет. Сделал шлюхой, а потом убийцей. Я ненавижу его… Но у него мой брат…».

— Ещё один заложник Чёрного? — спросил Серый.

— Что-то вроде, — кивнул Стас. — Макс говорил, что Крис будет жить, только пока я его слушаюсь…

Он вдруг осёкся и отвёл взгляд.

— Мне приходилось делать плохие вещи.

— Ей тоже, — вздохнул Сергей и снова уставился на свои тапки.

Парень ничего больше говорить не стал. Молча опустился на пол и привалился спиной к стене. Теперь они сидели вдвоём, хотя Серому упорно казалось, будто в пустом коридоре есть кто-то ещё. Кто-то третий. Невидимый, но вполне реальный. Быть может, на одной из обитых дерматином скамеек сейчас сидела…сама Смерть? Сжимала костлявыми руками острую косу и… ждала…

Ждала…

Появился он внезапно, но эпично. Серёга уж было решил, что бредит. Но нет. Вместо Петра Петровича, которого, по всей видимости, всё ж таки сожрал суровый завотделением, в коридоре возник ОН.

Генерал Павлов собственной персоной. В форме, при погонах да орденах.

Серый тут же встал и выпрямился, опустив руки по швам: честь без головного убора отдавать, всё равно что медали на футболку нацепить. Глупо и не по уставу.

Поднялся и Стас. Заморгал, задёргался.

Генерал смерил их тяжёлым взглядом.

— Вольно, — бросил он Сергею и обратился к мальчишке: — Иди-ка погуляй, парень.

— Х-хорошо, — кивнул Стас, и Серому отчего-то пришло в голову, что мальчишка с Павловым уже знаком. Причём, последний от Кристининого брата явно не в восторге.

— Правильно говорить «так точно», — буркнул генерал, подтверждая догадку Серого. — Ступай.

Парень мгновенно ретировался. Свернул за угол, и через пару секунд Сергей услышал, как загудел лифт.

Уехал…

Генерал Павлов приблизился к двери и заглянул в окошечко. Нахмурился.

— Крепись, боец, — сказал он. — Заведующий чудес не обещает. Шансов мало. Воевал?

— Так точно.

— Дети есть?

— Никак нет.

— А у меня вот есть… — тихо проговорил генерал и помрачнел. — Ты в курсе, что едва не задушил этого подонка — Горских?

— В курсе, — буркнул Серый.

— очень скоро Максим Игоревич пожалеет, что ты не довёл дело до конца, — спокойно сказал Павлов и отвернулся, сцепив руки за спиной.

— Мне сравнялось тридцать девять, когда Вера появилась на свет, — поведал генерал синему кафелю больничных стен. — Я уж и не ждал. Думал, так бездетным и помру. А тут дочка… Доченька… Мы с Наденькой, с супругой моей, баловали её. Потакали во всём. Порой я боялся, что испортим, и вырастет она наглой хамкой, нахлебницей. На шею нам с матерью сядет и ноги свесит. Всё же для неё… Ан нет!

Павлов цокнул языком и развернулся.

— В школе — золотая медаль. В институте — красный диплом. И всё сама. Помогать не разрешала. Сердилась, когда вмешивался. один раз только подсобить попросила — чтобы в Убойный к вам устроил. Кто бы её без меня, девчушку-то, взял?

Генерал шагнул к Серёге. Положил руку на плечо.

— Вера для меня всё. Понимаешь?

— Понимаю… — глухо отозвался Сергей.

Павлов посмотрел на него внимательно и криво улыбнулся.

— Я в молодости на тебя похож был, — сказал грустно. — Думал, всё сила решает. И самое интересное, так оно и есть. Только порой не в кулаках она кроется, сила-то…

Павлов выжидательно поглядел на Серёгу.

— Ты знаешь, что такое бюрократия, боец?

— Так точно, — сердито рыкнул Серый. — Бесполезное пустое бумагоморательство!