Чтение онлайн

— Не скажи, — хмыкнул генерал. — Бюрократам порой под силу такое, что ахнешь. Например, путешествия во времени.

Он извлёк из-за пазухи лист бумаги.

— Герман Геннадьевич заявил, что шансов у девушки мало. Травматическая кома как-никак. Выживет твоя Кристина, или нет, неизвестно. однако свидетельство о смерти у меня уже имеется. Передним числом и со всеми подписями. Держи.

Он протянул документ, и Серёга ухватил лист трясущейся рукой.

— Это мой тебе подарок, боец. — Генерал подмигнул. — А что с ним делать, сам смекай.

Подарок…

Серый долго смотрел, как генерал идёт по коридору. А когда тот скрылся за поворотом, зажмурился, чтобы удержать грёбаные слёзы.

Она

С самого ура Крис твёрдо решила, что сегодня непременно сделает сырники. Сделает, даже если придётся топать пешком до города. Диета, на которой она сидела долгих восемь недель после выписки, стояла уже поперёк горла, и душа настойчиво требовала праздника. И сырники для такого праздника — в самый раз.

Крошечный продуктовый магазин располагался в центре посёлка, а Кристина, надёжно укрывшись под новой личиной, жила на отшибе. Так что топать пришлось порядочно. Но ради сырников отважишься и не на такое.

Герман Геннадьевич настоятельно рекомендовал ей свежий воздух, длительные пешие прогулки и полный покой. Кристина следовала советам, послушно пила лекарства и соблюдала строгую диету.

Но сегодня хотелось сырников.

— Спасибо, — она улыбнулась румяной продавщице, упрятала сдачу в карман серой ветровки и, навьючившись пакетами, двинулась домой.

Домой…

Да, теперь у неё имелся дом. Самый настоящий. Бревенчатый. А перед домом — маленький сад, в котором росли вишни, яблони, груши, черешня и абрикосы. Штакетник, окружавший её новые владения, Крис покрасила белым, а крыльцо — голубым. Получилось красиво.

Сюда её привёз Алик — избушка принадлежала его двоюродной бабке, которую Вадим с Маримэ забрали в Германию на ПМЖ.

Это была новая жизнь. Жизнь без Макса. Жизнь без Серёги…

Жизнь без страха, но и без любви…

— Наташа! — соседка окликнула её и замахала рукой. Кристина вздрогнула. Ничего не изменилось: привыкать к чужим именам по-прежнему дело сложное и легче не станет. Но что поделать? Кристина Белова мертва и похоронена на Воздвиженском кладбище рядом с храмом Новомучеников.

Могила номер сто двенадцать…

— Наташа! К тебе там курьер с посылкою!

Это был знак.

Соседку звали Шурой, и с Аликом, которого добродушная селянка знала с тех пор, как он пешком под стол ходил, у неё имелась особая договорённость, оплаченная коробкой ассорти и бразильским кофе в зёрнах. Если приезжали «свои», она сообщала Кристине о «курьере с посылкою». На случай гостей незваных, нежданных и вообще подозрительных, Шура припасла иную фразу, но, слава Богу, так ни разу ей и не воспользовалась.

Кристина благодарно кивнула соседке. За последние два с хвостиком месяца Шура трижды предупреждала её о визитах Алика и дважды о приезде Стаса и Верочки.

Больше о её тайном убежище не знал никто.

— Ого! Сколько всего накупила! — Алик встретил её улыбкой и принял пакеты. — Тебе тяжело поднимать нельзя, забыла?

— Да разве это тяжело? — Крис подставила щеку для поцелуя. — А Лиза что не приехала? Занята?

— Распашонки с пелёнками наглаживает. — Алика распирало от гордости: они с Лизой ждали двойню. — Ни к чему ей на сносях путешествовать. Она тебе письмо написала.

Кристина пропустила гостя в дом и вошла следом.

— Чай будешь?

— Буду. — Алик уселся на диван. — С молоком и…

— И без сахара, — закончила Крис и прошагала на кухню. — Помню, помню. Если в силах подождать пятнадцать минут, к чаю будут сырники.

— Звучит вкусно.

— А то! — усмехнулась она и, сполоснув руки, принялась стряпать.

— Как там Лиза? — спросила, ловко вбивая яйца в творог. — Когда вам рожать?

— В конце следующего месяца вроде, — отозвался Алик. — Слушай, Крис, давай я тебе всё-таки телевизор привезу, а? Как ты живешь-то, без телевизора совсем?

— Не стоит, — мотнула головой Кристина. Вместо сахара она добавила в тесто мёд, которым её угостила соседка Шура. Удачное решение. — Я много читаю и мне не скучно. Расскажи лучше про Верочку. Как она?

— В целом хорошо. — Алик небрежно привалился к косяку. Войти в кухню он не мог: попросту не хватило бы места. — Павлов хотел её на реабилитацию в Питер отправить, но Стас твой под подпиской о невыезде, сама знаешь. Вера упёрлась рогом и осталась с ним. Суда ждут.

Кристина кивнула. Теперь, когда отважная птичка-невеличка втрескалась в её непутёвого братца по самые уши, она могла не волноваться за Стасика: рядом с Верочкой он не пропадёт. К тому же, они красивая пара.

Крис принялась обваливать сырники в муке и выкладывать на скворчащую сковороду один за другим. Жаль, в магазин не завезли бананов, а то вообще вышло бы бомбически.

— Про Горских ничего не спросишь? — вкрадчиво поинтересовался Алик, скрестив руки на груди.

— Он сдох? — Крис откинула со лба важную прядь: на крохотной кухонке стало жарко, как в аду.

— Нет.

— Тогда не интересно. — Готовые сырники переместились на тарелку. осталось достать сметану и налить чай. — Приятного.

— Его адвокаты подали апелляцию. — Голос утратил теплоту и прозвучал глухо. — они добиваются освобождения Макса под залог.

Крис уронила чашку, в которую намеревалась налить чай с молоком и без сахара.

— Скажи, что ты пошутил. — Сердце сковало холодом. Руки затряслись.

— В новостях только об этом и говорят. — Алик внимательно посмотрел на неё. — А у тебя телевизора нет.

— Ты поэтому приехал, да? — Крис метнула на него яростный взгляд. Надо бы убрать осколки, но не до них сейчас.

— Он будет искать.

— И найдёт могилу сто двенадцать. — она отвернулась. обхватила себя руками, зажмурилась и закусила губу.

Да, он будет искать. обязательно будет. Проклятье!

— Кристина… — Гость осторожно коснулся её плеча. — Пожалуйста, разреши мне сказать Серёге, где ты.

— Нет.

— Чёрт! — Алик всплеснул руками. — Ваше расставание — полнейший идиотизм. Вы же…

— Он спрашивал обо мне? — Крис всё еще стояла спиной к своему благодетелю.