Чтение онлайн

В начале 90-х годов, когда в России практически не было никакой духовной литературы, отец Герман несколько раз привозил эти драгоценные тома про оптинских старцев и дарил их братии Оптинского монастыря. Братия монастыря очень благодарила его за эти книги, так как они возрождали оптинский дух. Настоятель игумен Венедикт сказал, что многие приезжающие в Оптину свидетельствуют, что пришли к Православию под влиянием этих книг.

Отцам Герману и Серафиму эти драгоценные книги, из тиража, некогда изданного в самой Оптиной Пустыни, но потом почти в полном объёме уничтоженного большевиками, передали супруги Концевичи. Иван Михайлович и Елена Юрьевна в 40-х годах прошлого века тратили чуть ли не последние деньги, чтобы только выкупить книги оптинской библиотеки, распродававшейся с аукциона в Париже. К слову сказать, Иван Михайлович Концевич – это брат Епископа Нектария Концевича, они оба являлись духовными чадами преподобного Нектария Оптинского.

В Америке отца Германа знали как ревностного проповедника, который объездил почти весь мир с православной миссией, он был инициатором открытия десятков православных книжных магазинов и приходов во многих странах мира. Известный в Америке протоиерей Роман Лукьянов говорил об отце Германе: «Его надо понимать как выдающегося православного миссионера!» Когда Владыка Иоанн Максимович был жив, он называл Глеба и Евгения своими любимыми духовными чадами, вероятно, прозревая в них своих преемников на ниве духовного просвещения Западных народов.

Так и получилось – отец Герман был продолжателем апостольского служения Владыки Иоанна. А как только появилась возможность приехать отцу Герману в Россию, он это сделал! Зная, что с открытием «железного занавеса» на Россию ринулись проповедники других конфессий и религий, он прилетел через океан, чтобы передать русскому народу то, что было уничтожено большевиками, – память о своём великом прошлом, о Святой Руси, о том, что в жилах новых поколений русских людей струится кровь Святой Руси…

Интересный момент – когда батюшка приехал впервые в Россию, он пал на землю и целовал её… Так любил он свою Родину – Россию, в которой волею судеб не суждено было ему прожить свою жизнь…

С мирской точки зрения отец Герман был успешный человек. Благодаря своей решительности и деловому складу ума ему удалось за достаточно небольшой период времени купить матери дом с видом на море (это одно из условий, которые она выдвинула для ухода Глеба в пустынь), открыть православный магазин, издательский дом, купить участок земли и основать там монастырь, быть его духовным лидером и пастырем для очень многих людей в разных странах мира. Достоверно известно, что у батюшки были духовные чада в Америке, Австралии, Германии, Дании и, конечно, в России.

Знаменитая «монашеская лагуна» – Еловый остров, где когда-то подвизался сам преподобный Герман Аляскинский, являлся собственностью гражданина США Глеба Дмитриевича Подмошенского. Кстати говоря, ему за эти земли предлагали огромные деньги! Он – нет, ни в какую! При этом ходил в потертой до дыр рясе и дырявых ботинках.

Несомненно, отец Герман был необычайный подвижник. Те, кто был в Платине (Калифорния, США) или хотя бы видел фотографии крохотной келлии отца Германа, находящейся в дебрях леса, в которой он прожил не один десяток лет, могут себе чуть-чуть представить, чего это ему стоило!

Как-то батюшка поделился с окружающими, как они с отцом Серафимом голодали, мёрзли, какие труды и лишения терпели в своей пустыни! Можно только удивляться, как люди так могли подвизаться… Есть много свидетельств о том какие видения, страхи и демонические нападения пережили пустынножители.

Известный своими письмами о духовной жизни Преподобный Иоанн (Алекссев), так же как и отец Герман, был пустынножителем. Вот что он писал одному человеку: «Жил я один в маленьком домике в Предтеченском скиту на Валааме. Сам себе готовил еду, растил овощи, а хлеб брал из монастыря, изредка и сам пек. Ночи любил проводить без сна, ложился всегда после двенадцати, в два или три часа. Конечно, днем спал, сколько требовалось природе. Однажды, в девять часов ночи, согрел самоварчик и вместо ужина стал пить чай. Вдруг слышу, что кто-то идет по коридору, отчетливо слышны шаги человеческие. Хорошо помню, что двери заперты. У меня мурашки пошли по телу, а кот сгорбился, и шерсть поднялась у него, точно ждет кого-то: откроется дверь, и войдет к нам. Я взял лампу, вышел в коридор, осмотрел везде, нет никого. Конечно, неверующий скажет, что это галлюцинация. Нет, это не галлюцинация, а именно бесы. Иногда были слышны стуки в раму, когда я читал свое правило, но всё не буду описывать».

На взгляд близких батюшке людей, больше всего в уникальной личности отца Германа привлекает именно его духовный облик. И главное, что его характеризует, – это, конечно, удивительное смирение батюшки. Святые отцы учат, что главным признаком обновленного человека является смирение, и указывают на то, что Бог есть величайшее смирение.

Бог стал человеком, уподобился во всём Своему творению, кроме греха. Это ли не смирение Бога? Христос добровольно взошёл на крест – в этом проявилась величайшая любовь Божия к падшему человеку и величайшее Его смирение. Итак, смирение – это божественное свойство. Отец Герман говорил о смиренномудрии как об одной из основных добродетелей, на которой зиждется всё здание спасения человека. Но что же такое смирение? Пару слов надо об этом сказать, так как для очень многих это понятие является камнем преткновения.

Смирение это не раболепство, не забитость, не пресмыкательство, не смиренничанье (игра в смирение), не покорность, не пассивность, а реальное видение человеком себя, своей души, её болезней – это то, что святые отцы назвали познанием себя. Внешне человек может быть очень нравственным: всем улыбаться, ходить в Церковь, подавать нищим, молиться и поститься, делать добрые дела… А что же внутри у этого человека может происходить при всех этих положительных характеристиках? А внутри у него может расти самомнение и гордыня как на дрожжах от его «добродетельной» жизни… Это то, что святые отцы называют состоянием прелести (то есть лести самому себе. Приставка «пре» означает высокую степень чего либо. В данном случае – лесть самому себе в высшей степени о своей «святости» и «добродетельности»). Пусть такой человек заглянет внутрь себя и посмотрит: а что ещё внутри есть? Зависть, неприязнь, лукавство, раздражительность, гневливость, несдержанность, озлобленность, плотские грехи… И вот когда человек увидит в себе свои страсти и грехи, увидит, что он не может не осуждать, не раздражаться, не ссориться с близкими людьми, не объедаться, не злиться, не тщеславиться. Он также поймёт, что не может сам справиться с этими грехами, а только с помощью Божией, – тогда человек начинает понемногу смиряться.

А как понять, есть у человека смирение или нет? Есть ли какой-то критерий, чтобы увидеть это? Вот он, этот критерий. Человек, у которого есть смирение, никого не осуждает, так как знает, что он сам грешник, он даже оправдывает человека, который грешит, молится за него.

Все святые имели величайшее смирение. Удивительный факт: святые видели себя самыми большими грешниками. И напротив, человек, который живёт во грехе и считает это нормой жизни, видит себя хорошим, даже праведным (ведь он никого не убивает и не грабит) и, конечно, осуждает с высоты своей праведности всех направо и налево.

Можно приводить бесчисленное количество высказываний и примеров из жизни святых, говорящих о важности смирения. Приведём некоторые из них.

Когда умирал Сисой Великий, он просветился как солнце – на него стоящая рядом братия не могла даже смотреть, так светился его лик… И вдруг слышат, что Сисой молится. Они спросили: «О чём ты молишься, Сисой?», он ответил: «Я молюсь, чтобы Бог дал мне ещё время на покаяние». Все были в недоумении и сказали ему: «Сисой, тебе ли каяться?» – «Я не знаю, братия, положил ли я хоть начало покаянию моему».

Ещё один интересный пример из Патерика. Как-то приходит к старцу монах и говорит ему: «Отче, во время молитвы я вижу Ангелов». Старец отвечал: «Это не велико. Велико будет, когда ты увидишь себя ниже всей твари».

Вот слова преподобного Иоанна Лествичника: «Мы не будем отвечать на Страшном Суде, что не богословствовали и не творили чудес, а ответим, что не плакали о своих грехах».

Известный духовник схиигумен Иоанн Алексеев в своих письмах пишет («Письма Валаамского старца»): «Не бойся, что видишь себя худой – это ведёт к смирению, а видеть себя святой – явная прелесть бесовская». Таких цитат и примеров можно приводить множество. Все они показывают самосознание святых: они видели себя недостойными Царствия Небесного, они видели себя великими грешниками.