Чтение онлайн

– Что-то с аккумулятором.

– Это и так понятно. А подробности?

Маша пожала плечами:

– Он не сообщил, сказал только, что аккумулятор бракованный.

Он опять внимательно посмотрел на нее, раздумывая, сообщать или нет Маше, что он расстался с Леной. В конце концов сказал, без предупреждения меняя тему, не сомневаясь, что Маша поймет, о чем речь:

– Мы расстались.

Секундная пауза. Потом она моргнула и, совершенно не изменившись в лице, ответила:

– Понятно.

Словно это не касалось ее лично. Единственным признаком того, что она помнит об их договоре и замечает его внимание, были секундные паузы в ее движениях. Он смотрел на нее - а она замирала на мгновение, даже, кажется, не дышала, а потом продолжала заниматься делами. И что прикажете с этим делать? Ни призывных взглядов, ни кокетливых улыбок, ни обиженных напоминаний об их договоре - ничего, что развязало бы ему руки. Договор договором, но он совершенно не представлял, что сможет в первый раз заняться с ней интимными делами в офисе. Не на свидание же ее приглашать?..

И все-таки именно это он и сделал ближе к вечеру, когда с делами было покончено. Он тянул их как мог, но за полтора часа до конца рабочего дня не мог придумать уже совершенно ничего, чем стоило и, главное, хотелось заняться. Он вышел в приемную.

Маша оторвала взгляд от экрана компьютера и посмотрела на него.

– Владимир Борисович?
– очень деловым тоном спросила она.

– Не поужинаете со мной сегодня в восемь?
– очень официальным тоном спросил он.

Секундная пауза.

– Да, конечно, - вежливо и размеренно ответила Маша.

Интересно, какие мысли пронеслись в ее голове за эту секунду?..

Маша старалась не думать, чем может окончиться вечер. Вчера он расстался с одной девушкой. Сегодня ведет почти что на свидание вторую. Чем все может окончиться?.. Всем, чем угодно, по правде говоря. И все-таки самым вероятным был самый неприличный исход. И оттого Маша чувствовала жуткую неловкость, которую тщательно пыталась скрыть.

Дома она подумывала сменить деловой костюм на что-то более легкомысленное, но не сделала этого по нескольким причинам. Первая - возможно, ей завтра с утра придется ехать на работу из квартиры босса. Странно она будет смотреться, если появится в кафе с пакетом одежды в руках. Поэтому просто сунула в свою бездонную женскую сумочку смену белья. Вторая - для нее ведь эта ночь, если таковая состоится, просто работа, следовательно, и одежда должна быть рабочей. Хотя, учитывая специфику, подошло бы как раз нечто чересчур легкомысленное. Третья - нельзя же ведь показывать боссу, что она прихорашивалась перед свиданием. Было его приглашение на ужин свиданием или нет - она не осмелилась уточнить. Чем бы оно ни было, главное, чтобы закончилось... в постели.

Маша пришла в кафе минута в минуту, но Владимир уже ждал ее.

Разыгрывать официоз и равнодушие ей всегда удавалось практически без проблем. Поэтому, несмотря на то, что из-за жуткого волнения практически не ощущала голода, она заказала в дополнение к кофе салат и даже съела его, пока разговаривала с Владимиром Борисовичем. О, наверное, на ближайший вечер стоит забыть об отчестве. Или же упоминание отчества лишний раз придаст всем предстоящим событиям больше официальности?..

Начал босс с каких-то деловых вопросов, на которые Маша отвечала, даже не задействуя мозг, сама же думала о всяких других вещах, но босс внезапно сменил тему.

– Кто был твоим первым?

Она застыла на мгновение, потом медленно закрыла глаза и открыла, покачала головой, выдавив из себя насмешливую улыбку, и напомнила:

– Ничего личного.

Он усмехнулся в ответ.

– А кто вторым?
– спросил он. Маша улыбнулась, понимая, что он поддевает ее и ответ не требуется. Хотя на этот вопрос можно было бы и ответить: ``Ты''. Но ему об этом знать не следует, наверное.

Через несколько секунд она сделала последний глоток кофе.

– Хочешь посмотреть, где я живу?
– небрежно спросил он.

О... О-о-о... Все-таки так... Маша вдруг четко осознала, что имеет полное право сказать ``нет''. Несмотря на то, что она дала слово, Владимир абсолютно не принуждал ее, и с легкостью принял бы сейчас ее отказ и отвез бы ее туда, куда она попросила.

– Хочу, - не отводя от мужчины глаз, ответила она. Как же все-таки было страшно... И от этого страха что-то сжималось внутри. Но чего же ей бояться?..

– Точно?
– переспросил он.

– Точно, - девушка постаралась вложить в слово всю свою решимость и скрыть неуверенность.
– Мне надо позвонить, извини.

Владимир кивнул и спросил:

– Кому?

Маша ответила той самой улыбкой ``ничего личного'', отошла на пятнадцать метров к цветущим клумбам и даже отвернулась, чтобы, не дай Бог, он даже по губам не смог ничего угадать.

Наталья Павловна ответила с первого гудка.

– Алло?

– Мам, я не знаю, когда вернусь. Может быть, даже завтра, после работы.

– Ночуешь у Ксюши, - уточнила мать.

Маша секунду подумала и решила сказать правду:

– У босса.

Теперь настал очередь матери мгновение потормозить.

– Какие-то срочные дела?
– осторожно спросила она.

``Очень срочные'', - подали голос гормоны девушки.

– Надеюсь, что нет, - усмехнулась она в трубку.
– Что-то вроде свидания.

– О-о...
– ответила мать, просто донельзя удивленная.
– Что ж, тогда до завтра. Не смею задерживать.

– Спасибо, мам. Пока.

С кривоватой улыбкой Мария подошла к столику, где ее дожидался мужчина.

Ее дожидался мужчина!.. Вы только вслушайтесь в эти слова!

Глава 7

Основной поток машин к этому часу иссяк, и Владимир доехал до своего района всего за пятнадцать минут.

Маша сидела на пассажирском сидении совершенно неподвижно и за всю поездку не произнесла ни слова, просто глядела в окно.

Когда он подъехал к серии высоток, в одной из которых была его квартира, девушка как-то очень странно улыбнулась.

– Знакомые места?
– спросил он.

– Да, вот в этом доме живет моя подруга.

Они проехали еще немного, миновав Ксюшин дом и еще несколько подобных, и остановились. Маша вышла из машины, не дожидаясь, пока мужчина откроет ей дверь. Не такое это сложное дело, в конце концов, - выйти из машины.

– Не передумала?
– спросил ее Владимир, стоя с другой стороны своего автомобиля.

Маша, насмешливо улыбнувшись, отрицательно покачала головой. Босс перестраховывался, очевидно, до сих пор опасаясь, что она может подать на него в суд. Она, конечно, не собиралась этого делать.

``А в случае отсутствия домогательств? За нарушение трудового договора?'' - подали голос взвинченные гормоны.

Но Владимир Борисович ждал ответа, очевидно, не поняв смысла ее молчаливого отрицания.