Чтение онлайн

Слишком больно. Неправильно. Горько было осознавать, что человек, одним из первых протянувший мне руку помощи, желал лишь одного — моей смерти.

— Такой дар, — он вышел вперед, чуть откинув с лица капюшон добротной кожаной куртки, — такие возможности… Сила, которая могла совершить настоящий прорыв, искра, от которой слепит глаза… Дар… истинный дар мага… Во что ты превратила все это, Айрин? Так бездарно распорядилась тем, что даровала тебе сама магия. Это преступление! Вопиющее надругательство над самой Магией!!

— А вы станете именно тем, кто приведет в исполнение приговор? — голос Лемма прозвучал жестко. — Возомнили себя высшей силой? — Брокк стоял чуть впереди, на две трети закрывая меня от подавшегося навстречу мага. Я не могла видеть его лица, но была уверена, что светлые глаза горят презрением, а лицо стало невозмутимо-спокойным. Лемм был собран, спокоен, невозмутим и уверен в себе. По крайней мере, именно такое впечатление он производил.

И если бы я не знала о наполовину опустошенном резерве и ране на голове, ни на минуту бы не усомнилась в том, что он полностью контролирует ситуацию.

— Леммард Брокк, — задумчиво произнес профессор Майерс, полностью откидывая капюшон на плечи, — не могу сказать, что испытываю радость от нашей встречи, но в то же время, я ничуть не удивлен. Ваша семейка всегда стремилась из любой ситуации возыметь свою выгоду. Урвать кусочек пожирнее.

Лемм только неопределенно хмыкнул в ответ. Я почувствовала, как напряглась его спина — он готовил заклинание.

— Не стоит, — на губах профессора Майерса появилась знакомая улыбка. А взгляд сделался таким… понимающим, проникновенным. Он всегда так смотрел на адептов, когда понимал, что сидящий перед ним студиозус совершенно не подготовлен по предмету, но пытается выкрутится изо всех своих сил, тем самым закапываясь еще глубже. У меня защемило сердце. Горечь стала невыносимой. — Здесь мои владения. Твоя магия в этом месте не причинит мне вреда.

Лемм ничего не ответил, но заклинание демонстративно развеял. Слишком демонстративно, надо признать.

— И что дальше? — собственный голос показался мне чужим, незнакомым. — Что вы будете делать дальше? Убьете нас? Призовете потустороннюю сущность, чтобы напитать ее? Что дальше?!!

— Айрин, Айрин, — профессор покачал головой и посмотрел на меня с сожалением. — Ты все такая же импульсивная. Доверчивая. Прожитые годы ничему тебя не научили. Ты по-прежнему предпочитаешь бросаться на тех, кого считаешь врагами с открытым забралом и поднятым вверх мечом.

Он говорил и говорил. Смотрел мне в глаза, улыбался такой знакомой улыбкой.

А я вспоминала… картинки сменяли друг друга перед глазами и они были настолько яркими, отчетливыми, словно я переживала все те события заново.

Я вспоминала тот день, когда профессор Мастерс притащил меня в Академию. Словно наяву видела высокие своды парадного холла. Длинные галереи и коридоры, устланные ковровыми дорожками. Портреты выдающихся выпускников на стенах. Там был и портрет моего отца. Я потом нашла его, много позже. И долго простаивала напротив, вглядываясь в суровое лицо боевого мага, героя Райены, погибшего, спасая жизни своих сослуживцев.

Я вспоминала тот самый момент, когда Мастерс втолкнул меня в кабинет ректора.

— Как вас зовут, мисс? — поинтересовался маг, чуть скривив губы в улыбке. — Расскажите нам о себе. Откуда вы родом? Кто ваши родители? Как получилось, что ваша искра проснулась так поздно?

Я молчала. Растерялась, не знала с чего начать. Сидела, опустив голову, и теребила подол платья.

— Господин ректор, — произнес вдруг второй из присутствующих магов. Он был явно старше и лорда Аргона и, уж тем более, профессора Мастерса, Миленький такой старичок, располагающий к себе, — вы пугаете эту юную леди.

— Эта юная леди, профессор Майерс, маг. И маг сильный. Ей не пристало пугаться кого бы то ни было.

Я сглотнула и еще ниже опустила голову, едва не упираясь лбом в собственные колени. Как-то непривычно было, когда о тебе вот так говорят. Странно так.

— Рассказывайте, мисс, — это было уже мне.

— Меня зовут Айрин Лайрон, я сирота. Родители погибли, когда мне было пять лет, и с тех пор я воспитывалась в приюте. Про магию и эту… искру ничего не знаю. Даже не подозревала, что во мне это есть, пока сегодня… сегодня… — я замялась, не зная, как продолжить. Понятия не имела, рассказал ли Мастерс о происшествии в трактире и обстоятельствах, при которых эта искра во мне пробудилась, — все не случилось.

— Вам повезло, милочка, что профессор Мастерс оказался рядом и сумел погасить всплеск. В противном случае вы могли пострадать сами и покалечить кого-нибудь еще, — участливо произнес профессор Майерс.

Остальные просто закивали.

— Ну что же, — ректор покачал головой, — все ясно. Профессор Мастерс, уж коль вы приняли такое участие в судьбе этой юной леди, то будьте так любезны, потратить на нее еще немного вашего времени. Отведите мисс… Лайрон к госпоже Дортиз, пусть она оформит все необходимые бумаги.

Я тут же вскочила на ноги, намереваясь как можно скорее покинуть сиятельных магов. Вот неуютно мне было в их присутствии.

— Еще минуточку, юная леди, — остановил меня как это ни странно именно профессор Майерс, — вы не знаете, ваш батюшка, он случаем не был магом?

— Не знаю, — пожала плечами. — Мне пять лет было, когда родителей не стало. В приюте рассказывали, что отец мой на границе воевал и не вернулся, а мама заболела и умерла. Родственников, желающих взять меня на воспитание, не нашлось, так я и оказалась в приюте, — я не испытывала никаких сильных эмоций, рассказывая об этом. Давно уже пережила и отболела. Да и родителей помнила плохо, отца так и вообще никак не могла припомнить, как ни старалась, а мама… только голос иногда слышала во сне и песню, которую она часто пела мне перед сном.

— Мне почему-то знакома ваша фамилия, — нахмурился профессор. — Память уже не та, что раньше, всех и не упомнишь, но… Лайрон… Лайрон… к тому же такая искра не могла появиться сама по себе, скорее всего… — он что-то еще бормотал себе под нос, потирая рукой подбородок.

А я… смотрела на него и… не знаю… не могу даже описать, что именно чувствовала в этот момент… Безразличие? Отстраненность? Я знала, что мои родители умерли, знала, что они меня не бросали и… я смирилась с тем, что одна на всем белом свете, а теперь вот этот незнакомый мне по сути маг, пытается воскресить демонов, которых я давно уже спрятала в самых потаенных уголках своей души.

— Лайрон… — снова пробормотал маг и вдруг подскочил. — Ну конечно же, как это я сразу запамятовал. Помните, господин ректор, Анри Лайрон, очень талантливый мальчик. По вашей, Мастерс, части проходил, боевик. Он еще женился на последнем курсе. Девочка была… ее не помню, из целителей вроде или… артефактор? Нет, уже не вспомню.

Ректор только плечами пожал. Впрочем, я его не винила — попробуй, упомни всех выпускников? А профессор Майерс обернулся ко мне:

— Если хотите, я попробую поискать в старых выпускных альбомах что-нибудь о ваших родителях. Устроитесь и приходите ко мне.