Чтение онлайн

— Спасибо, — отказываться не стала, отобрала платок, очень аккуратно вытерла об него пальцы и, подумав всего минуту, спрятала в собственный карман. — Нашла кое-что, но не уверена, что это нам как-то поможет.

— Рассказывай, — вздохнул лорд градоправитель, небрежным жестом смахивая на пол, разложенные на стуле бумаги, и усаживая на этот стул… себя, в общем.

Уселся, улыбнулся и потянулся к пирогам.

— А может и зря, я мисс Марго себе не забрал? — задумчиво произнес лорд градоправитель, неторопливо пережевывая пирог с творогом и яблоками, — хоть кормили бы меня регулярно. И вкусно.

Я фыркнула и отставила в сторону пустую уже чашку.

— У тебя свой секретарь есть, так что руки прочь от моего!

Антуан вздохнул как-то слишком печально, а мне вспомнилось происшествие в моей собственной приемной, которое, кстати, было далеко не первым и не самым шумным. Можно было даже сказать, что сегодня оба секретаря разошлись миром и без особых потерь. А ведь бывали случаи, когда их приходилось едва ли не растаскивать силой. До рукоприкладства, конечно, ни разу не доходило, и мисс Марго и господин Беркли слишком ценили собственное положение и занимаемые должности и прекрасно знали, что будет, если они позволят себе переступит рамки, установленные его светлостью сиятельным лордом Шарианом, милостью богов и его величества, градоправителем славного города Орума.

— Зачем ты его тогда держишь возле себя, раз все так плохо? — вопрос, который, в сущности, я задавала с периодичностью раз в неделю на протяжении последних четырех лет. С того самого славного дня, когда великолепный и несравненный лорд градоправитель уступил просьбам собственной матушки и принял на службу в должности своего секретаря досточтимого господина Илая Беркли, сына давней приятельницы леди Шариан.

Лорд градоправитель снова вздохнул. Доел пирог, щелчком активировал слабенькое заклинание для очистки собственных пальцев. Антуан был очень слабым магом, настолько слабым, что его даже не приняли в академию, но некоторые бытовые заклинания, не требующие большого вливания энергии или яркости искры, неплохо ему удавались, за счет многократных тренировок, чем он не брезговал пользоваться, в отличие от меня. Несмотря на ярко сияющую искру и приличный резерв, я не имела никакой предрасположенности к бытовым заклинаниям, как и большинство боевиков.

Магистры на лекциях объясняли это тем, что привыкнув вливать силу полным потоком, мы не можем научиться дозировать ее. Попросту говоря, когда ты изо дня в день выкладываешься по полной, творишь магию, способную стереть с лица земли целый город, взорвать скалу или осушить океан, очень трудно не попасть впросак, пытаясь зажечь свечу щелчком пальцев или не распылить в пространстве, скажем, платье, пытаясь отчистить грязные пятна с подола. Прецеденты случались даже у меня, потому-то теперь я старалась не использовать магию в быту, за исключением тех редких заклинаний, которые смогла довести до автоматизма и выполняла практически не задумываясь.

— Илай не так уж и плох, — со вздохом ответил лорд градоправитель, провожая обиженным взглядом последний кусок пирога, который я утащила, можно сказать у него из-под носа. — Он трудолюбив и исполнителен, документы держит в порядке и не забывает вовремя известить меня об изменениях в расписании. А еще он единственный из всех претендентов, кто не докладывает моей матери о каждом моем шаге и, что немаловажно! — тут Антуан ухмыльнулся как-то особенно издевательски. — Господин Беркли не мечтает снискать мое расположение и занять тепленькое местечко если не в моем сердце, то в моей постели. Так что, — он развел руками, — Илай на сегодняшний день идеальный секретарь.

— Только он слишком привержен правилам этикета и обладает удивительно гадким характером, — не могла не удержаться от шпильки я. — И не умеет печь пироги.

Историю появления в ратуше, а именно, в приемной лорда градоправителя небезызвестного господина Илая Беркли, я знала очень хорошо, сама была свидетелем того, как матушка Антуана, знакомила своего сына с вышеупомянутым господином. И честно говоря, увидев впервые это рыжее недоразумение, я усомнилась в том, что у него все в порядке с головой. Впрочем, эти мысли не покидают меня и по сей день, несмотря на то, что я сама несколько раз проводила тайное ментальное сканирование сего господина. Но суровый лорд градоначальник, держащий если не в страхе, то в повиновении весь город, отчаянно пасовал перед собственной родительницей. Или, что будет вернее, предпочитал не спорить с матушкой, обходясь малой кровью. Лишь в одном вопросе они так и не пришли к взаимопониманию: Антуан отказался наотрез выполнять требование родительницы, а леди Шариан, обвинив во всем почему-то меня, так и не смогла успокоиться и до сих пор не упускает возможности выказать свое пренебрежение и обливает меня холодностью.

— У каждого свои недостатки, — пожал плечами Антуан, вздохнул, наблюдая за тем, как я снова вытираю пальцы о им же презентованный платок и резко поднялся. — Ты вот, например, упорно пытаешься спорить с природой и старательно загоняешь себя в могилу. Пойдем, несчастье, хоть накормлю тебя. Я, кстати, тоже еще не обедал.

— А… работа… — я несколько растерянно оглядела разбросанные на столе и под столом документы, покосилась на три папки, отложенные мной в результате ознакомления с преступной обстановкой в Оруме за последние месяцы.

— И куда она денется? — пожал плечами Антуан. — Но если ты так хочешь, то расскажешь мне все, что нарыла, по дороге, а документы я потом захвачу, когда вернемся. У меня еще несколько встреч и заседание с главами гильдий, на котором, кстати, твое присутствие тоже обязательно, — мстительно произнес этот невозможный мужчина, удовлетворенно наблюдая за тем, как я недовольно морщусь.

Пришлось вставать, выбираться из-за стола, разыскивать собственную куртку, поскольку начало осени в Оруме никогда не радовало хорошей погодой и теплом и топать вслед за непосредственным начальником. Впрочем, не могу сказать, что предложение Антуана вызвало во мне отторжение или недовольство — пары пирогов, какими бы вкусными и сытными они не были, явно недостаточно для магини, только вчера едва не отправившейся на тот свет из-за магического истощения и активно пытающейся вернуть себе былую силу и пополнить резерв. Еда и сон в моем случае — лучшее лекарственное средство.

В секретарской я тепло поблагодарила мисс Марго за пироги, попросила ее передать Сэму, что мне требуется незамедлительно пообщаться с ним и отправилась догонять градоправителя.

Антуан ожидал меня в холле ратуши.

— Готова? — чисто из вежливости поинтересовался он, завидев, как я медленно, стараясь не делать слишком широких шагов, выползаю из коридора. Тело уже не отзывалось острой болью и слабость почти совсем прошла, но рисковать мне не хотелось. — Идем. Сегодня в «Трех дубах» день свиных ребрышек. У меня от одного только предвкушения голодный обморок может случиться.

Я лишь улыбнулась в ответ, устроила свою ладошку на сгибе локтя лорда градоправителя и торжественно объявила:

— Веди меня на встречу судьбе и свиным ребрышкам!

Антуан фыркнул в ответ и, собственно, повел меня на выход из ратуши.

Трактир «Три дуба» располагался аккурат напротив входа в старую башню, приспособленную местными властями под обиталище местной власти. Это было приземистое, но крепкое даже с виду двухэтажное здание, с огромными окнами, выходящими на саму площадь, высоким крыльцом и резными ставнями.

Время было уже далеко не обеденное, и потому площадь не выглядела особо оживленной. Пока мы с Антуаном чинно спускались с высокого крыльца ратуши, я успела отметить наряд стражи, патрулирующей улицы, скрывшийся за ближайшим углом, няню, ведущую за руку карапуза, лет четырех, и явно уговаривающую его быстрее передвигать маленькими ножками, пару кумушек, выпорхнувших из дамского салона готового платья…

Обычная картина для обычного провинциального городка. Тихо, мирно, спокойно, ничего не предвещает беды…