Чтение онлайн

Глава 9: Переломный момент нашей любви

«Я никогда не был по-настоящему сумасшедшим, кроме тех случаев, когда было затронуто мое сердце».

Эдгар Аллан По

Харпер

Вопрос моей безопасности был последним, о чем я думала, когда услышала предостережения Вона. Мне нужно было покинуть это место. Очутиться подальше от него. Подальше от его трагедии, пока моя не искалечит его еще сильнее.

Я сделала глоток воздуха, и вместе с ним в мои легкие попала... вода. Когда успел начаться дождь? Я посмотрела вверх, но мои глаза не перестали дрожать от дождя и слез. Я ужасно ненавидела эти слезы! Я так устала плакать! Куда ни шло, когда плачешь не на людях, и можешь хоть как-то себя контролировать. А тогда я совсем потеряла контроль. Я не хотела такую жизнь. Я не хотела, чтобы у меня и Вона была такая жизнь.

Я кричала на дождь, на небеса, на этот мир, наполненный такой сильной болью. Я кричала, пока мое горло не начало гореть от огня и холода одновременно. Я кричала, пока Вон не схватил меня за плечи и не прижал к своей груди. Как только мой крик исчез, начались рыдания. Их я тоже ненавижу, но тогда они взяли надо мной верх. Как и Вон.

Нет! Я оттолкнула его и запустила руки в растрепанные, мокрые волосы, всего за долю секунды я успела прокрутить в памяти, как прошли последние несколько недель, а потом вновь обнаружила себя там, — стоящей под дождем, с разбитым сердцем от парня, который искал надежду в моих глазах. У меня не было надежды. Если бы я могла, то с радостью дала бы ему все, в чем он нуждался, но жизнь — сложная штука.

— Блу, — умолял он, по его губам стекала вода. — Поговори со мной.

Мне следовало все ему рассказать еще в первый день. Надо было оттолкнуть его еще тогда, чтобы ему не было теперь так больно. Но нет же, я хотела его заполучить, а теперь я причинила ему боль. Но я не допущу, чтобы он видел, как умрет еще один человек. Я не могла допустить, чтобы он вновь испытал ту пустоту от одиночества после того, как я умру.

Поэтому я отстранилась от него, моя грудь сотрясалась от рыданий, которые так и хотели вырваться наружу, но я уже успела взять себя в руки, поэтому стала успокаиваться. Он заметил это, заметил и то, что я отстранилась от него, от нас. У него расширились глаза и он, будто не веря им, стал мотать головой, пока я утвердительно кивала.

— У нас ничего не получится, — произнесла я. — Ты испытал очень много боли и я не собираюсь причинить тебе еще больше страданий.

— О чем ты? — он сделал шаг вперед, протягивая ко мне руки, но я отстранилась еще дальше, и стояла уже у грузовика, оказавшись будто в ловушке. Мы оба очень промокли, и я уже могла видеть тело сквозь его футболку, а он видел мое, но нам было все равно. Он прекратил приближаться ко мне, и я подумала, вероятно, он переживал, что я бы сбежала. Он был прав. Должно быть, до дома была не одна миля, но я бы убежала от него, если бы пришлось.

— Ты и так испытал немало сердечных мук, Вон. Я не могу больше выносить этого. Мое сердце не настолько сильное, да и твое тоже.

— Моего хватит на нас обоих. Не волнуйся. Мы сможем пройти через все это. Блу, я был один. Один, пока не появилась ты. С того времени мое сердце начало исцеляться. С тобой у меня всегда будет надежда на будущее и счастье.

— В том-то и дело, — крикнула я, но он не понимал. Как ему понять, если он упускал самую важную деталь. — Я не хочу тебя ранить, и неважно, что именно это я и делаю, неважно, как сильно я тебя люблю, но все равно это произойдет. Если я отпущу тебя сейчас, то будет легче. А если нет...

Я не знала, был ли это дождь в моих глазах, но клянусь, в его глазах стояли слезы, и я вконец ненавидела саму себя за это. Я ненавидела себя, пока он снова не взял меня за плечи и начал безуспешно пытаться вытереть мое лицо от воды.

— Мое сердце сильнее благодаря тебе, Блу. Моя воля крепче. Вместе мы сильнее.

Мое сердце болело так, будто внутри меня горел огонь. Мне было страшно, и от мысли его оттолкнуть я почувствовала себя растерянной.

— Я люблю тебя, Блу. Люблю тебя больше, чем что-либо на земле, и я думал, что наша встреча была предначертана. Ты спасла меня, а теперь... я собираюсь спасти тебя.

Я поцеловала его. Я собирала губами воду, стекающую по его губам, а руки уже обнимали его мокрую футболку. Мои ступни оторвались от земли, спина уперлась в холодную сталь грузовика. Я обвила его тело ногами, а он приближался ко мне все ближе, пока сильно не прижал меня, но мне было все равно. Я хотела еще большей близости. Мне хотелось быть еще ближе к нему и стереть весь мир и все, что причиняет боль.

Я потянула его за футболку, борясь с мокрой тканью и его кожей, пока он не стянул майку через голову. Наши губы разомкнулись лишь на секунду, но мне показалось, что прошло очень много времени, прежде чем мы снова слились в поцелуе.

Не думаю, что мне когда-либо будет достаточно его поцелуев. На этот раз поцелуй был ожесточенным и страстным, и на свете не было ничего лучше его. Но в глубине души я испытывала нечто большее, и я понимала, что это было. Я знала, что он тот самый, и была рада тому, что это был именно он. Я радовалась тому, что дождалась этого момента, чтобы мне было спокойно на душе.

Я не хотела, чтобы он неправильно расценил мои мотивы, — мне хотелось, чтобы он видел меня. И хотя мне отчаянно хотелось не останавливаться и продолжать целовать Вона, я отстранилась, спускаясь на землю, и еще раз вдохнула холодный воздух и дождь.

Он выглядел печальным и напуганным. Я ненавидела это выражение лица, поэтому улыбнулась ему и взяла его за руку. Я вела себя гораздо развязнее, чем могла бы предположить Эйприл, и повела его назад в амбар.

Оказавшись в его комнате, я почувствовала теплоту ее обстановки. Я не говорю про температуру, я говорю про суть. Его комната источала всю суть любви. Для кого-то это был просто чердак в амбаре, но я чувствовала себя там как дома и в безопасности.

Мое сердце колотилось и выпрыгивало из груди, когда я вновь подошла к кровати и посмотрела на Вона. Он выглядел еще более напуганным, поэтому я не смогла сдержать ухмылку.

На его лице вновь появилась улыбка, и она была прекрасна. Мне снова захотелось почувствовать эти губы. Хотелось чувствовать их повсюду. Он коснулся моих губ и посмотрел на них. Интересно, я тоже выгляжу голодной, как он, когда смотрит на мои губы? От этой мысли мое тело заныло. Я хотела этого и могла сказать, что именно я должна буду сделать первый шаг. Я знала, что он не из стеснительных; но он боялся зайти слишком далеко и оттолкнуть меня. Я не хотела, чтобы он так себя чувствовал, когда мы будем делать это. Мне хотелось, чтобы он чувствовал себя в безопасности и что его любят. Это было нужно не только мне, но и ему. Поэтому я схватила обвисший край мокрой позаимствованной футболки и сняла ее через голову. Мои влажные волосы рассыпались по коже, от чего мне стало холодно, и я стала дрожать.

Вон нахмурился, и прежде чем потянуться ко мне, взял с постели шерстяное одеяло и стал тереть меня досуха. Я не знаю, как что-то настолько несексуальное могло заставить меня почувствовать, что я вот-вот взорвусь. Его взгляд следовал за мягким материалом, когда он вытирал мою кожу. Когда он добрался до моих шорт, он закинул одеяло на плечо, чтобы руками дотронуться до моей кожи, тем самым заставив меня начать задыхаться. Он посмотрел на меня, и в его глазах я увидела энергию. Он так же сильно хотел этого, как и я. Его прежнее волнение растворилось в жаре, — он убирал мои волосы с шеи и гладил кончиками пальцев мою кожу, затем скользнув вниз по моему телу к шортам, он дотронулся до ремешка на талии. Развязав шнурок, он стянул с меня шорты, я переступила через них и оказалась перед ним в бикини, после чего он тоже скинул с себя шорты. Клянусь, у меня случился приступ астмы, только я не болела астмой. Вон стоял в трусах, то есть почти без ничего, пока я была на грани истощения.