Никогда не прощу (Чужой свободы господин)
Шрифт:
Резко открыв глаза, я пристально уставилась на бывшую соседку.
– Ты. Оставила. Им. Ребенка.
Она вздрогнула и попятилась от меня к двери. А мне ни капли не было жаль эту кукушку с затравленным взглядом.
– Ты отдала его в обмен на возможность служить здесь. Ты его хоть раз видела, Лика? Смотрела в глаза тому, кого бросила? Он ведь еще совсем маленький, правда?
Всхлипнув, кукушка выскочила за дверь. Где-то в коридоре загремел брошенный поднос.
Переживает. Вот уж не думала, что мои слова так сильно ее тронут. Пожалуй, еще сильней ее заденет, если мне удастся избежать подобной участи.
Я пожала плечами, равнодушно глядя в потолок. Значит, нужно сделать все, чтобы у меня это получилось.
Мне не хотелось думать о причинах своей странной злости. О том, почему в груди поселился противный холод. Очередное разочарование? Не знаю. В конце концов, вампир мне в вечной любви не клялся, да и в мамочки не записывался. Так отчего же так муторно на душе? Почему появилось желание причинить кому-то боль? Хотя бы злобной и никчемной Лике. Как все это мелочно…
Чтобы не загружать и без того воспаленную голову глупыми рассуждениями, я просто прикрыла веки и погрузилась в горячечный бред. Но там меня все также преследовали холодные светло-фиолетовые глаза и клыки, вспарывающие нежную кожу горла, дарящие наслаждение и боль…
Грохот прервал мое забытье. Не знаю, сколько времени я находилась в полубессознательном состоянии, но сейчас испытывала глухое раздражение от того, что его прервали.
Источником грохота явно был горшок, который чем-то помешал очаровательному созданию, затянутому в шелк и кружева.
Следом за ней в мою обитель бочком проскользнула Лика.
– Ты уверена, что это она?
– может, я брежу? У этого розового чуда оказался резкий, прохладный голос. По всему видно, что девушка должна петь и улыбаться, а она… А кто она?
– Что-то вид у нее больно… дохлый, - скривилась незнакомка и сделала повелительный знак рукой. Словно букашку с рукава стряхнула. Лика, очевидно, и была той букашкой, так как поспешила исчезнуть.
– Ну-с, - шурша светлой юбкой, девушка с розовыми волосами и мерцающей, белоснежной кожей подошла вплотную к моему ложу. Движения ее были плавными и нарочито медленными, словно она прилагала усилия, сдерживая рвущуюся из хрупкого тела энергию.
– Поговорим?
Она взмахнула подолом, желая присесть на край кровати, но в последний момент передумала, брезгливо поморщившись. Да, знаю, что не фонтан. Так ведь я вас сюда и не приглашала. Я уже открыла рот, чтобы выказать это вслух, но мне не дали. Незнакомка, видно, намеревалась болтать сама с собой.
– Не понимаю, что Вир в тебе нашел?
Вир? Неужто меня посетила великолепная невеста наследного принца?
Закашлявшись, я с усилием подтянулась на руках и приняла полусидящее положение. Взмокшую спину противно холодила стена, но так, по крайней мере, вампирша не нависала над моим лицом, овевая приторным ароматом цветочных духов. Фу! Не сдержавшись, я зажала пальцами нос.
– Что? Не нравится собственный запах? Мне, знаешь ли, тоже, - ошибочно поняла она мое движение.
Рвотные спазмы начали подкатывать подозрительно близко к горлу, а голова ощутимо разболелась.
– Не могли бы вы отойти подальше, - прогундосила моя глупость, стараясь не дышать.
– Что?!
– вот это “Что?!” было уже гораздо ближе к истине.
– Да как ты смеешь? Ты - пища, ты - никто!
– Ой, подайте горшок, пожалуйста.
– Чтооо?!!!!
– не знаю, кто из нас больше позеленел, но с таким выражением на лице она тоже выглядела не очень.
– Ну, не хотите - не надо. Сама справлюсь.
И, держась рукой за стенку, я довольно резво привстала торопясь достигнуть желанного предмета, и также резво качнулась в сторону гостьи, исторгнув из недр своего организма характерный звук.
Вампирша отшатнулась, глядя на меня в явном шоке.
Честно говоря, мне было не до расшаркиваний с титулованными особами, потому я просто рухнула на колени и исторгла скудное содержимое желудка, едва дотянувшись до горшка.
– Тварь! Гадость! Мерзость!
– комментировали мою персону на заднем плане.
Неужели я, наконец, сумела добиться своего и впервые выгляжу отталкивающе для вампиров?
– Что он в тебе нашел?
– А у него спросить не судьба?
– поднявшись на дрожащие ноги, я прижалась к стене. Комната качнулась перед глазами, но не упала.
– Я бы спросила, но Вир уехал, предоставив тебя мне.
Не может быть. Что-то слабо в это верится. Скорее всего, розовая зараза дорвалась до власти. А впрочем… В голове непрошено всплыли воспоминания о том, как вампир меня целовал, а потом… А что потом? Воспользовался мной, как едой? В конце концов, еда есть еда. Действительно, кто я такая, чтобы со мной церемонится.
Я равнодушна и спокойна. Но почему же так болит в груди? Он ведь обещал…
Тем временем вампирша, очевидно, пришла в себя, так как вновь встала в позу “я королева”.
– Не мое дело спорить с будущим супругом и королем. Если он выбрал тебя, так тому и быть, - тут ее голос приобрел вкрадчивые нотки.
– Я помогу ему “уговорить” тебя подарить нам ребенка.
– К чему эти уговоры, разве сила не на вашей стороне?
– К сожалению, мой суженный обладает излишней щепетильностью, а по закону нужно добиться согласия рабыни. Хотя Вир и против некоторых методов… Это будет моим подарком ко дню свадьбы.
Будущая королева предвкушающее улыбнулась.
– Боюсь, вас ждет разочарование, - злорадно прокаркала я.
– Да что ты! Еще и не таких ломали.
– А каких? Забитых и покорных? Вряд ли еще кто-то мог противоречить вам.
Чего я точно не ожидала, так это того, что изнеженная, воздушная дамочка смазанным розовым пятном метнется ко мне и припечатает к стенке… схватив за горло.
– А ты думаешь, мне можно противоречить? Думаешь, я буду, подобно Виру, сдувать с тебя пылинки? А часто ли мой драгоценный суженный показывал тебе свою сущность?
С каждым словом она приподнимала меня все выше от пола, держа всего одной рукой. Я бы восхитилась такой силой, если бы не чувствовала, что вот-вот задохнусь или голова отделится от тела. А она радостно скалилась мне в лицо. Из-под ровных белоснежных зубов зловеще выглядывали острые клыки.
В момент, когда перед глазами все потемнело, меня небрежно отшвырнули к соседней стенке. Я не хотела стонать, честно! Только не перед ней. Но голова словно раскололась на тысячу частей от встречи со стеной. Тут же горло начало раздирать от удушливого кашля.
– Грязная тварь!
– вампирша брезгливо отряхивала руки и оправляла платье.
– Вот об кого приходится пачкать руки.
Пожаловалась она неизвестно кому.
– Ну, ничего. Мы тебя отмоем. А потом приедет Вир, и ты покорно попросишь его о милости подарить ему ребенка. Уж я-то его достойно воспитаю!