Чтение онлайн

Вроде бы все предусмотрено. Все должно быть в порядке, но… Какой она станет после превращения? Что ждет наши отношения? Будет ли она по-прежнему любить Вайлет и не потеряет ли человечность?

Человечность… А не то ли это, что я в ней люблю больше всего?

Перед глазами появилась Рина такой, какой я увидел ее в первый раз. Такая стремительная, живая, беспокойная. Она вся, будто сотканная из золота сразу покорила меня. И сейчас, когда с возрастом ее движения стали более сдержанными, поступки - более продуманными, а мысли - хорошо скрываемыми, она не потеряла для меня своей прелести.

Более того! Ни одна из любовниц, что прошли через мою постель за время отсутствия Рины, не вызывала такого волнения. Ведь стоит к ней прикоснуться - и все, я изнемогаю от вполне конкретного желания, стоит ей посмотреть на меня этим ее сумрачным взглядом, пристальным, будто проникающим в душу - и меня съедает желание покорять и владеть.

Такую женщину, как редкое сокровище, хочется запереть от всего мира и никуда не отпускать. Ее хочется открывать раз за разом, понимая, что всех тайн, спрятанных в красивой головке, никогда до конца не постичь.

Да будь я проклят! Но я ревную ее даже к собственной дочери! Знаю, что это низко, но ничего не могу поделать.

И в связи со всем вышеперечисленным, в превращении, как ни парадоксально, именно для меня таится опасность.

Ведь Рина после этого больше не будет рабыней. Она будет вольна уйти от меня в любой момент!

Самый большой страх в моей жизни, может воплотиться в реальность, если не возникнет той сильной привязанности, о которой все время твердит голос.

И все же… Долго ли я смогу терпеть ее равнодушие? Когда каждый взгляд любимой женщины, каждое ее движение говорит о том, что она со мной только ради Вайлет.

Я эгоист, но мне нужно все или ничего. Все или ничего!

*****************************

Рина

Ох! Давно она кричит? Я подскочила с кровати, сонно моргая. Вечером Вайлет долго не засыпала, да и ночью какое-то время капризничала, и все ела да ела. В конце концов, я испугалась, что она лопнет или ее вырвет от переедания. Да и у меня голова начала кружиться. Потому, когда малышка уснула, я просто рухнула на кровать и провалилась в черную бездну до утра, а сейчас с огромным трудом проснулась.

– Не суетись. Я подам ее тебе, - удивленно глянула в сторону хриплого голоса, но покорно легла обратно.

В отличие от меня, Вир явно даже еще не ложился и был каким-то усталым. Правда, глаза при этом лихорадочно блестели.

Вампир был одет во вчерашнюю темно-зеленую тунику, в которой любил ходить в замке и мягкие коричневые брюки. Какой-то взъерошенный и домашний, он этим утром показался мне даже несколько человечным.

А с нашей крохой на руках вообще представлял собой умилительную картину. Все так мило, по-семейному… Возможно, я даже смогла бы…

Отогнав странные мысли, вызванные минутной слабостью, я молча протянула руки за ребенком.

Вайлет привычно вцепилась в запястье, а потом аккуратно зачмокала. Удивительно, но в последнее время ее укус никак не влиял на мое эмоциональное состояние. Видимо, яд вампира больше на меня не действовал в таких маленьких дозах.

Я откинулась на подушки и попыталась расслабиться, что было непросто под пристальным взглядом Вира. Он придвинул кресло вплотную к кровати и, сидя в нем, смотрел пристально, молча. Отчего-то стало неловко. По спине огромным стадом забегали мурашки и даже спать расхотелось.

Стоило отметить, что в последнее время Вир все чаще влиял на меня также, как и раньше, больше десяти лет назад. Почему-то все чаще вспоминалось только хорошее из нашего прошлого, а плохое отходило на заднее план.

Я отдавала себе отчет, что скорее всего, начинаю любить в нем копию своего ребенка. Он мне не чужой - и я ничего не могу с этим поделать.

– Уснула?
– тихо спросил Вир, кивнув на Вайлет, и вновь его голос показался чересчур хриплым и усталым. Может, что-то случилось, а он не хочет меня расстраивать?

Да нет! Скорее всего, это просто не мое дело. Или драконы стали выполнять свою часть сделки. Но если это так, почему Вир все еще здесь? Заперт с нами в этом замке?

Я встала, отнесла Вайлет на ее кроватку и решила еще поспать, когда Вир протянул высокий стакан.

– Что это?

– Твое лекарство, - ответил он, как-то напряженно глядя на меня.

– Только не сейчас, - простонала, отворачиваясь от вонючего пойла.

– Нет. Сейчас. Ты неважно выглядишь. Сколько раз ты кормила ее за ночь.

Вместо того, чтобы ответить на вопрос и опять нарваться на нравоучения, схватила стакан и, стараясь не дышать, сделала глоток.

– Ммм, недурно. Серьезно! В этот раз гораздо вкусней, чем раньше. Что туда добавили?

Вир пожал плечами:

– Кажется, повариха добавила туда мяты и что-то еще. Для вкуса… и успокоения.

– Вкусно, - выпив до дна, я поставила стакан на прикроватный столик.
– Пожалуй, надо сказать ей спасибо.

Глаза вновь стали сильно слипаться.

Сильно зевнув, я хотела сесть на кровать, но в этот момент потолок куда-то поехал и поменялся местами с полом…

***************************************

Мир качался. Это чувствовалось даже с закрытыми глазами. Тоска разъедала сердце, как и ощущение какой-то неправильности происходящего. Я приподняла веки и тут же зажмурилась от режущего глаза света, потом проморгалась и решила вновь взглянуть на качающийся мир.

Странно. Здесь было довольно темно. Я заболела?

Должно быть это было произнесено вслух, потому что надо мной тут же склонилось бледное, напряженное лицо.

– Все в порядке. Не беспокойся. Скоро все пройдет, - он даже улыбнулся слегка. Вир. Имя легко всплыло из глубин памяти, но что-то еще вспоминать совершенно не было сил.

– Что со мной?
– голос был тусклым и слабым.

– Все в порядке, - такое ощущение, что он пытается убедить сам себя.

С трудом повернув голову, я огляделась. Кроме странной штуки возле кровати взглядом совершенно не за что было зацепиться: все такое мягкое, темное и невзрачное.

А штука, действительно, очень странная. Длинная палка стояла, ни на что не опираясь, должно быть к чему-то крепилась на полу. Но так как голову поднять не было сил, я не могла рассмотреть подробностей. С ее верхушки свисал прозрачный сосуд с чем-то темным внутри. От него тянулась длиинная трубка из непонятного материала. И тянулась она… к моей руке, неподвижно белеющей в мягком сумраке. Да она же воткнута прямо мне в руку! Испугавшись, я попыталась дернуться, но не смогла даже этого.