Никогда не прощу (Чужой свободы господин)
Шрифт:
– Тшшш, маленькая, успокойся. Ничего страшного не происходит, - сильные пальцы нежно гладили мои волосы, голос вкрадчиво шептал успокаивающие слова. Но меня жутко пугало онемение в руке и странные ощущения во всем теле. Ломота какая-то. И тут, должно быть от испуга, я все вспомнила.
И расплакалась от ужаса. Что он еще задумал? Зачем он это делает?
Теперь я совсем не доверяла успокаивающему голосу. Интуиция вопила, как сумасшедшая, что я не больна, что происходит нечто страшное.
– Объясни мне. Объясни мне! Зачем это? Что это значит? Не молчи! Лучше правду скажи! Неизвестность убивает, понимаешь?
– Тихо, - голос внезапно стал суровым, а лицо приняло угрюмое выражение.
– Так надо. Помнишь, ты сказала, что готова ради Вайлет на все? Я делаю это ради нас. Что бы ТЫ всегда могла быть с нами. Ты же этого хочешь?
До меня медленно доходило все сказанное им. Казалось, в голове что-то тихо щелкает, должно быть, так встают на место мозги. В мыслях прояснилось. Я смотрела на вампира с ужасом.
Нет. Не может быть. Он же не мог… Это вообще невозможно! Иначе… Что иначе? А если превратить человека в вампира, действительно, возможно? Стали бы они рассказывать об этом каждому встречному-поперечному?
Да нет, конечно! И люди узнали бы об этом последними. Как я, например.
Он даже не счел нужным сообщить о своих планах! А Вайлет… Где Вайлет?!
– Успокойся. С ней все в порядке. Она быстро приняла кормилицу и совсем не капризничает. К тому же Вайлет явно привыкает к обычной пище раньше других детей.
Мне хотелось орать, биться в истерике, бить его, наконец, обзывать сволочью, но… Что это изменит?
– И что теперь?
– спросила хрипло и как-то безнадежно.
– Процесс необратим. Его нужно довести до конца. Ты же хочешь, чтобы все было в порядке? Ты нужна Вайлет, а потому нужно довести превращение до конца.
Я усмехнулась. Как явно он все время напирает на мои материнские чувства. Знает, что говорить, зараза! Как будто я без него не понимаю, что нужна Вайлет!
– За что ты так со мной?
– опять полились слезы.
– Что я тебе сделала? Да, я сбежала тогда. Но ты мне уже отомстил за это раз сто! Ты сделал мою жизнь на свободе невыносимой, ты охотился за мной, твои подданные убивали моих друзей! И я даже родила тебе ребенка! Разве это не искупило в полной мере побег одной маленькой рабыни? Почему ты считаешь себя вправе делать еще и это со мной?!
– Побег?
– внезапно он как будто разозлился.
– Тебя только это волнует? А как же убийство, Рина? Ты ведь пошла на убийство, чтобы сбежать. Или эту “маленькую” деталь ты благополучно забыла?
– Ты бредишь!
– Да ну! Мне не приснилось тело моего друга. А уж сколько свидетелей видело его!
– Д-д-друга?
– стало страшно. Очень страшно! Ведь я прекрасно помню, кого он считал своим другом. Все это время я не спрашивала его про Гара, не желая вовлекать отца в историю с моим побегом. Хоть он и был мне чужим, но я вспоминала с теплом в сердце нашу последнюю встречу. И его помощь. А теперь… Что ж это значит? Отец мертв?
– Да! Друга! Помнишь Гара, Рина?
– Я не убивала его.
– Да? А свидетели говорят обратное. Они говорят, что ты была последней, кого видели рядом с Гаром в ту ночь.
– Да, я была с ним тогда, - слезы бежали по моему лицу непрерывным потоком, а голос становился все более слабым, но я должна была рассказать все. Неужели все это только из-за того, что Вир считал меня убийцей друга? Бред какой-то.
– Он помог мне бежать сначала из Донгона… Тихо. Не перебивай. Совсем сил не осталось… Да, ты и твоя Синтия засунули меня в Донгон, а Гар помог сбежать оттуда, увез на повозке полумертвую. И это он помог мне сбежать из города через старую башню. И в последний раз я видела его именно там, на верху, когда он спускал веревку вместе со мной. Я не могла его убить, понимаешь?
– Не может быть… Не может быть,..
– кажется, Вир и сам готов был упасть в обморок.
– Не веришь?
– я горько усмехнулась, чувствуя, что вновь уплываю в небытие. Но напоследок хотелось нанести завершающий удар. На память, так сказать. А вдруг не выживу?
– Я не могла убить собственного отца. Гар - мой отец. Именно поэтому… он помог…
– Не может быть,..
– он явно был в шоке. И, как ни странно, это не принесло облегчения. Было плохо. От осознания того, что отца уже давно нет, а я только теперь об этом узнала. И от осознания, что я становлюсь чудовищем. Смогу ли я когда-нибудь вновь увидеть свою девочку?
И уже покачиваясь на мягких волнах, я услышала:
– Рина, я не отправлял тебя в Донгон, слышишь? Я люблю тебя, Рина… Всегда любил…
Вир
Шаг. Дверь. Еще шаг. Темный корридор. Зрение само привычно перестраивается на ночное, но по большому счету мне плевать, видно что-то или нет. Стена качается навстречу, из раза в раз пытаясь встретиться с моей головой. Бей меня, бей! Думаешь, я сам не знаю, что залужил?
Шаг. Еще одна дверь. Войти, дойти до кресла, рухнуть в него тяжелым, бесполезным грузом.
– Эй, братишка, ты чего?
– раздалось хриплое со стороны кровати. Лукас отдыхал, так как скоро его очередь следить за Риной.
– Что с тобой?
– перед моим носом появился бокал с вином. Великолепное вино было залпом опрокинуто в ненасытную глотку, и только после этого я заговорил.
– Это не она.
– Что не она?
– Она не убивала Гара.
– Какого?.. Аааа. К демонам, Вир! Я всегда говорил, что ты чересчур трепетно относишься к людям. Да какая к бесам разница? Ну, убивала или не убивала? Что с того? Я едва вспомнил, кто такой Гар, а ты носишься со своими воспоминаниями, как курица с яйцом.
– Заткнись, - я устало потер глаза.
– Надо выяснить, что там на самом деле произошло. Заново допросить свидетелей.
– Ты что, шутишь?! Сколько лет прошло? Восемь-девять?
– Больше десяти.
– Ты смеешься? Я там был, когда ты допрашивал свидетелей. Но, хоть убей, никого не помню в лицо.
– Дааа… А ведь это произошло возле твоего дома. Лууукас, у тебя тогда было шумно. Неужели никто ничего не видел?
– Ты точно ненормальный! Я даже не помню, кто тогда был у меня в гостях! И вообще был не очень трезв. А Гар… Даже представить себе не могу, какого демона он там делал! Единственное объяснение - это что вел ко мне Рину.
– Неет. Ее там не было. В это самое время она улепетывала в неизвестном мне направлении. Гар помог ей сбежать!
– Ух, ну, надо же!
– брат определенно удивился.
– Так он предал тебя! И ты еще так по нему убивался!
– Он ее отец Лукас. Гар был ее отцом! Он помог ей выбраться из Донгона, а потом сбежать. И я очень хотел бы знать, как Рина попала в Донгон. Даже представить себе не могу, что с ней там делали!
Лукас сочувственно поморщился и задумался на какое-то время.