Никогда не уходи
Шрифт:
Но нет, ведь все говорят, что мужчины недогадливые. А о своих «истинных чувствах» я и сама ещё всерьёз не думала. Мне итак было хорошо.
Но вот ревновала я его, кажется, по-настоящему! Но как друга… А он имел ввиду другое, и за это его надо было непременно догнать и отлупить! Но по-дружески…
– Да как ты мог такое подумать?! Как ты посмел мне такое сказать?!
– Точно! Ревнуешь!
– Ну сейчас я тебе покажу, как «ревную»!! Стой! Ну сейчас я тебя догоню!!
– Догоняй, а заодно запоминай: электромагнитные волны…
Шмель забежал в дом. Я кинулась за ним.
Блаженно развалившаяся на диване кошка шмыгнула в своё привычное убежище, под шкаф, и недовольно оттуда таращилась, очевидно, негодуя: «И когда только они повзрослеют?!»
Опрокидывая стулья, мы носились вокруг стола.
– …Электромагнитные колебания, распространяющиеся в пространстве с конечной скоростью…
– Сейчас я тебе покажу!
– …Определяемой свойствами среды… Роуз, не кидайся учебниками и стул поставь!.. Скорость распространения электромагнитных волн…
Шмель, увидев, что я схватила утюг, забежал в мою комнату и закрыл дверь.
– Открой немедленно!
Открыв, Шмель накинул на меня покрывало, но упал, споткнувшись о шнур утюга. Я тут же накинула на него это же покрывало и села сверху.
– Попался! Ой!
Мой поверженный враг поднялся на четвереньки, и, чтобы не свалиться, я схватилась за него свободной рукой, в другой держала утюг.
В этот момент в зал вошла бабушка.
– Что здесь творится?
– Ой!.. Физику учим!.. – Поставив на стол утюг, я схватила с пола учебник.
Бабушка, руки в боки, строго взглянула на нас.
Через несколько минут Шмель на воротах мелом изображал электромагнитные волны, писал формулы и объяснял, что к чему. Но я ничего не понимала, а всё потому, что у одной из моих одноклассниц родители психологи. И вчера, когда эта одноклассница и ещё несколько девчонок собрались у нас на лавочке, разговор зашёл о парнях, и она наставительно сказала: «Чтобы человека узнать полностью, надо узнать, каков он в гневе!»
«А Шмель на меня ещё ни разу по-настоящему не сердился…» – подумала я и решила во что бы то ни стало его рассердить! Поэтому с таким нетерпением его ждала.
– Ну почему ты не понимаешь?! – спрашивал он про электричество.
– Не понимаю и всё!
– Ведь я же тебе уже сто раз объяснял!!
Видя, что он вроде начинает сердиться, я постаралась «подлить масла в огонь».
– Я даже не понимаю… не понимаю, как я могу ощутить это электричество, если я его не вижу! Ведь если я его не вижу, то, наверное, его вообще нет! И все эти физики просто выдумали, будто можно ощутить электричество!!
Шмель секунду молча глядел на меня, потом подошёл.
– Закрой глаза.
– Зачем?
– Закрой.
– Ну, ладно.
Едва закрыв глаза, я почувствовала поцелуй, и наглец тут же получил пощёчину.
– За что, Роуз? Ведь ты ничего не видела, а значит, не должна была ничего почувствовать!
– Да как ты посмел?! И как тебе не стыдно?! Уходи!!
Шмель, держась за покрасневшую щёку, взмахнул крыльями и взмыл вверх.
Из дома вышла бабушка и что-то спросила.
Ничего не ответив, я убежала в свою комнату. Свернулась калачиком на кровати и, укрывшись с головой покрывалом, стиснула зубы, чтобы не заплакать.
Но слёзы не слушались, и я перестала их сдерживать.
– Какая же я злая и жестокая! Зачем я его так сильно ударила?! Ведь я сама его сколько раз целовала, правда, в щёчку…
– Не расстраивайся, внучка. Завтра он придёт, и вы помиритесь.
Откинув покрывало, я увидела бабушку. Она села рядом.
– Бабушка! Ты всё слышала? Ты расскажешь маме?!
– Почему ты не хочешь поделиться с матерью своими чувствами?
– Она скажет, что я веду себя недостойно! А я и сама не знаю, как я себя веду и как надо! А про Шмеля скажет, что он наглый хулиган и чтобы не смел здесь больше появляться!
– А ты хочешь, чтобы он… всегда был с тобой?
Я опустила голову и вздохнула.
Бабушка обняла меня.
– Он как солнышко, – заговорила я шёпотом, – когда он рядом, я ничего не боюсь… Мне так хорошо на душе, как в волшебной сказке. И хочется, чтобы эта сказка никогда не кончалась.
Теперь вздохнула бабушка. Мы немного помолчали.
– Бабушка, скажи, кто он?
– В каком смысле?
– Почему у него есть крылья? Ты ведь знаешь?
– Хм… Я просто работала в этом приюте нянечкой. Ни в какие секреты меня особо не посвящали.
– Но, может, ты что-нибудь слышала? Расскажи, что ты знаешь.
– Роуз, там работают такие же простые люди, как и я… Да и разговаривать особенно некогда: в четыре часа утра подъём, потом тренировка, занятия, обучение военному делу, опять занятия, тренировки. К вечеру все учителя идут домой. В приюте остаются только воспитанники, охрана и дежурные нянечки.
– И никто ничего не знает?
– Не задавать лишних вопросов – вот одно из условий.
– А откуда берутся воспитанники тоже неизвестно?
– В конце августа директор отпускал всех в отпуск на два месяца, когда мы возвращались, новые дети уже были там… И им было как раз по два месяца от роду.
– Расскажи, как ты первый раз увидела Шмеля? Он и остальные дети уже были с крыльями?
Бабушка нахмурилась, то ли вспоминая, то ли… не желая говорить.
– Ох, внучка, засиделись мы! Пора спать!
– Но бабушка! Ты не ответила!
– А зачем тебе всё это знать?
– Это очень важно! Послушай, ты ведь знаешь бабусю Модницы…
– Не бабусю, а бабушку. Уважай взрослых!
– Уважаемая бабушка Модницы распустила слух, что… мой друг не человек, а… наполовину птица.
Бабушка прыснула со смеху.
– Твой друг такой же человек, как и все! А на бабусю… на бабушку Модницы не обращай внимания!
– Бабушка, я хочу завтра с утра пойти в приют и извиниться перед Шмелём.
– Хм… – бабушка опять нахмурилась. – Тебя туда не пустят.
– Почему?!
– Приютским нельзя общаться с посторонними! Иначе их строго накажут!