Николаевский Борис Иванович - Об авторе
Шрифт:
В письмах Николаевского Ангарскому нередко звучали требования выплатить гонорары Аксельроду, Потресову, сестре Мартова за публикацию их писем в "Ленинских сборниках" и других изданиях, да и ему самому за подготовленные им к печати документы. Часть денег он регулярно передавал родственникам, оставшимся в Москве, прежде всего матери. В 1924-1930 гг. в Москве, как уже отмечалось, издано четыре сборника документов по истории русской социал-демократии и два в Берлине. В основе их лежат неизвестные ранее документы.
В 1923 г. Николаевскому удалось уговорить Аксельрода перевезти из Цюриха в Берлин весь свой архив. Разбирая его вместе с владельцем, он обнаружил письмо Маркса В. Засулич от 8 марта 1881 г., которое Аксельрод впервые увидел вместе с Николаевским, вскрыв пакет, оставленный у него Засулич весной 1884 г.
С согласия Аксельрода и Дана Николаевский готовит на основе вышеназванного архива для берлинского издательства "Русский революционный архив" двухтомник по истории революционного движения в России за 1881-1916 гг.. вышедший в свет под редакцией Дана. Л. Дан, Войтинского и самого Николаевского.
В него вошли как письма, предоставленные Аксельродом. так и письма, полученные от Института Ленина в обмен на письма Ленина Аксельроду. А в 1928-1930 гг. в Москве изданы еще два тома сборника документов по истории социал-демократического движения в России в 1885-1914 гг. Один из них, полностью подготовленый Николаевским, содержит доклады искровских комитетов II съезду РСДРП.
Оба тома изданы под редакцией Ангарского, Лепешинского и самого составителя. Впервые в научный оборот введен большой комплекс документов, отражающий создание группы "Освобождение труда", РСДРП и ее деятельность с конца XIX в. до 1916 г. В сборнике "Переписка Ю. Мартова и П.Б. Аксельрода" впервые факсимильным способом опубликовано письмо К. Маркса В. Засулич о путях развития России и общинного землевладения. Их дополняла публикация переписки Ленина с социал-демократическими организациями России, осуществлявшаяся во второй половине 20-х годов Институтом Ленина, включавшая и отдельные письма, обнаруженные Николаевским.
В июне 1924 г. Николаевский вместе с П.А. Берлиным, действуя по поручению владельцев авторских прав - Аксельрода и Р.Г. Плехановой, заключили с Ангарским договор на издание двухтомной переписки Плеханова и Аксельрода за 1885-1909 гг. В кратчайший срок была проведена работа по подготовке сборника и осуществлено на высоком научном уровне его издание. Многие источники, найденные Николаевским в архивах, публиковались в зарубежных и отечественных изданиях, таких, как "Каторга и ссылка", "Летописи марксизма", а также "Архив К. Маркса и Ф. Энгельса", "Ленинские сборники" и др. В них впервые увидели свет письма В. Засулич, А. Герцена, П. Кропоткина, П. Лаврова, Ж. Санд, стихотворение И. Тургенева и др. При издании в СССР сборников документов Николаевский отстаивал свое видение их состава и содержания, право быть научным редактором.
В ответ на усиление в СССР в конце 20-х годов политического контроля за научной сферой он требовал от издателей не подвергать подготавливаемые им сборники политической и идеологической цензуре. Он отверг предложение издательства "Международная книга" проверить качество подготовки к печати публикуемых докумен-тов путем их сверки с оригиналами. Усиление идеологических элементов в предисловиях, предупреждал ученый, Приведет также к отказу политических деятелей Европы предоставлять свои документы для издания в СССР.
В частности, указывал Николаевский, Адлер заявил, что он предоставит документы по истории II Интернационала лишь в том случае, если они не будут сопровождаться при их публикации комментариями, направленными против каких-либо партий или отдельных лиц, входивших во II Интернационал. Это предупреждение оказалось своевременным, так как Сталин объявил, что "нынешний социал-демократизм есть идейная опора капитализма", а "гг. Адлеры и Бауэры, Вельсы и Леви, Лонгэ и Блюмы" являются социал-предателями.
Позиция Москвы привела к свертыванию контактов с зарубежными владельцами архивов. Возникли трудности в копировании и публикации документов Маркса и Энгельса, которые обусловили сокращение масштабов копирования, а в 1930 г. Правление СДПГ расторгло договор на использование партийного архива ввиду того, что публикации работ Маркса и Энгельса в СССР сопровождались "антисоциал-демократическими предисловиями и комментариями".
Николаевскому было запрещено работать в немецком партийном архиве как представителю ИМЭ. Завершился короткий, но весьма интенсивный и результативный этап сотрудничества русского историка-архивиста с ИМЭ, Институтом Ленина.
В СССР на рубеже 20-30-х годов формируется тоталитарная система. Независимый прежде ИМЭ взят под партийный контроль, а в апреле 1931 г. ликвидирован. Не у дел оказался и Б.И. Николаевский, которого перестают печатать в СССР, а в феврале 1932 г. лишают советского гражданства.
Тем не менее его многочисленные публикации в советских изданиях не утратили научного значения и сегодня. "Мне, конечно,- писал Николаевский, приходилось считаться с цензурными условиями, но я всегда писал только то, что считал правильным, и никогда не написал ни одной фразы, которая содержала бы элементы прославления диктатуры"
В 1933 г. с приходом Гитлера к власти почти все русские эмигранты покинули Берлин. Николаевский остался. Остался, чтобы спасти Русский архив. На заседаниях ЗД РСДРП неоднократно обсуждался план спасения архива и библиотеки при нем. Первоначально было принято предложение Николаевского передать все материалы в Прусский государственный архив, директор которого, однако, не желая неприятностей, отказался принять документы. Николаевский до окончательного решения о судьбе архива с риском для жизни стал выносить наиболее ценные материалы и переправлять их в Париж.
Большую помощь в этом ему оказали соратники по партии Т.И. Вулих, И.Г. Церетели и его жена А.М. Бургина, принимавшие на хранение посылки, поступавшие в Париж через Прагу, куда их переправлял дипломатической почтой советник Чехословацкого посольства Гофман. Николаевский обратился к правлению СДПГ с предложением вывезти Русский архив и архив партии за границу. В результате переговоров с О. Вельсом и П. Гертцем Николаевскому вначале запретили выносить из здания какие-либо материалы партийного архива, но затем Вельс лично дал указание не препятство-вать его работе.
Один из руководителей французской компартии В. К. Суворин предложил перевезти Русский архив в Париж. При поддержке министра культуры А. де Монзи был разработан план: продать его Национальной библиотеке, которая брала на себя расходы по его вывозу из Берлина. Николаевский принял этот план легального вывоза Русского архива как якобы купленного Францией, дабы избежать трений по дипломатическим каналам. Посол Франции в Берлине А. Франсуа-Понсе и атташе по культуре Вайтц помогли его осуществить. По свидетельству Николаевского, 27 или 28 апреля он встретился с Вайтцем и обсудил все детали вывоза архива. Незадолго до этого Вельс от имени правления СДПГ обратился к русскому архивисту с просьбой взять в Париж и немецкий партийный архив. 29 апреля на встрече О. Вельса, П. Гертца и А. Фогеля Николаевский получил все полномочия на реализацию плана вывоза архивов. Заведующему партийным архивом И. Хинрихсену было поручено выдать руководителю Русского архива все те материалы, которые им будут отобраны.