Чтение онлайн

Франклину явно не нравилось чувствовать себя маленьким камешком, с помощью которого кто-то пытается разладить механизм, созданный Бозом, — механизм, о котором никто толком ничего не знает. Фрэнк вдруг осознал, что над ним нависла серьезная опасность и что ему будет очень трудно себя защитить.

По мере того как Фрэнк узнавал личность Боза, характеристика которого в мельчайших подробностях была представлена в заведенном на писателя досье, он все больше запутывался в своих выводах. Наконец он аккуратно положил картонные папки с досье в ящики своего стола, закрыл эти ящики на два оборота ключа, а ключ снова засунул между деталями своей пишущей машинки.

Фрэнк неторопливо размышлял о том, что же дало ему чтение материалов, описывающих зверства, совершенные писателем-романистом… Ответ пришел ему в голову, когда он спускался по лестнице к Мэри: в нем вдруг во весь голос заговорило чувство самосохранения.

«Оружие! — подумал Фрэнк. — Мне нужно оружие. Я и на шаг не подойду к дому Боза без пистолета и патронов». Эта мысль настолько завладела им, что он весь вечер не мог думать ни о чем другом. Фрэнк почти не слушал оживленную болтовню Мэри. Его сейчас волновало только одно: как ему раздобыть оружие, если до встречи с Бозом осталось так мало времени?

«Если Боз начнет вести себя угрожающе, если он вздумает со мной играться, если его действия покажутся мне неадекватными, если я почувствую, что он готовит мне какую-то ловушку, — я его пристрелю! Да, именно так. Даже раздумывать не стану. Я сам установлю границы дозволенного. А фэбээровцы потом уж как-нибудь отмажут меня…»

Однако эти самые фэбээровцы не далее как вчера сказали ему, что он не возьмет с собой даже скрытый микрофон. Они не хотели ничем рисковать во время его первой встречи с Бозом. Убийца не должен ни о чем догадаться…

Ну что ж, пусть будет так.

«Я возьму с собой оружие втайне от них», — решил Франклин.

Вчера Патриция Меланктон и Айк Грэнвуд поговорили с ним с глазу на глаз.

— Малыш, по правде говоря, мы отправляем тебя к Бозу лишь с одной-единственной целью, — сказал Грэнвуд. — Да, только с одной… Помни об этом. Особенно если почувствуешь дискомфорт.

— И что это за цель?

— Выяснить, что Бен Боз пишет в настоящий момент. Что собой представляет его следующая — после «Клуба самоубийц» — книга. Постарайся разузнать о сюжете его будущего романа, поговори о главном герое… Именно его Боз и собирается убить. Причем очень скоро…

— Эй! Ты меня слушаешь? — Мэри была явно раздосадована. — Ты ведешь себя так, как будто меня здесь нет. Похоже, ты не услышал ничего из того, что я тебе рассказывала в течение последних пяти минут!

Да, все было именно так.

Фрэнк, не произнося ни слова, посмотрел на Мэри долгим-долгим взглядом.

Она начала беспокоиться.

— Что с тобой происходит?

Затем она сама пристально посмотрела на Фрэнка. На ее лице появилось разочарование. И вдруг ей в голову пришла какая-то мысль.

— A-а, мне понятно, — заявила девушка. — Я знаю эти мужские штучки. Ты собираешься провернуть со мной одну из них. Наверное, решил высвободить себе побольше времени на написание своей новой книги. Скажи прямо: ты хочешь, чтобы я ушла?

Он отрицательно покачал головой.

— Нет?

Фрэнк снова покачал головой, а затем окинул взглядом все, что их окружало: стены, лампы, телефон, — как будто он опасался, что повсюду спрятаны подслушивающие устройства.

— Может, проедемся? — спросил он.

— Что? Прямо сейчас? А куда?

Расплывшись в широкой улыбке, Фрэнк поднялся на ноги и сказал:

— Мы поедем на твоей машине.

Бену Бозу было пятьдесят девять лет. Он появился на свет — тогда еще под своим настоящим именем Кларк Джон Дурник — тридцатого сентября 1947 года в городе Де-Мойн, штат Айова. Его мать работала корректором в издательстве, специализировавшемся на переводах русских и французских романов. Его отец выдавал себя за сценариста, работающего для Голливуда, но в действительности был неудачником, жившим за счет далеко не престижных контрактов и еще не разоблаченного плагиата. Он бил и жену, и ребенка. В 1958 году он погиб в какой-то странной автомобильной катастрофе. После его гибели мать Боза очень долго допрашивали, однако полиции так и не удалось установить ее причастность к тому, что их семейный «форд» на полной скорости вдруг съехал с дороги и перевернулся. А вот их соседи в Де-Мойне были абсолютно убеждены, что именно она подстроила аварию. Чувствуя к себе все более враждебное отношение, женщина уехала вместе со своим одиннадцатилетним сыном в Канаду, где, зная французский язык, осела в Квебеке. Маленький Дурник стал ходить в обычную приходскую школу в пригороде Монреаля. Будучи ребенком довольно спокойным и усидчивым, он рано почувствовал в себе тягу к литературному творчеству и начал писать статейки для школьной газеты. В девятнадцать лет молодой человек поступил в университет Торонто, чтобы изучать там психологию. Однако, как и в школе, он тратил больше времени на подготовку выходившей два раза в месяц университетской газеты, нежели на изучение предусмотренных учебной программой предметов. По правде говоря, Дурник выделялся среди сокурсников лишь тем, что являлся единственным студентом, сочинявшим статьи в эту газету. Он писал все: рассказы, краткие сводки о днях открытых дверей, критические статьи, посвященные художественным фильмам, сообщения о спортивных достижениях студентов, стихи, юморески, тексты интервью и даже письма читателей. Взяв себе псевдоним Фаргал, он принялся сочинять короткие рассказы для американских литературных журналов. В апреле 1968 года один из них был опубликован в издании «Азимов Мэгэзин». Как только журнал с его рассказом поступил в продажу в киоски, Боз немедленно бросил университет, решив, что уже пробился в мир литературы. В его жизни это была эпоха великих творческих порывов и таких же великих разочарований. Все последующие рукописи, которые он отправлял в различные издательства, неизменно отсылались ему обратно.

Биографические данные Боза, относящиеся к его юности, были записаны в ходе проведенного ФБР в 1995 году допроса некоего Саймона Абелберга — нью-йоркского еврея, которому довелось стать первым издателем начинающего писателя Боза и который знал об этом человеке больше, чем кто-либо другой. Абелберг принял Боза в свое издательство сначала корректором (по сути тот пошел по стопам матери), а затем — рядовым членом литературно-художественного совета. Абелберг относился к этому юноше очень хорошо. Боз жил в Нью-Джерси один. Через год работы, в качестве «повышения по службе», ему было предложено сочинять или переделывать короткие детективы, под которыми подписывались какие-нибудь недавние знаменитости или промышленные магнаты, желавшие «обессмертить» свое имя. Подобной неблагодарной работой Бозу пришлось заниматься целых семь лет. Абелберг на допросе в ФБР рассказал, что Боз в те годы постепенно становился все более злым и раздражительным из-за того, что ему никак не удавалось обрести самостоятельность и что написанные им произведения не пользовались спросом. Однако его повести и романы и в самом деле были никудышными. Поворотным пунктом в жизни молодого Боза стала смерть его матери. Она умерла от рака. Боз почти неотлучно просидел у изголовья ее кровати две недели, предшествовавшие смерти.

По предположению экспертов ФБР, данное событие стало судьбоносным в жизни Боза, потому что мать, по-видимому, в ожидании стремительно приближающейся смерти призналась сыну, что она и в самом деле убила его отца, а еще объяснила, почему и как она сумела «отмазаться» от полиции. По словам Саймона Абелберга, Боз, возвратившийся из Канады в Нью-Йорк после похорон матери, стал совсем другим человеком. Он начал работать еще больше, но теперь не только сидя за своей пишущей машинкой. Боз много времени тратил на посещение различных редакций, в которых печатались газеты с рубриками криминальных новостей, а также полицейских участков, моргов, судов, бистро и ресторанов, расположенных возле местного отделения ФБР, контор частных сыщиков. Он собирал сообщения о различных чудовищных преступлениях, окончил ускоренные курсы по криминологии. Вскоре Абелберг стал замечать, что Боз, как писатель, явно прогрессирует: его стиль оставался все еще корявым, но зато стали появляться интересные идеи. Абелберг даже согласился напечатать новые произведения, написанные Бозом.

Первая книга Боза была интересна для следователей ФБР только тем, что ее главного персонажа звали Бен Боз. Начиная со второго романа, Кларк Дурник заменил свой давнишний псевдоним Фаргал на Бен Боз. Три книги, опубликованные издательством Абелберга за два года, — и три полных провала. В тот период издатель даже стал беспокоиться по поводу психического состояния своего подопечного: Боз никак не мог понять, в чем причина его неудач, и сильно нервничал. Воздушные замки рушились один за другим. Именно на почве разочарованности Боза произошла крупная ссора между ним и Абелбергом. С тех пор Абелберг его никогда не видел.

Годом позже Боз опубликовал, но уже у другого издателя, короткий роман под названием «Правило трех». В этом произведении рассказывалось о трагической судьбе мужчины, запертого в изолированном помещении ревнивой женой и умершего затем от голода и жажды.

Раздел личного дела Боза, посвященный его матери, заставил Франклина крепко задуматься. Мнение специалистов ФБР вполне могло оказаться правильным: убийство отца, ставшее семейной тайной, очевидно, на самом деле повлияло на психику Боза. Возможно, Боз знал об этой тайне еще с одиннадцатилетнего возраста и мучился сомнениями вплоть до предсмертных откровений матери. Кроме того, безнаказанность матери, совершившей убийство, наверняка стала для Боза своего рода… психологическим потрясением. Открытием, перевернувшим его взгляды на жизнь…